Дипломатия Святослава
Шрифт:
Узнав об уходе Варды Склира, руссы, по сведениям Льва Дьякона, совершали неожиданные набеги, грабили и опустошали Македонию и тем самым доставляли большое беспокойство грекам7.
Рассказав о подавлении мятежа Барды Фоки, хронист сообщает о внезапном наступлении греческих войск против Святослава в пасхальные дни 971 года8. Цимисхий поставил перед своим войском задачу взять город Преславу - столицу болгар, после чего рассчитывал легко преодолеть сопротивление руссов9.
Греки после ожесточенного двухдневного штурма взяли болгарскую столицу Преславу, обороняемую отрядом Сфенкела, где пало много болгар, сражавшихся с греками «как виновниками скифского на них нашествия». После захвата первой линии укреплений внешнего города нападавшие пленили там болгарского царя Бориса с двумя детьми причем Борис был одет в царские одежды и сохранял другие символы царской власти. Уже затем был взят в кровопролитном
Одновременно хронист пишет о поведении греческих воинов во взятом городе: они «ходили по улицам, убивали неприятелей и грабили их имения». Преслава тут же была переименована в Иоаннополь. По уходе из города Цимисхий оставил там «достаточную стражу», то есть военный гарнизон11.
Важно привести и высказывания историка о том, что засевший в Доростоле Святослав, «видя, что мисяне отстают от ею союза и переходят на сторону государя (византийского императора.
– А. С.), и зная, что, если все они присоединятся к нему, дела его кончатся худо, ...созвал всех знаменитых родом и богатством мисян, числом до трехсот человек, и совершил над ними жестокое и бесчеловечное злодейство: приказал всем отрубить головы, а прочих в оковах заключить в темницы»12.
Интересен и факт гибели в сражении с руссами одного из греческих военачальников - Иоанна Куркуаса, который, сделавшись добычей «варваров», «тем потерпел достойное наказание за безумные преступления против священных храмов: он грабил, говорят, многие в Мисии церкви», обратив ризы и священные сосуды в свою собственность13. К этому времени города Плиска, Динея и другие уже «отложились» от руссов и перешли на сторону Цимисхия.
Святослав, видя отчаянность своего положения: большие потери в войсках, полное окружение крепости и с суши, и со стороны Дуная византийским флотом, состоявшим из огненосных судов, - заслал в греческий лагерь своих послов и запросил мира, на который Цимисхий с радостью согласился.
Мир был заключен, и Лев Дьякон кратко излагает его содержание: руссы должны были отдать Доростол, oтпустить пленных, покинуть Болгарию, а греки - предоставить русской рати возможность беспрепятственно уйти из Доростола по Дунаю на своих судах, снабдить ее хлебом, допускать руссов для торговли в Византию и считать этих торговцев «по-прежнему друзьями». Византиец оставил нам редкое описание личной встречи двух противников - Святослава и Иоанна Цимисхия на берегу Дуная, состоявшейся по просьбе Святослава после заключения мира. Святослав говорил с императором «о мире». Заключает рассказ о русско-византийской войне Лев Дьякон описанием «нечаянной» гибели Святослава под ударами печенегов и триумфа Цимисхия, посвященного победе над болгарами14.
Позднее эти события были изложены византийскими хронистами XI-XII веков Скилицей и Зонарой, однако эти авторы привнесли в изложение некоторые новые детали, отсутствовавшие у Льва Дьякона, которые помогают полнее понять смысл политических событий, происходивших в Восточной Европе во второй половине 60 - начале 70-х годов X в.
Скилица начинает историю зарождения болгаро-византино-русского конфликта с известия о направлении Никифором II письма болгарскому царю Петру с требованием, чтобы «тот не разрешал туркам (уграм.
– А. С.) переправляться через Петр (Дунай.
– А. С.) и не причинять вреда ромеям». Так версия Льва Дьякона получает развитие и дополнение в хронике Скилицы. Здесь на первый план выступают угры, их постоянные набеги на границы империи через территорию Болгарии. Скилица пишет о том, что Петр не обращал внимания на эту просьбу и всячески обманывал греков. Далее следует сообщение о направлении Калокира к Святославу, мало чем отличающееся от данных Льва Дьякона. Подобно своему предшественнику, Скилица считал, что именно посольство Калокира побудило русского князя подняться в поход против болгар в августе 968 года. Руссы во время первого похода Святослава в Болгарию «многие города и селения болгар разрушили до основания. Захваченную огромную добычу обратили в свою собственность»15. Далее автор сообщает, что руссы «покорили Болгарию», «пленили двух сыновей царя Петра - Бориса и Романа» и решили навсегда остаться в Болгарии «вопреки договору, заключенному ими с Никифором»16. И вновь это решение руссов хронист связывает с происками Калокира. Скилица приводит некоторые сведения о союзниках Святослава во время второго его появления в
Следует отметить и сообщения Скилицы о посольстве Святослава к Цимисхию на второй год правления нового императора, что соответствует, по-видимому, 970 году, так как в 971 году Цимисхий ранней весной уже осуществил прорыв своих войск через Балканы. В греческом лагере это посольство оценили как разведку (руссы пришли с целью «выведать дела ромеев»)19.
