Чтение онлайн

Часть 4. Превращение

Ранним утром Арджа и Шэни уже ждали в храме Белого Города. Девочка заметно волновалась, постоянно переходя на возбуждённое стрекотание, и цеплялась за руку отца. Ардж тоже переживал, но вида старался не показывать, внешне оставаясь невозмутимым.

В храме их встретили Дэйра и ещё несколько служителей, готовых к обряду. Вождь стоял в стороне от алтаря, чтобы не мешать священникам. А рядом с ним пыхтел сердитым паровозом угрюмый Туррон, очень недовольный тем, что ему, мало того, что пришлось ждать опоздавших, так ещё и заставили стоять рядом с ненавистным Ларгой. Но Старейшина, хоть и злился, но никуда не уходил, терпеливо дожидаясь начала.

Ардж, только увидев Чёрного, заподозрил неладное.

Туррон не относился к тем, с кем можно договориться о чём-либо по-доброму. И если ему что-то не нравится, он скорее шею свернёт неугодному, чем пойдёт вразрез с собственными планами и желаниями. Слишком хорошо Ардж знал такой тип, и знал, что ждать от таких непредсказуемых Старейшин можно всего, чего угодно. Вот и сейчас, зачем Туррон явился на церемонию?

Ощупывающий взгляд чёрных глаз с красными угольками в глубине скользнул по новой форме Шэни, задержался на медвежьих головах на плечах и груди, и тут же перескочил на Арджа. Злые глаза многообещающе сощурились, словно Старейшина готов был обвинить Арджа в том, что её дракон оказался из «неподходящего» клана. Но вот они подошли ближе, а Туррон продолжал хранить мрачное молчание, испепеляя Арджа злым недоверчивым взглядом, от которого у воина вся щетина и все чешуйки на теле дыбом вставали.

Шэни поздоровалась с вождём и священниками, затем подошла к Туррону, приветливо улыбаясь:

— Здравствуйте, мастер, — учтиво поклонилась девочка, весело глядя на него, словно не замечая угрожающей тёмной ауры, распространяемой стариком.

— Здравствуй, дорогая. — Туррон, бросив на Арджа насмешливый взгляд, по-хозяйски обнял её за плечи, слегка сжав, и голос Старейшины против ожидания звучал очень мягко и приветливо, он едва не урчал, поглаживая девочку по мягкому плечику. — Куда же ты пропала, малышка? Лала постоянно спрашивает, когда ты придёшь в гости? Ей так не хватает дочери. Приходи сегодня к нам, милая, она будет тебе очень рада.

— И я буду рада её увидеть, — с готовностью кивнула девочка, счастливо улыбнувшись. — И вас тоже.

Ардж едва сдержал стон разочарования и досады, с неприязнью смотря на эту картину и думая, как бы вмешаться в сию «идиллию», чтобы не вызвать слишком сильного взрыва эмоций. Такое ревностное отношение Туррона к девочке его изрядно раздражало. И втолковать упёртому Старейшине то, что Шэни сама будет выбирать себе спутника жизни, оказалось бессмысленным занятием, и мнение Арджа, да и самой девочки, его не сильно волновало.

Сам-то Ардж предпочёл бы видеть женихом дочери Рашку. Молодой, он был не намного старше самой девочки, со спокойным и добрым характером, но не размазня, как-никак подающий большие надежды покоритель, значит, и постоять за себя может. И, что тоже послужило усилению симпатии к нему Арджа, Рашка был сыном Ларги. Потенциальный наследник Белого Города. Кто же откажется от такой партии для своей дочери? Вот и Ардж предпочёл бы видеть в ухажёрах Шэни не когорту сыновей Туррона, а одного наследника вождя. Но свести их с Шэни никак не получалось. На горизонте всё время возникало какое-нибудь препятствие в виде очередного наследничка Туррона, которые по-очереди таскались к девочке то с подарками, то с приглашениями. Шэни эта ситуация веселила, к самому Туррону она испытывала почтение, доходящее едва не до восхищения, и конечно, от общения с его семейством отказываться не собиралась, несмотря на весь скептицизм Арджа по этому поводу.

— Вот и славно, — довольно проурчал Старейшина, потрепав девочку по косам. — Приходи. А Лати тебя потом домой проводит и с рук на руки передаст… папе, — последнее слово он выдавил с заметным трудом.

— А мы вместе придём, — оглянулась на Арджа Шэни, бросив на окаменевшего воина умоляющий взгляд.

