Чтение онлайн

–  Ком-мм-паннейский по-ссе-лок… - заикаясь, ответил Леша.

–  Ну вот, молодец. Вам, тетя Варя, я очень верю, - и Ваня, наклонившись, неловко ткнулся носом в ее щеку и выскочил вслед за сонным железнодорожником в утренний холод.

К полустанку подъезжал, грохоча колесами и дымя трубой, паровоз, который звался «Максим Горький». За ним тянулся обычный состав из теплушек, набитый людьми. Ваня бросился вдоль состава, остановился на миг у вагона, где сидели красноармейцы, попросил:

–  Дяденьки, возьмите меня с собой! Мне в Сталинград надо! Вы не туда?

–  Нет, - ответил за всех степенный

пожилой красноармеец, сидевший с краю, свесив ноги.
– Мы не туда, но до Уфы довезем. Хочешь?

Ваня радостно закивал.

–  Ну тогда сигай сюда, парень.

Ваня ухватился за протянутые руки, вскочил в теплушку, оглянулся на перрон, где стояли только женщина с малышом на руках и крепко схвативший ее за руку мальчик в рваном пальтишке. Ваня спрятался за спины красноармейцев, чтобы выдержать и не соскочить обратно к брату. Тяжесть была на сердце Вани: бросил брата на чужие руки, вроде как предал. Поезд, не постояв на станции и пяти минут, тронулся. Вагон, в котором был Ваня, медленно поплыл мимо замурзанного кривобокого вокзальчика.

–  До свидания, Леша!!!
– крикнул Ваня, на миг высунув голову в открытые двери теплушки.
– Я найду тебя!…

–  Товарищ командир!
– Иван вздрогнул от легкого прикосновения к плечу.
– Бойцы устроились, дозор выставлен. Начата набивка лент. Надо, наверное, больше лент набить, пока спокойно. Как вы думаете?
– деликатно спросил старшина.

Иван тряхнул головой, отгоняя воспоминания, глянул в последний раз на яркую звездочку, висевшую над лесом, повернулся к Старуну:

–  Да-да, товарищ старшина, я согласен с вами.

Всю ночь небольшой гарнизон не смыкал глаз. Один человек дежурил у амбразуры, другой стоял на наружном посту, третий спал, а двое набивали без передышки пулеметные ленты. Через час менялись, и таким образом к утру все смогли немного вздремнуть. Вместе с бойцами работал и Жидков. Солдаты были старослужащими, осенью всем предстояла демобилизация. Правда, старшина Старун решил остаться сверхсрочно в армии, даже вызвал семью в часть. Но жена с дочкой не приехали в срок.

–  И хорошо, что не приихалы, вин кака заваруха, - подытожил свой рассказ Старун.
– Конечно, мы немцев раздолбаем, да скоро ли? Вот вопрос!

–  Без паники, товарищ Старун!
– постарался как можно строже сказать Иван.
– Разобьем!

–  Не кажи гоп, - буркнул Старун.

Жидков не одернул его, потому что и его самого одолевали сомнения

А Старун продолжал:

–  С границы раненые бойцы шли, сказывали, что у них - танки да автоматы, а мы - с ними, родимыми, образца девятьсот пятого года, - и он кивнул на пирамиду трехлинейных винтовок.
– Тут хоть какой храбрый да умелый будь, а с винтовкой против танка не устоять.

И опять Иван промолчал, подумав, как там держится соседний полк?

А полк, расквартированный в Граево, стоял крепко. Об этом сообщили десять бойцов, пришедшие утром. Они принесли запас продуктов, и пока усталые бойцы ели, рассказали, что полк не только устоял, но и шуганул немцев за границу.

–  Вот, видите, Старун, за границу их отогнали!
– обрадовался Иван.

Старун промолчал, старательно вычищая куском хлеба консервную банку. Не хотел он спорить с желторотым лейтенантом, только что вылупившимся из училища. А Старун пять лет

в пограничном районе служил, обстановку на границе знал не хуже пограничников. В том, что Красная Армия разобьет немцев, он не сомневался, но ох, как долго, видно, придется ждать этого часа, и Старун покосился вновь на винтовочные пирамиды, пожалев, что старлей Комлев унес с собой автоматы, снятые с убитых немецких велосипедистов, выполняя приказ сдавать трофейное оружие.

А потом начался ад.

Время проходило как во сне. Дни были заполнены треском пулеметов, заунывным воем пикирующих бомбардировщиков. Но ДОТ был тщательно замаскирован или просто повезло - ни одна бомба не упала на их убежище. Однако грохот был страшный, и бойцы, как велел Жидков, стояли у амбразур, широко раскрыв рты, чтобы не оглохнуть. Старун, не стерпев, яростно зарычал:

–  Мать твою… Где же наши соколы хваленые?!!

Не знал Старун, что в первые часы войны во время налетов на аэродромы было разбито более тысячи самолетов, и что многие соколы-летчики погибли, так и не взлетев. Да. Многого тогда они не знали. Известно было лишь одно - биться до последнего, защищая родную землю.

К исходу шестого дня немцы притихли, не рвались в лобовую атаку под огонь пулеметов. Оставив у амбразур часовых, Иван приказал бойцам отдыхать. Все они были похудевшие, почерневшие, заросшие, губы плотно сжаты, в глазах горел яростный огонек. Старун среди них выглядел щеголем - как-то умудрялся побриться, почиститься. Глядя на него, Иван тоже старался быть подтянутым.

Бойцы попадали спать вповалку. Иван встал у амбразуры, чутко вслушиваясь в ночь, вглядываясь в темноту, пытаясь понять, почему над лесом нависла тишина.

–  Тихо-то как… - прошептал за спиной Старун.
– Молчат немцы. К чему бы это, а?

Иван пожал плечами - он и сам не знал этого.

–  Может, разведать, что к чему, товарищ командир?

–  Хорошо, Старун, действуйте.

Старшина тихонько позвал:

–  Ильин, Васюков, за мной!

Послышался шорох - это бойцы поднимались с пола. Потом потянуло сквозняком - открыли двери бункера.

Разведчики вскоре вернулись. С ними пришел незнакомый Ивану командир. В бледном свете, лившемся из амбразуры, он увидел, что прибывший в звании старшего политрука.

–  Лейтенант, - сказал он, - вот приказ об отступлении. Отправьте бойцов в тыл, а вы остаетесь в моем распоряжении.

Жидков произнес:

–  Разрешите посмотреть ваши документы, товарищ старший политрук.

Тот усмехнулся:

–  Ну что же, я бы тоже попросил, хотя старшина Старун меня знает в лицо, - он достал из полевой сумки приказ, а из кармана гимнастерки - удостоверение.

Иван отошел к амбразуре, прочел приказ, изучил удостоверение и, возвращая документы, спросил:

–  Как там, на границе, товарищ старший политрук?

–  Неважно. Немцы прорвали оборону севернее нас. Граевский полк вынужден был отступить с большими потерями. Вас немцы просто обошли, однако с рассветом могут атаковать… Прикажите бойцам разгрузить машину, она в лесочке. Думаю, пятерых будет достаточно. А потом я объясню задачу.

Иван отправил к машине Старуна и пятерых бойцов. Вскоре они вернулись. У каждого на плечах был ящик, Старун нес бухту бикфордова шнура. Бойцы старались все делать бесшумно.