Девочка по имени Аме
Шрифт:
– Ты плохо разбираешься в йокаях, моя дорогая, - он заботливо поправил выбившуюся из высокой прически женщины прядь. Она замерла, будто в ожидании чего-то, но Принц сделал шаг назад и повернулся. Его взгляд скользнул в темноту, в ту сторону, где находились Амэ и Вивиан. Конечно, он не мог их ни заметить, ни почувствовать, но сердце юноши от волнения пропустило удар.
Принц чем-то отдаленно напоминал ками и так же неуловимо от них отличался. В полутьме его глаза цвета граната слабо мерцали. Он улыбался, и Амэ мог видеть небольшие клыки. В нем было что-то темное и демоническое, но невероятно притягательное. Какая-то
– Но она не может знать!
– возразила Каору, ее желание выслужиться, показать себя полезной было слишком очевидно.
– Зато может догадываться, - усмехнулся Принц.
– В любом случае, найдите их. Они не могли уйти далеко.
– Да, мой господин, - поклонились Каору и Бенихиме.
Принцесса рода что-то закричала, подзывая к себе охрану особняка Имубэ. Амэ перевел на Вивиан вопросительный взгляд. Она подняла голову, хмуро посмотрела на него, и в глазах ее была странная тревога и волнение. За него?
– Поспешим!
– шепнула девушка на ухо Амэ и схватила за руку. Она потянула его вглубь сада, туда, где меньше всего фонариков и меньше всего теней, которые могли бы разболтать о их местонахождении.
Амэ посчитал, что был достаточно терпелив и выждал достаточно, пока они не скрылись из виду, уходя прочь из особняка, через сад, который позже превратится в густой лес, и задал интересующий его вопрос.
– Что происходит?
Вивиан ответила не сразу. Она будто раздумывала, стоит ли говорить. Или придумывала подходящую ложь - Амэ не знал. Но Принца Сарумэ видел, и впечатление тот производил грандиозное, попасть к нему в лапы почему-то не хотелось. Как ни странно, но инстинкт самосохранения отчего-то вопил дурным голосом и умолял довериться Вивиан.
– Тебя хотят убить, - ответила она после некоторых колебаний. Она остановилась и посмотрела Амэ в глаза, вздернув подбородок. Нет, с таким видом не лгут. Или, девушка просто хорошая актриса.
– Убить?
– от этой новости Амэ опешил. Ничего себе заявление!
– За что?
– Тебя обвиняют в смерти Небесной Собаки, - ответила Вивиан невозмутимо.
– Вот почему.
– Небесной Собаки?… - переспросил юноша удивленно. Это оказалось так неожиданно. Да, он помнил историю, из-за которой Акито отозвали из Сарумэ, но его воспоминания об этом случае были настолько туманны, что он даже и предположить не мог, что его могут обвинить в убийстве этой твари.
– То есть я ее?… Нет. Это ошибка какая-то…
Он тяжело привалился к стволу первого попавшегося дерева.
– А никто и не считает, что ее смерть пришла от твоих рук. Но в любом случае причина - ты.
Амэ закусил губу, пытаясь придти в себя.
– Бред какой-то!
– ответил он. Вивиан молчала выжидательно. Наверное, знала, что сейчас посыплется на нее град вопросов. Амэ оправдал ее ожидания.
– И куда ты меня ведешь?
– в его голосе прозвучало недоверие.
– Мы должны вернуться в Сарумэ, - с готовностью ответила она, будто знала, какой вопрос сейчас ей зададут.
Амэ подозрительно сощурился.
– Разве там мне будет безопаснее?
Что мешает йокаям придти туда? Тем более что мама когда-то была с ними связана…
– Напротив, в Сарумэ тебе ничего не грозит. Ваша земля
хорошо охраняется щитами Аши, они не сунутся туда, - объяснила Вивиан.Щиты Аши? Услышав о них, Амэ очень удивился. Откуда бы им взяться? Сарумэ уже хотел задать этот вопрос, но вдруг осознал, что есть вещи поважнее, которые стоит выяснить.
– Ладно, предположим, это так. Но кто ты такая? И какой тебе прок помогать мне?
Вивиан вздохнула.
– Я верная слуга Повелителя. А ты - его величайшее сокровище. Мой долг охранять тебя.
Повелитель… Кажется, о нем говорила та страшная тварь в подвале больницы доктора Нагаи. И вот теперь Вивиан.
– Повелитель? Кто он?
– Наш Бог, - просто ответила Вивиан.
– И когда он появится, мы вновь обретем свободу и забудем о страхе. Знаешь, зачем Аматэрасу создала ками? Цель была одна - уничтожать йокаев, слепо защищая людей.
– Потому что йокаи нападают на людей!
– возразил Амэ. Эти слова вырвались так неожиданно поспешно, что подобная реакция удивила самого юношу.
– Потому что они питаются мясом и совершенно не умеют контролировать свой голод. Но в этом их легко воспитать. А мясо может быть не обязательно человеческое, в Поднебесной достаточно крупных животных, способных удовлетворить аппетит любого йокая.
– Но они все равно предпочитают в пищу людей!
– жестко возразил Амэ. Вивиан хотела выгородить этих тварей? Страшных, мерзких, прожорливых.
– Люди живут общинами, а их скопление и то, что на них нетрудно охотиться, привлекают йокаев.
– Не стоит их оправдывать.
– Но и обрекать на уничтожение, не разобравшись в ситуации, тоже не стоит, - произнесла Вивиан, игнорируя возмущенный взгляд Амэ.
– Ты уже не можешь слышать меня, природа берет свое, - вздохнула она.
– А жаль. Но не обращай внимания на мои слова, Амэ. Я отвлеклась, и это моя ошибка, тебе нужно уходить! Сейчас ты находишься под моей защитой, и никто не найдет тебя, пока я того не захочу, но не стоит испытывать судьбу. Чем больше мы медлим, тем труднее мне будет вывести тебя отсюда…
Она указала вглубь леса. Там было темно и страшно. Лучше было за спиной - дружелюбный свет, шум веселья. Может, все же стоит вернуться, а то слова Вивиан звучат совсем неубедительно.
– Опасность?
– спросил Амэ.
– Убийство Небесной Собаки? Не очень-то правдоподобно! К тому же у меня нет ни единой причины доверять тебе!
Вивиан посмотрела на Амэ едва ли не с отчаянием.
– Пожалуйста, поверь мне, - взмолилась она.
– Это не обман! Небесная Собака была любимым животным Принца Тануки. Тебя не простят. Прошу, возвращайся в Сарумэ, и постарайся не покидать его до Пробуждения!
Теперь она стояла рядом, и ее маленькие тонкие ручки сжимали ворот кимоно Амэ. У нее либо не было доказательств собственных слов, либо она просто не могла их предоставить, все что ей оставалось - это убедить, но орешек ей попался крепкий. Который никогда не осознавал степени опасности…
– О чем ты говоришь? Какое еще Пробуждение?
– сразу же заинтересовался Амэ.
И вдруг тени оживились. Странно заползали, зловеще зашевелились, и от скверного предчувствия, которое внезапно посетило юношу, внезапно похолодело в груди. Вивиан, которая пыталась встряхнуть Амэ для пущей убедительности, тоже замерла и почти прижалась к нему.