Девушка чужой мечты
Шрифт:
– Нахрена мне вообще с ней знакомиться?
– попытался возмутиться он, без особой, впрочем, надежды на избавление. Николай усмехнулся.
– Если мы с матерью девушку тебе не найдём - ты так и заглохнешь над своей пиликалкой, - под "пиликалкой" отец понимал любой гаджет, которого касался сын, но не свой собственный "рабочий" компьютер, за которым ночами отстреливал "контр-террористов", думая, что никто его не видит, соревнуясь в меткости и реакции с такими же великовозрастными подростками, каким был сам.
– И заглохну. Тян не нужны, - упрямо повторил Пашка единственную мудрость, какая могла отразить
Отец в ответ лишь снова усмехнулся, потянув ручку входной двери.
– Во, у вас товар, у нас - купец!
– загоготал Николай, выталкивая сына вперёд. Пашка поднял глаза, готовый увидеть любой ужасности кикимору, хоть бы даже самую настоящую зеленую орчиху, но... только судорожно вздохнул и вытаращил ярко-зеленые глаза.
Его буравила чуть удивлённым и крайне недовольным взглядом та самая рыжая девушка из кафетерия, которой он несколько дней назад так лихо испортил свидание. Рыжие кудряшки в беспорядке разбросаны по плечам, щеки алеют, в голубых глазах-блюдцах сквозит раскалённая сталь... На секунду парень даже испугался ее, но, решив не палиться пьяными выходками перед родителями, напялил дружелюбную улыбку, поправил неизменные бутафорские очки и двинулся навстречу девушке, надеясь, что она либо не запомнила его, либо не подаст виду, что помнит. А злость... мало ли, может, ей просто не нравятся парни. В наше время всяких полно. Он подошёл к ней и как можно более ровным тоном, стараясь не выдать своей нервозности и волнения, от которого, по правде говоря, на удивление затряслись коленки, заговорил первым:
– Меня Пашка зовут. А тебя?
Вита густо покраснела и сжала кулаки. Как могло так получиться, что сыном Чеховых окажется... тот самый демон из кошмаров? Воображение смело дорисовало снова пахнущему чем-то шипровым оболтусу огромные рога и клыки, за спиной его хлопнули кожистые крылья. Вокруг идиллично порхала светло-желтая бабочка, но девушке в ней чудился орёл, нацеленный на ее собственную печень. Она ощутила себя одновременно грешницей в аду и Прометеем на скале. Дыхание стало чаще, сердце затрепетало, в сознании проплыли картины самых жестоких пыток, какие только пришло бы ей в голову применить к ненавистному типку, довольно улыбающемуся ей так, будто всё в полном порядке. Будто он не сломал ей жизнь несколько дней назад, не рассорил с Мужчиной Ее Мечты.
– Ах ты ж... чертов... придурок...
– выдохнула девушка и раньше, чем успела сообразить, где находится, отвесила ошалевшему Пашке оплеуху, со всей дури, со всей злостью, что накипела. Слезы сами собой выступили на глаза, Витка хлюпнула носом и дала бы дёру, если бы к ней вдруг не подскочила мать.
– Витюша, ты чего? Это же Пашка, - зачем-то пояснила Мила, отводя дочь в сторону от потирающего щеку и стремительно заливающегося краской Паши, - Пашка Чехов, Иришкин сын. Ты его, наверное, с кем-то...
– Этот придурок поссорил меня с Ником!
– взвизгнула Вита и, вырвавшись из маминой хватки, ринулась прочь, не разбирая дороги.
– Она просто... немного нервная в последнее время, - виновато улыбнулась Мила подруге. Ирина недоумённо пожала плечами, глядя вслед стремительно удаляющейся девушке.
Пашка же, вспылив, пробормотал себе под нос что-то не слишком цензурное на языке темных эльфов и умчался в дом, в сторону строго противоположную направлению движения Витки.
