Чтение онлайн

Ее слова возымели ожидаемый эффект. Сестры переговаривались между собой, не скрывая своего возмущения. Итану показалось, что переговоры обречены на провал.

— Какого ответа ты от нас ожидаешь? Ты младшая из нас, а значит, последней можешь претендовать на трон, на который осмелилась сесть, — выкрикнула в сердцах Чхах.

— Мне интересно, что скажешь ты, Ек. Они всегда тебя слушались. Ты старшая. Если ты уступишь, я уверена, что остальные последуют твоему примеру. Что ты ответишь? Рой должен быть единым организмом. Сейчас у нас еще есть возможность остановить междоусобную войну.

В наступившей тишине казалось, что

слышно, как со свечей стекает воск. Аурлийцы очень надеялись, что сестры примут правильное решение.

— Я отвечу, что ты забыла свое место. Да, ты сделала то, что никому из нас не удавалось. Лишила жизни ту, что мы любили и ненавидели одновременно. Тем не менее для иерархии нашего народа это ничего не значит. Ты сможешь занять место царицы только после того, как умрут все твои предшественницы, — холодно ответила Ек, не готовая уступать трон, до которого ей оставалось лишь протянуть руку.

— Да будет так, — печально ответила Чаар, немного стыдливо отведя взгляд.

Эти слова были сигналом. Окружавшие сестер чужаки достали клинки. Королевы повскакивали со своих мест, но бежать им было некуда. Кэр пронзил своим мечом Тиин. Четвертая из сестер посмотрела на него с такой болью, что ему стало не по себе. Он не испытывал к ней злобы. Она ему ничего не сделала. Аурлиец аккуратно уложил ее на пол. Аналогичная судьба постигла и остальных сестер. В этот момент Итан думал о том, сколько еще раз ему придется совершить столь ужасные и мерзкие поступки на пути к исполнению своей миссии. Довольный происходящим, демонический амулет приятно согревал грудь, в которой таилось холодное от презрения к самому себе сердце.

Чаар смотрела на все это действо, пытаясь сдержать слезы. Что бы о ней не думали, она любила своих сестер, но ради его же блага рой должен был оставаться единым целым. Ей пришлось заплатить свою цену за власть.

— Сердца, мне нужны их сердца, — прошептал она дрогнувшим голосом.

— Я на это не подписывался! — Дункан отшвырнул оружие, которое звонко ударилось о каменный пол тронного зала.

— Мы уже слишком далеко зашли, чтобы поворачивать назад, — с этими словами мистер Норрингтон воткнул нож в сердце Ек.

Вместо штурмана грех на себя взял Сварн. Перешагнув одной ногой через порог смерти, он уже не волновался о спасении своей души. Эйден, Кэр и Хольт присоединились к их ужасному занятию. Слишком много компромиссов с самим собой на пути к спасению этого мира. Перед внутренним взором возник образ Артура Кэмбела, оступившегося подобным образом. Тогда Кэр пообещал себе, что это происходит с ними в последний раз, но и представить себе не мог, как скоро нарушит клятву.

Вырезав сердца, они поднесли их новой царице. Чаар взглядом указала на широкое блюдо рядом с ней. Палачи бросили свою тяжелую ношу, стараясь поскорее от нее избавиться.

— Сегодня на арене пройдет обряд слияния, а завтра мы начнем подготовку к походу. Сейчас оставьте меня, мне нужно проститься с семьей.

Никто и не хотел задерживаться здесь ни одной лишней минуты. Через несколько часов они стояли в царской ложе, глядя на презираемые ими пески арены. Сварн поежился, вспоминая, как умер прямо здесь. Глаза тысяч зрителей видели его смерть. Арена была забита до отказа и все равно не смогла вместить всех членов улья.

— Господа, должен сказать, что за один день здесь мы сделали головокружительную карьеру, — пошутил Дункан, признавая, что смотреть на арену

отсюда куда лучше, чем стоять ногами на песке.

Ингрид взглянула на него с осуждением. Королева не появлялась. На арену вышел Чаар-Тоа-Вал-Готэ. Кэр почему-то обрадовался, увидев его живым. Прислужники Чаар начертили на песке шестигранник, в пяти углах которого лежали сердца членов королевской семьи. Наконец, под звуки труб появилась и сама героиня сегодняшнего представления.

Чаар заняла свое место в центре фигуры, прислужники принялись рисовать на ее теле линии. Когда боевой ритуальный раскрас был готов, она подошла к сердцу пятой по рождению сестры. Подняв частичку ее плоти, она вгрызлась в нее зубами. Весь подбородок Чаар оказался залит черной кровью. Трибуны пришли в движение. Ритмичные завывания лишь добавляли больше ужаса происходящему. После четвертого укуса сердце окончательно исчезло внутри Чаар.

— Чтобы управлять чужими детищами, в ней должна быть частица их королев. Поедая плоть, она получает их силу и право повелевать их городами, — объяснил Вендэль остальным.

Кэр почувствовал, как стоявшую рядом Кару едва не вывернуло наизнанку. Чаар шла по начертаным линиям, останавливаясь на их пересечениях, чтобы отправить в пасть частичку очередного родственника. На лице имперца Кэр прочитал восхищение волей королевы и ее стремлением к власти. В этот момент аурлиец понял, что они с ним никогда не станут друзьями по-настоящему.

Ужасный обряд продолжался невообразимо долго. Каждое последующее сердце давалось Чаар с все большим и большим трудом. Когда новый лидер роя добралась до последнего сердца, по ее лицу текли слезы.

— Ты должна! Сделай это! — имперец не удержался и ударил кулаком по стене трибуны.

Неизвестно, услышала его Чаар или нет, но дело свое она сделала. Закончив свой путь по периметру фигуры, она вышла в ее центр. Упав на колени, она издала такой дикий крик, что, казалось, здание арены вот-вот разрушится. Из окружавших ее линий стал пробиваться свет, исчезнувший вместе с прекращением ее дикого вопля. Чаар с трудом поднялась на ноги. Запрокинув голову назад, она сделала глубокий вдох. Из носа, глаз и ушей у нее шла кровь.

Трибуны смолкли, а через секунду пришли в движение. Рой должен был возвращаться к работе, чтобы у него не оставалось времени обдумывать произошедшую смену власти. Хорив потянулся к голове. Ее неожиданно пронзила сильная боль, причин которой утларг найти не мог. Джонатан с заботой посмотрел на своего ученика, предложив тому отдохнуть, но древний отказался, не желая расставаться с товарищами в столь исторический момент.

Королева исчезла вместе со всеми. Чаар тоже было необходимо время, чтобы осмыслить то, что она сотворила. Чужие в этом улье гости спустились на арену. Солнце клонилось к закату, и видавший слишком много крови песок начинал остывать.

— Не жалеешь, что успел на наш корабль? — спросил Кэр у Сварна.

— И где бы вы без меня сейчас были? Нет, я ни о чем не жалею, Итан. Едва ли я мог рассчитывать, что проживу настолько удивительную жизнь, — усмехнулся утларг.

— Как тебе последний день на земле? — печально ухмыльнувшись, спросил капитан Хольт и зачерпнул носком ботинка ненавистный песок.

— Слишком долог. Чем больше я остаюсь с вами, тем больше мыслей лезет в голову. Много надежд, коим не суждено сбыться, начинают питать мое остывшее сердце, — слабо улыбнулся Сварн.