Дети Зазеркалья
Шрифт:
Ой-ой-ой! Я это уже слышала. Совсем недавно. Кошусь на устремленный в небо драконий глаз. Читать эмпатический фон дракона я не могу. Да и никто не может, вообще-то. Но, похоже, принц действительно в печали. Да что же могло так расстроить его неунывающее высочество?!
— Эй, — я пихаю его в ершистый гребень, — ну-ка прекрати ныть и выкладывай. Две головы лучше одной.
— Отец требует, чтобы я остепенился, — вздыхает дракон.
— Ой, а это как? — меня просто распирает от любопытства.
Двадцать с лишним лет в этом мире и дружба с Гургом не принесли мне глубоких знаний о жизни драконьего общества. Например,
А вот что значит, с их точки зрения, остепениться — это и вовсе для меня непонятно. Остепененным я Гурга тоже представить не могу, хоть убейте. Он же мальчишка, со всеми свойственными мальчишеству авантюризмом, самомнением, и святым желанием подраться во славу неважно чего. А еще у него потрясающее чувство юмора и неиссякаемая страсть к розыгрышам. Может, он и меня сейчас разыгрывает своим несчастным видом.
Гург молчит, и я не выдерживаю.
— Эй, чего от тебя хочет-то твой венценосный папенька? Что значит "остепениться" с драконьей точки зрения?
— Он хочет, чтобы я сражался за даму сердца, — вздыхает принц.
— А у тебя есть дама сердца?!
— Нет, — печаль в его голосе может растопить любой ледник недоверия. — Если бы была, я бы сражался.
— Так, стоп! А тогда чего же от тебя хочет отец?
— Чтобы я ее нашел. А где искать-то, Марта? Нет, вот ты скажи, а? Где искать? — Гург тяжело вздыхает. — Понимаешь, я — принц. Это та-а-к муторно! Вокруг меня все время вьются какие-то дамы, которые только о моем сердце и помышляют. Они милые. Нет, вот честное слово, очень милые. Но как же они меня достали! Вот объясни, почему они все считают, что могут стать принцессами, если завоюют мое сердце, а?
— А что, не могут? — робко интересуюсь я, совершенно не понимая, о чем он, собственно, толкует.
— Да с какой стати?! Принцессой нужно родиться! С этим особым даром в душе, понимаешь?
— Не-а! — честно отвечаю я.
— То есть как? — удивляется Гург.
— Ну, вообще-то, дорогой друг, у нас, эльфов, да и у многих других народов, такой статус определяется исключительно генетикой. Типа, кто твои родители, тем и тебе быть. Если мама с папой принцы — значит, и тебе родиться принцессой. Вот так примерно.
— Чушь какая! — фыркает дракон, и моя шляпа снова чуть не улетает. — Это ж любой урод только потому, что он у принцев родился, тоже принцем стать может!
— А у вас не так?
— Нет, конечно! У нас это дар. Дар ведущего за собой. Кто-то может им быть, а кто-то нет.
— Круто! — восхищаюсь я. — И главное, как справедливо!
— Ага! — кивает Гург. — Вот и скажи
мне, чего этим дурындам такая блажь втемяшилась? А мне отдуваться! Нет, ну, правда, Марта! Как, интересно я должен остепениться, когда кругом только такие…— Блондинки, — подсказываю я.
— Чего? — не понимает принц.
Ну, да, конечно, они же все разномастные, драконы эти. Но принца мне искренне жаль. Нет, это точно сродни тем морганатическим бракам, что заключались между малолетними инфантами. Детям-то невдомек, что, вообще-то, происходит. Ну, церемония, ну, красивая и торжественная. Вот только кто, эта девочка? Кто этот мальчик? Мой муж? Моя жена? А что это значит? Вот так примерно для меня и выглядит приказ отданный королем Дрергом. Это Гург-то должен остепениться? Интересно, как? И где, собственно, шлется, его драконья Бекки Тетчер? Уж появилась бы, глядишь, и несчастный принц смог бы за нее повоевать. Эта мысль приводит меня к интересной идее.
— Гург, — спрашиваю я, — а как дракон должен найти свою даму сердца? Ведь не может же отец заставить тебя наугад пальцем в одну из этих дам ткнуть. Если тебе нужно выбрать обязательно принцессу, должен быть способ ее вычислить.
— Ага, — грустно кивает принц, — должен быть. Вот только какой — это большая тайна, которую я должен открыть сам. Отец так и сказал: "Остепенись, наконец! Поработай головой и сердцем и отвоюй свою принцессу".
— А как именно поработать не уточнил?
— Не-а! Не захотел. Или не успел, — Гург вздыхает. — Поругались мы. В дым и пламя. Даже мама ничего сделать не смогла. Марта…
— Что?
— Я тут у тебя побуду немного, ага? Поразмыслю над ситуацией.
— Побудь, — улыбаюсь я. — Поразмысли. Я тоже подумаю. И с Библиотекой посоветуюсь. И с Тилли, если появится. Может они что-то подскажут. На счет Ренаты же фея мне подсказала.
— А что на счет Рен-Атар?
— А ты не знаешь? Ой, твое высочество, ну так же нельзя! Ты же принц все-таки, а тут такое событие мирового масштаба!
— Какое событие? — недоуменно морщится дракон.
— Как какое?! Состязание женихов, разумеется. Конунгу надоели стихийные драки и дуэли, и он решил внести в это дело элемент организации.
— А за кого драки-то? — вконец теряется Гург.
— Как за кого?! Нет, товарищ принц, ты совсем не хочешь работать головой! За Ренату, разумеется!
— За Рен-Атар?!
— Ага, представляешь! Она тут ко мне на днях вся в соплях приходила.
— Почему?
— Что "почему"?
— Почему в соплях? Что, не хочет выходить замуж?
— А тебе, дорогой друг, тоже не охота за кого попало сражаться. Но тебе-то проще, ты сам решаешь, сражаться, или нет. А ей, видите ли, победителя нужно выбрать обязательно. Конунг ее в такие рамки зажал, что откладывать это дело она больше не может.
— Ну…
— Вот тебе и "ну"! Мы с ней полдня голову ломали, как бы время протянуть.
— Зачем?
— Гург! Не строй из себя балбеса! Ты же в курсе, что Син опять в ссылке!
— Ой!
— Вот именно.
— И что, конунг даже не дал ей месяц подождать?
— А он делает вид, что ни о чем не догадывается. По-моему, просто развлекается. Очень уж его достали постоянные интриги вокруг нашей прекрасной Рен-Атар. Вот и объявил начало турнира на следующей неделе.
— Вай! Так скоро?! Ой, Марта, а как же теперь… И что тебе Тилли посоветовала?