Рассказав о захвате греками Преславы, хронист повторил известие Льва Дьякона о захвате болгарского царя в тот момент, когда на нем были царские знаки отличия. Цимисхий отпустил всех захваченных болгар и объявил, что не они являются его врагами, а руссы. Тем самым Скилица подтвердил данные Льва Дьякона о декларировании Цимисхием византино-болгарской дружбы20. В свою очередь он повторил сведения и о казни Святославом в Доростоле 300 болгар, «которых он подозревал», и о заточении около 20 тыс. пленных, восстания которых он опасался21.
Для понимания истинных болгаро-византийских отношений этого времени важное значение имеет, с одной стороны, сообщение Скилицы о том, что к Цимисхию под Доростол прибывали ходатаи из болгарских городов с просьбой о помиловании, а с другой - о том, что он отдал на разграбление своему войску захваченные «многие города и крепости»22. Это соответствует и данным Льва Дьякона.
Интересно сообщение хрониста о ночной вылазке русского отряда в 2 тыс. человек, который по Дунаю ушел в поисках пищи и благополучно вернулся с провизией обратно, разгромив по пути греческие аванпосты23. Скилица указал и на факт распада коалиции, организованной Святославом: «Собственная их страна находилась очень далеко, а соседние варварские народы, боясь ромеев, не соглашались помогать им»24.
Рассказывая о мирных переговорах руссов с греками под Доростолом, хронист отметил, что Святослав просил «принять его в число друзей и союзников ромеев». По его просьбе Цимисхий направил послов к печенегам с предложением союза и с просьбой не переходить через Дунай, не разорять Болгарии и «позволить руссам пройти через их землю в свое отечество». Печенеги согласились на все условия, кроме последнего25. Этих данных нет у Льва Дьякона. Скилица также повторил коротко сведения Льва Дьякона о детронизации Бориса II26.
Несколько десятилетий спустя Иоанн Зонара вновь привел в своей хронике описание русско-византийской войны, упомянув, что конфликт между Византией и Болгарией начался с разграбления уграми Фракии27, что в ходе первого похода на Болгарию Святослав подверг опустошению болтарские земли, а в дальнейшем, в период борьбы с Цимисхием, «позвал на помощь» болгар в качестве «союзников»28. Сообщает он и о казнях и других репрессиях в Доростоле и отмечает, что Святослав пошел на эти меры против болгар, «боясь, как бы они не восстали против пего»29. Сообщил он и о просьбе Святослава во время мирных переговоров с Цимисхием под Доростолом принять её в состав «друзей и союзников» империи, на чем стороны и согласились30, этот византийский автор, как и Скияица, повторил известия о детронизации Бориса II31.
Данные византийских хронистов дополняются сведениями русских летописей.
«Повесть временных лет» содержит ряд фактов но внешнеполитической истории Восточной Европы 60 - начала 70-х годов X в., которых нет пи у Льва Дьякона, ни у позднейших византийских хронистов. Так, под 964 год она сообщает о начале крупных завоевательных походов Руси: Святослав осуществил поход на Оку и Волгу и вторгся в землю вятичей, а затем, в 965 году, повернул на хазар, разгромил их войско и захватил их города, в том числе Белую Вежу (Саркел). После этого он направился на Северный Кавказ, где одержал победу над ясами и касогами32. Новгородская I летопись уточняет, что он и ясов, и касогов «приведе Киеву»33.
Под 966 год «Повесть временных лет» приводит сведения о вторичном походе Святослава на вятичей и обложении их данью, что подтверждают и другие летописи, восходящие к древнейшим сводам34.
Русские летописи ничего не знают о болгаро-византийском конфликте, о посольстве Калокира и сразу же сообщают под 967 год о походе Святослава «на Дунай на яры» о разгроме болгарской армии, захвате городов "по Дунаеви" и о том, что русский великий князь «седе княжа ту въ Переяславци, емля дань на грьцех»35.