Девушки бури и тени
Шрифт:
– Леи… – Майна бросается за мной.
Она трогает меня за плечо, но я отталкиваю её руку. Слёзы жгут мне глаза.
– Пожалуйста, не сейчас. Оставь меня в покое.
Она колеблется:
– Тогда поговорим позже.
Я мотаю головой:
– Я буду ночевать с Ниттой и Меррином. Так будет лучше. Я... увидимся завтра.
Я неловко ухожу, прежде чем успеваю передумать.
Когда шум и веселье вечеринки остались позади, я иду по опустевшим улицам лагеря Амалов и прохожу мимо полускрытых кошачьих пар, уединившихся в тени. За пределами лагеря простирается холодная и бескрайняя пустыня. Если
Без шума лодки, скользящей по дюнам, здесь тревожно тихо. Но когда я приближаюсь, с освещённой фонарями палубы доносятся голоса.
– Вряд ли это хорошая затея. И вообще, почему именно сейчас?
– Объясню позже.
– Ты ведёшь себя странно, Меррин. Что происходит?
Я перелезаю через перила и вижу Меррина, расхаживающего по палубе. Его руки слегка раскинуты, как будто он готов в любую секунду широко расправить крылья. Нитта наблюдает за ним, уперев руки в бока.
Облегчение вспыхивает на её лице, когда она замечает меня.
– Леи! Ты как раз вовремя, – она подбегает и обнимает меня за плечи. – Пернатый категорически отказывается идти на вечеринку. Говорит, что нужно собрать всех здесь для важного разговора.
– На лодке? – переспрашиваю я, нахмурившись.
– Видишь? – девушка-леопард поворачивается, указывая на Меррина. – Не только мне твоё предложение кажется странным.
Он открывает рот, затем закрывает его. Затем его взгляд отрывается от нас, сосредотачиваясь на чем-то за нашими головами. Выражение его лица становится жёстче.
Мы с Ниттой смотрим туда же, куда и он. К нам приближаются 5 фигур. На затенённых склонах дюн невозможно разглядеть их лица, но плавное покачивание бёдрами Ловы и уверенный шаг Шифу Цаэня ни с чем не перепутаешь, а длинноногую фигуру Майны я узнаю где угодно. Её волосы развеваются на сухом ветру. Когда они подходят ближе, я узнаю Нор и Озу, замыкающих группу.
– Что ж, твоё желание исполнилось, – Нитта вскидывает руку.
Меррина, похоже, эта новость не обрадовала.
Мы с Ниттой спрыгиваем с лодки, чтобы встретить остальных, Меррин следует за нами несколько мгновений спустя.
– Что происходит? – спрашиваю я.
Атмосфера напряжённая. Майна стоит немного в стороне от остальных, её лицо настолько непроницаемое, что если бы я не была с ней знакома, то подумала бы, что ей наплевать на меня. Вместо этого я понимаю, что это маска-стена, которую она возводит между собой и окружающим миром. Наши взгляды встречаются, и тёплая дрожь пробегает по венам.
– Мы подумали, что важно снова быть вместе, – говорит Цаэнь. – Мы прошли долгий путь, и особенно сейчас, прямо перед тем, как всё станет ещё более опасным, нехорошо вот так разделяться.
– Я здесь только потому, что Шифу настоял, – Лова пожимает плечами.
Остальные сердито смотрят на неё. Даже Нор наклоняется и шепчет:
–
Генерал...– Ладно – вздыхает Лова. – Дело не только в этом, – она бросает на Цаэня хмурый взгляд. – Он проявил настойчивость, даже не дал мне доесть слойку с карри.
Слегка вскинув голову и всколыхнув длинными светлыми волосами, девушка-львица делает шаг вперёд. Её бронзовые глаза встречаются с моими, в каждом отражается полумесяц лунного света.
– Я должна извиниться перед тобой, Леи, – признаётся она, и черты её лица смягчаются. – После всего, через что ты прошла, всех смелых поступков, которые совершила, чтобы помочь нам, я не должна была так себя вести. Это было по-детски, мелочно и неуважительно. Цаэнь прав. Сейчас не время разделяться, – она протягивает руку с когтями. – Мир?
Я не двигаюсь.
– Хочешь сказать, что перестанешь каждую минуту флиртовать с Майной?
– Давай увеличим время до нескольких часов.
– Максимум раз в час.
– Договорились.
Мы пожимаем руки. Затем Лова отпускает руку и проводит пальцами по своей роскошной шерсти, хлопая ресницами в ответ.
– А теперь можно нам вернуться? Довольно невежливо со стороны почётной гостьи уходить с вечеринки по случаю возвращения домой.
– Что ж, ей придётся потерпеть это ещё немного, – говорит Нитта и тычет большим пальцем вправо. – Меррин хочет что-то обсудить со всеми.
– Это не может подождать до завтра? – улыбка Ловы исчезает.
– Когда мы все будем с похмелья? – отвечает Нор.
– Верно говоришь. Так в чём дело, птичка?
Меррин колеблется. Его оранжевые глаза встречаются с моими, и он выглядит почти виновато. Он собирается что-то сказать, но тут резко смотрит налево. Его тело напрягается, как моток проволоки.
Моё сердце бешено колотится.
– Меррин? Что происходит?
Но тут голос подаёт Майна:
– Смотрите.
Она смотрит в том же направлении, что и Меррин, где за лодкой расстилается пустыня, сплошной пейзаж залитых лунным светом дюн. Прохладный ветер треплет мне волосы, и я прижимаю руки к груди; теперь, когда действие алкоголя заканчивается, холод возвращается.
Сначала я ничего не вижу. Потом…
Там. Странное пятно вдалеке.
Я застываю, сосредотачиваюсь. На горизонте виднеется пятно колеблющегося света, выделяющееся на фоне окружающей обстановки. Это напоминает мне о том времени, когда мы были в море, плыли к архипелагу Мерсинг. Некоторые волны были крупнее остальных, и вот так всё и началось – как далёкое подвижное мерцание, пробивающееся сквозь горизонт.
Эту волну не разглядеть сразу — а когда это происходит, страх, который гложет меня, взрывается вспышкой паники.
— Такого... этого не должно быть, – выдыхает Меррин.
– Это же… – еле слышно говорит Нитта.
– Солдаты! – рычит Лова.
Солдаты – лишь слово, достаточно простое. Но со времён Ночной Войны это слово несёт в себе и другие слова, которые вселяют страх в мгновение ока, слова, построенные из самого страха: страдание, разрушение, кровь и смерть.
Понимание обрушивается на меня с такой силой, что перехватывает дыхание.
Я знаю, где ты.
Прямо на нас идёт королевская армия.