Чтение онлайн

Удивление поднялось внутри вместе с ярким пониманием того, что сказанное — правда. Братья. Светлый и Темный. Двое…

…Два мальчика играют на берегу океана. Один из них бросает камни в воду, и рыба всплывает животом кверху… Второй строит замок и натыкается на умирающую птицу, а через миг та взлетает к небу…

…Он вздрогнул, не понимая, откуда пришли слова. Князь бросил на него короткий взгляд и снова вернулся к своему занятию.

— Что произошло? Тогда?

— Ошибка молодости… Тейрун убил моего отца, чтобы отомстить нашей матери, которая бросила его в младенчестве. Он ненавидел меня и ее. Весь мир, который отказался

от него. Из-за того, что его отец когда-то изнасиловал нашу мать. И так появился он… Она не смогла избавиться от нежеланного ребенка. Но и полюбить его тоже не смогла. Я не знал о той истории, пока однажды Тейрун не появился в моей жизни, горящий жаждой мести, и не разрушил все, что было мне дорого…

…Два ребенка изменили этот мир навсегда. Один, несправедливо отравленный ненавистью, второй, выросший в любви и обмане…

…Голос снова раздался в голове, будто кто-то шептал ему ту же историю, пока целитель продолжал говорить:

— Как маги мы оказались равны. И тогда я стал искать способ победить его. Наказать. Восстановить справедливость, как мне тогда казалось. И нашел… В древних манускриптах. Описание старинного обряда, призывающего такую Силу, которой не знал никто. Тейрун узнал о моем плане. Во время обряда мы оказались рядом. И пришедшая Сила разделилась… А мы… Мы так и остались равны, но потратили много лет, чтобы понять это. Мы остановились слишком поздно. Когда ничего уже нельзя было исправить.

…Двое великих, которые еще не знают о своей судьбе, а всего лишь играют на берегу. Они играют, а мир уже застыл в ожидании войны… Он содрогнулся еще в тот миг, когда первый из них открыл глаза, но когда родился второй… Все изменилось. Необратимо. Их никто не заставлял бороться друг с другом. Они сами выбрали свою судьбу, ставшую судьбой целого мира…

…Вдох дался с трудом. Грудь разрывало от противоречивых чувств. Неверия. Непонимания. Отказа принимать такую истину. Война. Разрушения. Миллионы жизней. Почти целый мир, уничтоженный ради… чего?

Олеж отвернулся и отошел к воде, сжимая голову руками и пытаясь понять. Не мог. Никак. Все оказалось чересчур… просто? Низко? Обыденно? Как вообще получилось, что двое мальчишек в своем противостоянии едва не погубили целый мир?

— Другие знают? — вопрос сорвался с губ сам.

— Не все, — уклончиво ответил светлый, — мы постарались уничтожить истину. Спрятать ее, чтобы никто не смог отыскать. Те, кто пришли после нас, знают намного меньше.

— Тогда почему ты рассказал мне?

Он обернулся, глядя на сидящего на песке мага по-новому. Немолодой, коренастый, некрасивый, уставший… С понимающими, но отчего-то пустыми глазами. Светлый. Первый носитель Абсолюта. Целитель. Как же вышло, что он стал причиной гибели стольких магов?

— Чтобы ты знал правду. Ты не примешь полутонов. Слишком много в тебе силы. Тебе нужна только истина. Настоящая. И скоро ты докопаешься до всего. Возможно, это вернет тебе память. А возможно, уничтожит ее навсегда…

— Я все равно не понимаю…

Олеж запрокинул голову, стараясь успокоиться. Небо было темным с редкими вкраплениями звезд. С воды дул холодный ветер, напоминая, что весна еще только наступала, и что даже на юге не так уж и тепло.

— Нам нужен тот, кто будет беспристрастен, — неожиданно заговорил князь Тьмы.

Оказалось, что Тейрун подошел ближе и теперь стоял рядом с братом, скрестив руки на груди и изучая его взглядом.

— Вам?

Он

сразу же уловил суть, встречая взгляд темного.

— Да, — тот даже не поморщился, а глаза у него оказались такими же, как у Илея. — То, что происходит сейчас, одинаково не нравится нам обоим. И нам нужен тот, кто сможет понять, что мы упустили. Где ошиблись…

— И ты ему веришь? — Олеж взглянул на светлого, невольно отмечая контраст, который создавали братья.

Тейрун был выше. Стройнее. Суше. Словно прожитые годы вытянули из него все соки. На руках проступили вены, на лице — глубокие морщины. Только волосы совершенно не тронула седина. И они черной волной падали ниже плеч.

— Две тысячи лет прошло с того дня, как мы начали войну, — целитель снова начал рисовать на песке. — Это долгий срок. И то, что кажется невозможным в двадцать или двести, сейчас становится вполне реальным. Мы долго враждовали и не один раз пытались примириться. Затем также долго молчали, соблюдая нейтралитет. Теперь пришло время работать вместе. Нам действительно нужен наблюдатель, Олеж. Кто-то упорно собирает древние знания. И пускает их в ход. Мы должны остановить его.

— Почему?

— Потому что еще одну Юту наш мир не переживет, — жестко отрезал князь. — Ты молод. Силен. Ты не помнишь свою прежнюю жизнь, а значит, не испытываешь лишних привязанностей и неприязни. Твое восприятие острее нашего и взгляд не замылен годами вражды и интриг. Ты нужен нам.

— Как инструмент?

Обиды не было. Только понимание. Пожалуй, часть чувств ему действительно стала недоступна. А вот здравый смысл и логика теперь правили бал.

— Как лучший боевой маг среди молодых, — Илей поднял на него взгляд. — Ты был и остаешься лучшим. Помоги нам.

— Мне понадобится намного больше знаний, чтобы разобраться в происходящем. А на мои вопросы вряд ли кто-то станет отвечать.

— Станут, — Тейрун подбросил и поймал камешек. — Темные воспринимают тебя как мальчишку-выскочку, поэтому недооценивают. Светлые опасаются, но им любопытно. Они сами захотят поговорить с тобой.

— Так значит, под подозрением все? И светлые, и темные?

— Да, — ответил целитель. — Следов древних знаний среди темных больше. И мы уже пару раз нападали на след мага, который упорно скрывает свое лицо. Но возможно, кто-то умело играет на полутонах. В любом случае, мы не можем быть уверенными ни в ком.

— Даже в себе самих?

Олеж скрестил руки на груди, незаметно потерев место старого шрама. Маги переглянулись, а затем совершенно одинаково усмехнулись.

— Он мне нравится, — отметил Тейрун.

— Мы можем быть уверены в себе сколько угодно, — более сдержанно заговорил Илей, — но ты должен сомневаться даже в нас. И не стоит отчитываться о том, что делаешь. Ты отвечаешь лишь перед собой самим. Теперь твой внутренний Абсолют не позволит тебе уклониться от дела. И ты доведешь его до конца.

— Доведу.

Согласие далось легко. И внутреннее чутье подсказывало, что все верно. Теперь у него появилась цель. То, чего не хватало с самого момента Посвящения. Еще один кусочек встал на место, заполняя пустоту внутри, которая теперь ощущалась лишь острее. Чего-то не хватало. Снова. Чего? Позже он разберется. А пока…

— Что за история с приглашением? Почему темные готовы пойти на такие уступки ради него?

Лицо светлого застыло, словно он пытался подавить какую-то реакцию. И у него получилось.