Чтение онлайн

— Гор, для этого есть слуги, — намекнул ему Сайрус, но тот уже не слушал, пытаясь самостоятельно напоить меня, как маленького ребенка, увидев, что я не пью.

— Гор, я сама, — я мягко отстранила его руки.

— Тебе не кажется, что твой визит затянулся? — намекнул Сайрус.

Гор потерянно посмотрел на меня, как огромный виноватый пес. Сколько бы он ни проторчал у моей постели, итог все равно был один. Тот самый итог, от которого мы так долго убегали.

— Я не сержусь, — я мягко сжала его руку.

— Я сам сержусь, — возразил Гор.

— Что ты мог еще сделать? — задала я ему справедливый

вопрос.

Он промолчал. И также молча, не прощаясь ни со мной, ни с Сайрусом, вышел из комнаты.

— Так ты его не арестуешь? — посмотрела я на Сайруса.

— Он привел тебя назад. — Видимо, это означало полную индульгенцию всех предшествовавших грехов.

Наш разговор иссяк, а я чувствовала себя не слишком свежей. Я поднялась с кровати, чтобы пройти в ванную комнату, но ноги, как выяснилось, не очень меня слушались — я покачнулась, и меня подхватил Сайрус, не позволив мне упасть.

— Все-таки немеют, — констатировал он.

— Просто долго лежала, — возразила я, пытаясь выбраться из его рук, но он не позволил.

— Зачем ты это делаешь? — не выдержала вдруг я. — Неужели все, что тебя волнует — это сделать из меня какое-то легендарное оружие? Ты же сам знаешь, что у оружия есть воля и чувства, и все равно не выйдет того, что хочет Коллегия.

— О, да, я знаю, — неожиданно мягко улыбнулся он. — А вот Коллегия — вряд ли. Они полагают, что сила двух магистров возьмет верх над девушкой со скромным потенциалом.

— Скромным? Ты ведь сам говорил…

— Скромным в сравнении с нашими с Гором, — пояснил он. — Но дело в том, что скромен он только потому, что ты из серого мира. И здесь он лишь начинает разворачиваться, расти, оживать, вместе с деревьями.

— И что будет в итоге? — я невольно засмотрелась на разгорающийся в его глазах огонь.

— Что-то новое, невообразимое, непредсказуемое.

— И чего же ты ждешь? Что это новое невообразимое обрушится на вашу Коллегию и разнесет ее в пух и прах, тем самым избавив тебя от Дигина и его компании?

— Я ничего не жду. Конечно, я бы хотел быть причастным к происходящему, врать не стану, но в остальном я ничего не жду.

Хотелось ему верить, но к чему тогда эта гонка, вечное преследование? Он ведь мог плохо выполнять свою работу?

— Сайрус, даже если ты исполняешь волю Коллегии, мне от этого не легче.

— Мне жаль, — он опустил взгляд и разжал руки, наконец, освободив меня, но продолжая аккуратно поддерживать. Черт меня дери, если моему проклятому дереву не нравились его прикосновения, словно забота садовника. Но я не верила, не верила ни единому слову. Может, он хотел избежать угнетения своего дерева, поэтому и пытался обелить себя передо мной. Может, преследовал какие-то иные цели, но я уже не один раз убедилась в том, что он не говорит то, что думает, как Гор.

— Как семейная жизнь? — не сдержалась я. Пока мы бегали, свадьба с Карой наверняка уже свершилась.

— Какая жизнь? — Сайрус с искренним недоумением посмотрел на меня.

— Что, неужели отложили из-за меня гадкой? — так и подмывало всплеснуть руками для полноты картины.

— О чем ты говоришь? — раздельно по словам повторил он.

— О твоей свадьбе, о которой болтали едва ли не на каждом углу перед нашим побегом.

— А, это, — Сайрус качнулся в сторону от меня, и его дерево протестующе застонало,

заставив меня потянуться следом. Только Сайрус-зависимости мне не хватало. Его сиятельство воспринял мое движение спокойно. — На Собрании Совета мне задавали вопросы под присягой.

— Это что, клятва на каком-нибудь талмуде по магии? — перебила я.

— Нет, — снисходительно улыбнулся он, — заклинание правды.

— То есть совершенно невозможно солгать?

— Можно, но это увидят все. Мне задали вопрос о том, испытываю ли я какие-либо чувства к героине сопротивления.

У меня часто-часто забилось сердце.

— И?

— Я не стал отрицать. Потом были другие вопросы, — Сайрус смахнул упавшие волосы с лица. А я застряла на его фразе 'не стал отрицать'. Так что же, он испытывает? Ко мне? Ведь это я тот человек, о котором его спрашивали, пусть даже для всех остальных это была Кара Лаби. Но Сайрус ведь говорил обо мне. И тут же успокоилась: да, испытывает, может, ненависть или раздражение — тоже ведь чувства.

— Ответ мой разнесли, исказили, потом его подхватила толпа и поползли слухи о нашей с Карой свадьбе, — закончил Сайрус.

— Но почему Кара не отрицала?

— Наверное, не знала, чему верить.

— Что ж, мне жаль, что Лаби и Гэтис не породнились на радость всему народу.

— Не жаль, ни капли, — произнес Сайрус.

— Что?

— Тебе не жаль.

— Может, и не жаль, — огрызнулась я. — Какая разница? Или ты хочешь оставить мне еще что-нибудь на память перед застенками Коллегии?

— В магическом смысле я уже оставил все, что мог, — отозвался он, а потом притянул меня к себе. Враг, предатель, преследователь, дважды спаситель. Я терялась во множестве его ипостасей.

— Сайрус, ты — Глава Совета, — запротестовала я, понимая, что, если сдамся, мне снова будет больно. Только в этот раз намного-намного больнее.

— Это всего лишь роль, — его губы нежно коснулись моей макушки. Дерево отчаянно звенело и извивалось.

— А как же сестры? — я оттолкнула его руки.

— Их до сих пор не нашли.

— Хочешь сказать, твоими стараниями? А, может, стараниями Гора все-таки?

— Олянка, я нашел жучок Гора — как ты думаешь, я не догадывался, что он сделает?

— И отпустил меня?

— Я рассчитывал на тебя.

— Болтая в моей голове?

— Уговаривая тебя. Говоря тебе правду.

Чертовы синие птицы — мне так хотелось отпустить их на свободу. Подчиниться воле дерева и сдаться Главе Совета на милость, вернее, не Главе, а Сайрусу — тому благородному парню, который боролся за справедливость и свободу, и которого преследовал Гор. Сайрус словно прочел это все по моим глазам, а, может, снова рылся в моей голове:

— Я здесь, все еще здесь, — проговорил он, держа меня в своих руках, и я потянулась к нему навстречу, коснулась идеальных губ своими. На этот раз не было короткого жалящего огня, но был огонь другой, заполнивший мое сердце и чудом не тронувший деревья.

Деревья счастливо шумели кронами на легком ветру. Они выросли за одну ночь выше сводов спальни Сайруса. И я их видела, также отчетливо, будто они были настоящими.

Удивительно, что они не сгорели в том пожаре, что творился тут ночью. Вот был бы сюрприз для Коллегии — кучка пепла и одна бездарная девица.