Демоны прошлого
Шрифт:
— Ага! Швею из меня решил сделать! — в тон ему ответила девушка. — Ладно, давай сюда, горе черешовое!
Забрав камзол, Ланя уткнулась в шитье, бормоча о том, что Арчи — везунчик, сукно — толстое, и если зашить аккуратно, то ничего видно не будет.
Арчи молчал, прислушиваясь к своим ощущениям. В конце концов Норсита тихо сказала:
— Готово! — и подала магу его рубаху.
Арчи накинул ее на плечи и снизу вверх взглянул на Норситу, которая, закончив перевязку, отошла подальше от молодого мага.
— Норсита, я же сказал: прости меня, — медленно проговорил Арчи. — Я не хотел… Я не хотел тебя обидеть…
—
Арчи молча кивнул.
Ланя захлопотала, выставляя на стол сладости, до которых была большой охотницей.
Арчи вдруг почувствовал, что то ли от потери крови, то ли от перенесенных волнений — все же не каждый день два десятка головорезов пытаются проткнуть тебя ножами, — то ли из-за все время повисавшей в комнате звенящей тишины ему стало очень зябко. Сбросив грязную рубаху на кресло, он на голое тело надел камзол и торопливо подошел к Норсите.
— Но! — пробормотал он. — Норсита…
И, вдруг решившись, заговорил быстро и четко:
— Норсита, я был не прав, когда говорил, что не люблю тебя. Я люблю… но, понимаешь, не только тебя. Маму люблю, сестренку, Генрику. Ланю люблю. Наши слова слишком грубы, чтобы было можно сказать, как любишь. И я не знаю, что тут делать. Мне было очень обидно, когда ты на меня обиделась. Обидно — потому, что я не хотел тебе зла… Я не знаю…
Норсита продолжала молчать.
Арчи зло ругнулся про себя.
— Ну пойми ты! Я люблю Ланю. Так? Но я ее люблю не так, как тебя. Я ее люблю…
Маг решительно подошел к соседке, нахально уцепил ее за уши и чмокнул в нос.
— Уйди! — взвизгнула Ланя. — Ошалел, что ли? Я же кекс режу, придется на тебе еще одну дырку штопать!
Возмущенная Ланя выглядела так смешно, что Норсита, не выдержав, прыснула в ладошку. И вдруг спросила чуть слышно:
— А меня ты как любишь?
Арчи вздрогнул. Внимательно посмотрел на Норситу.
Потом опустился перед ней на одно колено, взял в ладони ее руку и осторожно поцеловал пальцы девушки.
Прижал ее ладонь к щеке. Замер на миг.
И тут же вскочил, спешно подхватил свою рубашку и выскочил за дверь.
Уже у себя в комнате, крепко-накрепко заперев дверь и отдышавшись, Арчи подумал:
«Что же я сделал? Это же…»
Хотя мимолетный поцелуй в кончики пальцев — это было действительно то, что точнее всего передавало его чувства к девушке.
Арчи продолжало морозить. Он обрадовался, вспомнив, что перед походом к соседке успел растопить печку и поставить на нее чайник. Вскоре маг торопливо глотал горячий чай. Мысли скакали с одного предмета на другой.
Сатин.
Нападение.
Норсита…
«Но, если я ввязался в эту королевскую интригу, то в опасности оказываются все, кого эти головорезы посчитают моими близкими. Ладно, Генрика, когда она приедет. Она сама за себя постоять может. Мих, если что, не обидится — он же сын рыцаря… А Норсита… Вдруг кто-нибудь подумает, что она тоже в чем-то участвует?» — с ужасом подумал Арчи.
Мысли о Норсите каким-то странным образом вызвали ощущение близкой опасности.
Арчи оценивающим взглядом окинул комнату. Потом подошел к окну. Обычное для небогатых городских домов окно: частая металлическая решетка, в которую вставлены кусочки стекла. Листовое
стекло слишком дорого, чтобы использовать его на чердаках студенческих пансионов. Решетка прикреплена к деревянной раме, и уже та крепится на довольно надежных железных петлях. Запора нет — зачем запор на чердаке? Ветром окно не распахнет — и ладно.«Можно защитить окно заклинаниями, — подумал маг. — Только зачем?»
Он достал из одного из стенных шкафчиков полдюжины гвоздей (он и сам не помнил, откуда у него взялись гвозди, но, к счастью, не любил выкидывать то, что еще может пригодиться) и накрепко приколотил раму к косяку.
Теперь, чтобы отрыть окно, его пришлось бы выламывать с куском стены.
«По крайней мере, во сне ко мне не подберутся, — подумал Арчи. — А если я не сплю, то и огрызнуться могу!»
В эту ночь ему снилась Ланя, скачущая верхом на огромном рыжем коте, и белые птицы, с тревожными криками кружащие над гнездом.
Глава 21
Магмейстер эт-Лотус опять — в который уже раз — выручил Арчи. Молодому некроманту вообще время от времени казалось, что стихиальщик знает гораздо больше, чем говорит. Впрочем, Арчи не думал, что эт-Лотус что-то от него скрывает. Просто стихиальщик никогда не лез к молодому коллеге с наставлениями и редко рассказывал что-то, пока Арчи не спрашивал его, как говорится, «в лоб». Или если не приходилось к слову.
Вот и на этот раз Арчи поинтересовался у хозяина лаборатории, кто из преподавателей может иметь ключи от подвала.
Лутус эт-Лотус удивился:
— Зачем тебе ключи, если в подвал ведет потайная лестница?
Арчи объяснил: для инициации Миха Эрн-Лисского нужно место, которое хранит частицу магии та-ла, а показывать студенту лестницу не хочется.
Стихиальщик пожал плечами:
— По-моему, подвал все же — не самое лучшее место для таких торжественных обрядов. Это что за инициация, если она произойдет посреди никому не нужного хлама? Ты о парне-то подумал?
Арчи загрустил. Да, подвал и тоннели под бывшим фортом пронизаны древней магией. Но каково будет Миху вспоминать, что он обрел свою истинную сущность, лежа на выброшенной кем-то кровати или сидя за сломанным столом?
— Можно использовать Гербовый зал, — продолжил эт-Лотус. — Конечно, отделку там много раз меняли. Но цокольный этаж в том крыле — наследство от древних. Потом, когда возводили форт, стены укрепили, и над ними построили еще три этажа.
— Гербовый зал? — заинтересовался Арчи. — Я и не слышал о таком.
— Ты много о чем не слышал. Впрочем, я не уверен в том, что Гербовый зал — то, что тебе надо. Может, лучше сам его посмотришь?
Маги заперли лабораторию и отправились в долгое путешествие по путанице лестниц и коридоров. Внезапно Арчи понял, что не бывал и в десятой части помещений кафедры. Нет, конечно, он знал, что их лаборатория — далеко не единственная. Эт-Лотус занимался в основном вопросами взаимодействия вещества и тонких Сил. Другие преподаватели больше интересовались свойствами самого вещества. Были на кафедре и мастерские, в которых испытывали заклинания, полезные и ремесленникам, и на заводах, вроде железоделательного завода в Ааре. Поэтому в одном из внутренних двориков — здание было построено в форме угловатой цифры «8» — недавно даже сложили плавильную печь.