Чтение онлайн

– Ох, Диляра, Диляра, – заулыбалась мама. – Ты еще не представляешь на что готовы фанаты, чтобы увидеть меня. А тут выступление на свадьбе! При том оплаченное. Да еще и с сильно завышенной ценой. Я ее понимаю даже. Возможно, это был риск, но только если минимальный. Уверена, что если бы нам что-то угрожало, пилоты бы не стали взлетать.

– Хорошо, – согласилась с разумными доводами мамы дочка. – Но потом произошло еще кое-что.

– Что же?

– Когда все вышли из самолета, она тоже вышла. Последней. И так странно посмотрела на небо, будто увидела там что-то! Но там ничего не было. А потом она что-то сказала тому, что там увидела. Но я была уже в автобусе, поэтому видела, но не слышала. Она разговаривала с небом!

– Я же не спорю – она странная, –

– Кто странная? – из-за стеллажей с товаром появилась улыбающаяся во весь рот Сакар. – Вы не меня ли обсуждаете?

– О, нет, что вы! – смутилась Виктория. – Мы о подруге моей разговариваем.

– Не смущайтесь, – ласково произнесла Сакар. – Я привыкла, что все считают меня странной. Говорят, что я как будто из прошлого века. Старомодная. Консервативная. Даже немного властная, – женщина засмеялась. – Но при этом всем я очень гостеприимная. Поверьте, вам у нас понравится. Просто все это для вас так внезапно. Плюс дорога. Вы устали. Приедем и обязательно отдохните. Поспите пару часов. А потом я или мои помощники покажем вам наши места. Они вас впечатлят.

– Конечно, – благодарно улыбнулась в ответ певица.

– Вот и хорошо. Тогда, прошу, не обращайте на мою странность внимания, – женщина говорила ласково и спокойно. – У нас немного иной уклад жизни, поэтому он всех чуть-чуть шокирует. Самую малость. Вы уж простите мне это.

– О! И говорить не стоит! – махнула рукой звезда и добавила в оправдание. – Все мы немного странные.

– Ну и отлично! Тогда пойдемте скорее. Все уже в автобусе. Ждем только вас, – Сакар чуть склонила голову и жестом руки пригласила певицу с дочкой пройти в автобус.

Виктория улыбнулась Диляре, и они вместе направились к выходу из магазина. Женщина проводила их взглядом, убрала с лица улыбку и, оглядев проходы между полками, словно искала кого-то, тоже вышла.

Когда все были на своих местах, автобусы снова двинулись в путь.

Примерно через десять минут они выехали к кольцу, на котором, будто муравьи в муравейнике, второпях и суете ехали сотни машин. Однополосные подъезды из-за стоящих в несколько рядов машин превращались в многополосные. Автомобили въезжали на кольцо со всех сторон, с каких-то второстепенных выездов и даже с тех мест, где дорог нет вовсе. Отовсюду доносились сигналы, перегазовки, свист колес и крики водителей.

– Это Дагестан, – то ли с восхищением, то ли с досадой сказал водитель микроавтобуса, оценивающе глядя на затор. – Ладно. Поехали.

С этими словами он нажал какую-то кнопку, и у микроавтобуса заработали стробоскопы и сирена. Этому примеру последовал и автобус, идущий следом. Ошеломленные внезапностью такого появления, все автомобили, конечно, тут же остановились, пропуская мини-кортеж из двух микриков, которые важно въехали на кольцо, обогнули его и выехали на другую дорогу.

– Все. Это бакинка 4 , – объяснил водитель, выключая сирену. – Теперь все прямо. А потом свернем с трассы в горы.

– Ну и движение! – удивлялись гости, глядя через окна на стоящие трех-четырехкилометровые пробки к кольцу. – Как в Москве прям!

– Лето. Сезон туристов, – объясняли водители.

Дальше по трассе ехали часа полтора. Все усложнялось тем, что трасса эта не сильно отличается от простой дороги: в основном везде по одной полосе в каждую сторону, а плотность движения, как в крупном городе. Местами, правда, шли работы по расширению дороги.