Ей очень хотелось увидеться и с Лалой, и с сумрачным Турроном, который, тем не менее, мог рассказать очень интересные и забавные истории, и с его сыновьями. Конечно, ведь в первые дни жизни в Городе семья Туррона приняла её к себе, как родную. Только здесь Шэни в полной мере ощутила

настоящую материнскую заботу, которой окружила её жена Старейшины.

Лала слыла редкой красавицей — Туррон определённо имел хороший вкус на женщин, подобрал себе в жёны едва ли не ангела во плоти, — маленькая, тоненькая, с живыми тёмно-серыми глазами и тёмной кожей, блестевшей серебром, с густыми косами, тоже имевшими этот необычный серебристый блеск. Лала, в отличие от вечно сердитого мужа, была очень доброй и отзывчивой женщиной, всегда готовой прийти на помощь нуждающимся в заботе детям. И Ардж сам видел какой нежностью и заботой окружила женщина незнакомую и чужую ей девушку. Поэтому он и позволял Шэни изредка навещать всегда открытый для неё дом Туррона. И, что больше всего удивляло воина, даже Котов относился к жене злобного недруга с определённой нежностью и любовью. Лала, в отличие от мужа, не делала различий между расами и принимала всех, кому были нужны приют и забота, поэтому в своё время легко подружилась с нелюдимым и замкнутым подростком человеком, попавшим в Белый Город. И он до сих пор отвечал ей самой искренней и крепкой привязанностью.

Старейшина посмотрел на воина предупреждающим колючим взглядом, молчаливо намекая, что Арджу в его доме будут не рады. Но в этот раз воин решил не потакать старику.

— Конечно, мы пойдём вместе, Шэн, — заверил он девушку, насмешливо косясь на Старейшину.

Антрацитовые глаза опасно сверкнули, но Туррон сдержался и по-доброму улыбнулся посмотревшей на него преданными глазками девочке:

— Что ж, договорились, приходите вдвоём. Жена пообещала сегодня приготовить тюленя. Ты оценишь, малышка.

Шэни весело застрекотала, поклонилась Старейшине и отошла к вождю, к которому она, к немалой досаде старика, питала не менее добрые чувства. Но высказывать ей что-то по этому поводу Туррон не торопился, хватало ума.

Алтарные боковые двери в этот момент приоткрылись и из них вышли ещё несколько служителей. И среди них… Ардж невольно расширил глаза, с немым изумлением смотря на шедшего последним инквизитора, того самого, что встретил его здесь днём раньше, и с каким у них состоялся весьма престранный разговор.

— У нас не принято проводить этот обряд над новичками, только вступившими в клан, — заговорил с ними Дэйра. — Посвящение проходят те самины, которым предстоит переселение в земли людей. Но вождь настоял, и часть Совета и инквизиторов поддержала его, поэтому над вами ритуал будет проведён. Ардж-Троу, подойди.

Ардж послушно шагнул к Верховному, но тот при его приближении посторонился, уступая место серокожему инквизитору, который был заметно старше, чем его предводитель. Серый выступил вперёд, в глазах светилась добрая насмешка, похоже, он читал на лице Арджа все невысказанные вопросы. Во всяком случае это не сильно удивило бы воина. Ему дали знак наклонить голову — инквизитор был на полголовы ниже его ростом — и Ардж склонился, сразу почувствовав прикосновение ко лбу и затылочной части короны. Инквизитор прошептал несколько фраз на незнакомом языке, нарисовав у Арджа на голове какой-то знак пальцами.

Изменения почувствовались сразу же. Во-первых, вокруг вдруг стало очень много высоких существ, смотреть на которых снизу вверх было для него весьма непривычно. Во-вторых, воздух. Он показался слишком жарким, слишком мокрым и слишком тяжёлым. Ардж почувствовал, что начинает задыхаться от окутавшей его жары, ему страстно захотелось выпрыгнуть из собственной одежды, чтобы хоть немного охладиться! Тело сразу взмокло — доспех и поддоспешник были настроены на физиологические показатели самина, но никак не человека. Он попытался что-то сказать, но вместо нормальной речи смог выдавить из себя какой-то придушенный писк, и сразу же зажал рот ладонью. Глотка человека от саминской тоже, оказывается, отличалась, язык превратился в толстый ошмёток мяса, который всё время норовил напороться на зубы, клыки и жвала исчезли, да и к губам с щеками ещё придётся привыкать, похоже, у людей они играют в речи важную роль.