– --
Вернулась Витка только часа через четыре, когда основательно замёрзла на берегу речушки, куда прилетела в растрёпанных чувствах. Плакать уже стало нечем, слёзы течь отказывались, а пить хотелось так, что девушка почти готова была
испить водицы прямо из реки, но воздержалась и почесала к активно празднующим день рождения ее отца взрослым, надеясь, что ненавистный Пашка куда-нибудь запропастился. Телефон обиженно пиликнул, извещая девушку о том, что батарея садится, и тут же разразился невозможно громкой трелью. На дисплее высветилось три буквы, которые она так жаждала видеть уже несколько дней. Не помня себя от радости и хлюпнув носом, девушка полетела к дому и приняла вызов.– Ник! Никитушка, любимый мой!
– Виталина, вы хотели поговорить со мной? Я получил ваши сообщения, - волшебно-артистичный голос Никиты заставил Витку радостно взвизгнуть, прикрыв микрофон основательно замёрзшей ладошкой, - Ваш суженный более не согревает вас холодными летними вечерами?
– Да нет у меня никакого суженного, я вообще того человека впервые видела! Он просто пошутил глупо, - затараторила Витка, надеясь высказаться раньше, чем телефон вырубится от нехватки заряда.
– Хорошо, Виталина. Я вам верю, - манерно сообщил Мужчина Ее Мечты, - Где вы сейчас? Я с удовольствием заберу вас на ночную прогулку.
Сердце Витки забилось часто-часто, дыхание от счастья аж перехватило. Но ее настигла жуткая мысль: она в душе не имела, куда ее увезла мама. Силясь вспомнить указатели, уныло проплывавшие за окном машины, она затараторила:
– Ну... тут деревня какая-то... меня предки увезли куда-то, тут это... Арефьево, - на этом знания девушки о месте, куда ее занесла нелёгкая, заканчивались. Депрессивно глядя на проплывающие пейзажи, она отложила в памяти только один указатель: тот, что синел прямо перед въездом в коттеджный посёлок. Ник в телефоне вымученно вздохнул.
– Чтож, - он снова вздохнул, - Допустим, я знаю, где это. Если всё так, как вы говорите, я прибуду к утру. Ждите меня, милая леди. Я...
Телефон пискнул и погас в руках девушки. Она почувствовала, что готова расколотить ненавистный аппарат о так вовремя оказавшийся поблизости металлический забор, стыдливо прикрытый похожей на натуральный камень плёнкой. И только тут сообразила, что добралась до искомого дома.
Виталина просвистела мимо родителей, увлечённо распивающих спиртное вприкуску со свежеподжаренным шашлыком, и понеслась в дом, чтобы найти розетку и зарядить аппарат. Чтобы Мужчина Ее Мечты смог сказать, во сколько он явится в это захолустье. Мысль о том, что уже утром она сможет увидеть его идеальное во всех чертах лицо, что на нее снова будут глядеть необычайно-замечательные глаза цвета горького шоколада, придала сил и позволила забыть о недавнем инциденте с ненавистным демоном. Но реальность оказалась жестока: чертов Пашка как раз вознамерился присоединиться к родительской попойке, потому направлялся к выходу из дома. В дверях-то они и столкнулись лбами, в прямом и переносном смысле слова. Потирая ушибленную голову, Пашка открыл глаза, чтобы увидеть неожиданно возникшую на его пути златокудрую преграду.
– Какого хрена ты тут носишься?
– выпалил он, - Метлу подпалила, ведьма?
Витка снова раскраснелась, поднялась с деревянного крыльца и сжала кулаки.
– Исчезни, смертный, пока не прокляла до пятого колена, - фыркнула она и оттолкнула с пути едва принявшего вертикальное положение юношу, направляясь в ближайшую комнату и на ходу извлекая из сумочки зарядник.
Но тут ее ждал облом. Блок питания в кармане, разумеется, нашёлся, а вот кабеля почему-то там не оказалось.