Чтение онлайн

Седдон, как всегда не выражая ни чувств, ни мыслей, кивнул головой. Элоиза де Валми смотрела на мужа. Его лица я не видела, но ее было напряженным и бледным, к моему удивлению она даже кусала нижнюю губу. Похоже, веселенькая встреча ожидает прямого продолжателя рода. Их обоих с Филиппом… Чтобы сойти за уютный семейный дом, замок Валми явно нуждался в основательной силовой обработке. Констанс Бутлер на них не было.

Центральная люстра взорвалась красивым каскадом света. Седдон опустил шторы и возобновил запас напитков. Зазвенели стаканы, раздался смех. Филипп весело стал помогать гостю складывать крошечные шахматные фигурки… Казалось за секунду под ярким светом напряжение растворилось

и исчезло. Огонь в камине, смех, запах сосновых бревен и ликера, тяжелые шторы… Абсурдно населять веселый замок призраками Торнфилд-холла [30] . Король-демон повернулся ко мне:

— Выходите, Джен Эйр.

Должно быть я подпрыгнула на фут. Он удивился, засмеялся:

— Я вас ошарашил? Извините. Вы пребывали очень далеко?

— Очень. В Йоркшире, в месте, называемом Торнфилд холл.

— Значит мы en rapport [31] . Heудивительно, что вы подпрыгнули. Придется быть осторожным… А сейчас, может, уведете своего воспитанника, прежде чем месье Флоримон развратит его вермутом? Нет, Филипп, уверяю, тебе не понравится. Делай adieux [32] , пожалуйста на английском, и иди.

Филипп вскочил, попрощался старательно и с видимым удовольствием. Я была почти благодарна, когда наконец его рука вцепилась в мою, пробормотала свои пожелания спокойной ночи и удалилась. Голос Леона де Валми:

— Спокойной ночи, мисс Эйр! — проводил меня до двери, наполненный очаровательными обертонами издевательства.

Остаток вечера Филипп был слегка подавлен, но в целом пережил тяжелое испытание очень хорошо. Когда он лег в кровать, я поела в одиночестве в своей комнате. Еду принесла Альбертина, горничная мадам, ясно показывая кислой физиономией, что считает себя униженной.

— Спасибо, Альбертина, — сказала я жизнерадостно, когда она поставила последнюю тарелку. — Ой, между прочим…

Она остановилась в дверях без малейшего интереса на лице.

— Ну?

— Вы не помните, я покупала таблетки миссис Седдон на прошлой неделе?

— Non.

— В смысле не покупала или не помните?

Она процедила через плечо, не поворачиваясь:

— Имею в виду, что не знаю. Почему?

— Просто миссис Седдон просила меня купить их сегодня, а месье Гаруэн сказал, что давал их мне на прошлой неделе. Наверное, я их ей дала с другими пакетами, но совершенно выпало из памяти. Не помните, вы мне вместе со списком давали рецепт?

Квадратные плечи поднялись.

— Может быть. Не знаю. — Черненькие глазки уставились на меня с неприязнью.

— Почему бы не спросить у нее самой?

— Хорошо, я так и сделаю, — ответила я холодно. — Благодарю, Альбертина.

Но дверь уже закрылась. Примерно минуту я старалась разлепить сжавшиеся губы, а потом принялась есть.

Скоро раздался стук в дверь, влетела приветливая миссис Седдон, и я выпалила безо всякой подготовки:

— Эта женщина Альбертина. Что ее гложет? Дружелюбна, как змея.

Миссис Седдон всхрапнула:

— А, она. Она всегда

по воскресеньям, как мокрая курица, потому что приходится помогать. Берта с Мариеттой готовят комнату для мистера Рауля, потому что Мариетта отказывается работать с Альбертиной, а эта будто лимонов объелась, если приходится делать что-то не в комнатах мадам. Они с Бернаром парочка та еще. Уверена, она ограбит банк для хозяина, если ее попросят, а если бы у меня нос был из сыра, и его обгрызали крысы, она бы мизинчиком не пошевелила, чтобы их отогнать.

— Верю. Что не понятно, так это, как мадам с ней ладит.

— Ты же не думаешь, что она и с мадам такая кислятина? Там эта святоша без масла в любую дырку влезет, точно говорю. — Разговор с миссис Седдон приобрел крайне живописный характер. — Да она со всеми одинаковая, кроме Бернара, и ревнует, как смертный грех, если мадам хоть улыбнется кому-нибудь кроме нее. Она знает, что ты мадам нравишься, вот здесь и корни и крона и все что хочешь, дорогая, поверь.

Я удивилась.

— Нравлюсь мадам? Откуда вы знаете?

— Много хорошего про тебя говорила, поэтому не переживай из-за Альбертининых наглостей.

Я засмеялась:

— Не переживаю. А как астма? Голос у вас нормальный.

— Это точно. Она то есть, то нет. В это время года она надоедает, но так плохо, как раньше, уже не бывает. Когда я была девочкой, мама мисс Дебби мне говорила…

Я остановила поток с легкостью, приобретенной большой практикой.

— К сожалению месье Гаруэн не продал мне ваше лекарство, сказал, что давал на прошлой неделе. Очень стыдно, но я не помню, а вы? Я принесла шоколад Nestle, какие-то пуговицы и нитки, и кажется на прошлой неделе я забирала ваши часы из ремонта?

— На прошлой? Может и так. Не могу забить себе голову таблетками, но помню, всего была масса, и они могли затеряться. Не скажу, чтобы обращала на них внимание, не нужны вроде пока, но аптекарь, наверное, прав. В нем все разложено по полочкам, так он и живет, не жизнерадостней комода, дракон. Кстати, посмотрю сегодня в комоде. Извини за беспокойство, дорогая.

— Ничего страшного. Я купила вам аспирин и лосьон. Вот они, и сдача.

— Спасибо, дорогая, в смысле мисс.

— А месье Флоримон остается или приехал только на обед?

— Приехал-то на обед, но думаю, останется попозже, чтобы увидеть мистера Рауля. А может его и на ночь попросят остаться, если туман будет дальше густеть.

Я подошла к окну на балкон.

— Не вижу. Ясная ночь.

— Ну да, он у воды. Мы тут высоко. Но дорога идет все больше вдоль реки, в долине бывала масса крушений из-за тумана. Мерзкая дорога, в смысле в темноте.

— Могу представить. — Я вернулась на место и вспомнила о неприятной сцене в гостиной. — А может, месье Рауль и не приедет сюда сегодня.

— Будет. Сказал, значит будет. — Минуту она смотрела на меня молча, лотом спросила. — Они… Внизу что-то говорили такое?

— Ничего. Гадали, что его сюда ведет, и все.

— И нечего гадать. Его ноги сюда приходят только по единственному поводу — деньги.

Мне даже стало неуютно. Какой-то предел сплетням должен быть.

— А мне показалось, у меня сложилось впечатление, что это какие-то деловые вопросы по поводу Бельвинь.

— А я про это и говорю. Всегда Бельвинь и деньги. — Она вздохнула. — Говорила же, Рауль им управляет, и все приезжает, говорит с ним про это и тогда он отвечает… Беда каждый раз. Мистер Рауль хочет денег для Бельвиня, а хозяин — для Валми, и прежде чем поймешь чего-нибудь, вот вам уже кошка с собакой. Вернее, собака с собакой, никто бы не сказал, что мистер Рауль похож на кошку — вкрадчивую скотину, у них бои с тех пор, как мистер Рауль научился говорить своим голосом…