– Обещают за два года сделать до самой границы, – рассказывали водители. – В другую сторону, к Махачкале и за ней немного, уже сделали. Там вообще прекрасная дорога! Ну, и еще в районе Кизилюрта тоже. Но в остальных местах… Как только начинается туристический сезон… Все! Это сейчас еще пробок прям особо нет! На том кольце,

В некоторых местах дорога поднималась достаточно высоко, отчего синее-синее море являлось гостям во всей красе. В лучах не так давно взошедшего солнца его гладь блестела и играла волнами. Где-то ближе от дороги, где-то дальше, но то и дело по другому борту автобусов вырастали горы. Пусть невысокие, но достаточные, чтобы на их вершинах люди занимались параглайдингом. Аня, подруга Диляры, все тыкала пальцем в окно, показывая на парящие в воздухе парапланы, и, едва не визжа, кричала, что тоже хочет на них полетать. Виктория, взявшая на себя ответственность за дочь друзей, конечно, была против.

Наконец, микроавтобусы один за другим повернули с трассы вправо и количество машин на дороге резко убавилось. Невысокие горы, выкрашенные в желто-коричневый из-за сожженной солнцем травы цвет, постепенно стали сменять горы выше, густо покрытые тускло-зелеными шапками деревьев. А еще через пол часа вместо последних стали вырастать массивы куда значительнее: вместо лесистых склонов взору предстали альпийские луга, кое-где обрамленные небольшими вереницами невысоких деревьев. Ближе к вершинам луга обрезали серые и холодные скальные породы, дополняя мягкий и теплый вид гор суровостью и непреступностью. Эти пейзажи менялись и чередовались, представляя гостям за каждым поворотом новый вид.

Они то проезжали дикие леса, то въезжали в какие-то села с магазинами и даже кафешками; то поднимались на вершины с умопомрачительным видом, то спускались вниз, чтобы въехать на гору следующую; то неспешно двигались вдоль опасных обрывов, то ехали по самым хребтам, разделяющим гряды исполинов на две половины; то мчались по идеальной асфальтированной дороге, то ползли по серому каменистому бездорожью. Солнце ярко светило в окна, завороженным красотой горного Дагестана, пассажирам, напоминая о той жаре, что царит за окнами. Но временами на небе появлялись густые белые облака, пряча за собой желтый диск и обманчиво обещая прохладу. На косогорах, размахивая хвостами, паслись коровы. И если на пологих склонах их выпас был вполне объясним, то на крутых отвесах само их появление вызывало недоуменное: «Как?!»

В какой-то момент транспорт въехал на очередную возвышенность, но на порядок большую предыдущих. Прижавшись к краю дороги, автобусы остановились.

– Запланированная остановка! – объявил водитель и, потянувшись и зевнув, пояснил. – Шикарный вид отсюда. Можно погулять, пофоткаться. Отдохнем немного и потом поедем дальше.

Вид, представший перед москвичами, когда те вышли из автобусов, действительно завораживал. От дороги шагов на пять или семь шел поросший травой легкий скос горы, который затем превращался в резкий обрыв. Далее, за обрывом, располагались новые массивы гор, и их было так много, и они уходили так далеко, что казалось в мире нет ничего более – одни лишь горы. Вершина, на которой находились гости, была одной из высших точек здесь и открывала по-настоящему фантастический вид на многие километры вокруг. Пики и впадины, замысловатые выступы и сложные уступы, резкие обрывы и пологие склоны, многочисленные трещины и складки, ущелья, теснины, долины – все это самым невероятным образом сочеталось друг с другом, производя ошеломляющее впечатление на каждого, кто только обратит на это свой взор.

Люди, вышедшие на простор, улыбались и, затаив дыхание, изумленно всматривались вдаль; вслушивались в песни ветров и вдыхали свежий воздух гостеприимных, но опасных гор. Один неверный шаг – и их красота может обернуться коварством. Смельчаки, конечно, находились. Они вставали на самый край обрыва и позировали перед камерами, когда другие их снимали. Их не останавливали ни бездонная пропасть за обрывом, ни неугомонный ветер, чувствовавший свободу и простор похлеще гостей, ни предупреждающие окрики водителей. Но все же не все были такими. Большей частью члены группы не подходили так близко к краю и ограничивались фотографиями подальше или, по крайней мере, использовали селфи-палки для того, чтобы заглянуть за грань.