Чтение онлайн

— Я пойду. Обещаю вернуться как можно скорее. Люблю тебя.

Чмокнув мать в щёку, Слава вылетает за дверь в сторону навеса, под которым Демид вчера припарковал машину.

На отключение сигнализации требуется всего несколько секунд. Слава уже тянется к двери, прикидывая, сколько часов ему потребуется на дорогу до родного города, когда на плечо ложится рука.

Слава реагирует на чистом инстинкте: перехватывая руку и выворачиваясь, однако его лишь разворачивают обратно и впечатывают в заднюю дверцу машины, так что из лёгких вышибает весь воздух.

— И

Сердце в груди подпрыгивает к горлу заставляя сглотнуть, но даже вывернутая в болевом захвате рука и вжимающее его в машину тело не пугает так, как понимание того кто именно его поймал.

— Демид, я думал, ты ещё спишь.

— Поэтому решил свалить по-английски, да Слав?

Его наконец-то отпускают.

Сжав запястье чуть сильнее, Демид отталкивается, отступая на пару шагов назад и скрещивая руки на груди.

— Я просто не хотел тебя будить. После всего случившегося тебе просто необходимо было отоспаться, — как можно более обиженно ворчит Слава, растирая пострадавшую руку и не глядя в глаза.

Демид скептически приподнимает бровь, вызывая у Славы тяжёлый вздох.

— Хорошо. У меня появилась наводка, так что я хотел съездить и проверить. Подумал, что вариант стоящий, да и других всё равно нет.

— И ты решил сделать это в одиночку.

Слава прячет руки в карманы толстовки, прежде чем пожать плечами и отозваться:

— Ага. Но я уже большой мальчик, Демид. И один вполне могу справиться. Знаешь ли, я уже не ребёнок и даже не вчера академию закончил.

— Я еду с тобой.

Пропустив тираду мимо ушей, заявляет Демид, делая шаг к машине, и Слава отталкивает его, не позволяя добраться до дверцы.

— Нет. Ты должен остаться с Аней, понимаешь? Её нельзя оставлять одну, особенно сейчас, особенно после всего случившегося.

Слава напирает, скрещивая руки на груди.

— Ты остаёшься здесь, а я поеду. Тут недалеко.

Слава кривит душой, но старается об этом не думать. Если верить карте, ехать ему почти сутки и это если без остановок.

— Обещаю вернуться в самые кратчайшие сроки.

«Только туда и обратно» — подначивает сам себя Слава.

— Аня останется с твоей матерью, а я еду с тобой. Ехать одному самоубийство.

— Самоубийство — брать тебя с собой. Одного раза мало было? Хочешь, чтобы ещё разочек меж глаз пистолет посмотрел? Так я могу тебе оформить, если ты, внезапно, забыл это чувство!

— Слав.

Голос Демида смягчается. Он даже руки опускает, переставая закрываться, однако Слава уже не может остановиться. Лишь прячет руки в карманы, скрывая то, как подрагивают пальцы.

— Они охотники и не раз убивали. Стаи Демид. Не одного, а целые стаи. Я не хочу больше видеть тебя в том состоянии. Хватит. Насмотрелся, понимаешь? Мне нужно вытащить Богдана. Если что случится и мне придётся выбирать, его я не спасу, ты понимаешь?

Слава шумно втягивает носом воздух и выдыхает, пытаясь успокоить громко бухающее в груди сердце. Только вот поселившаяся под кожей дрожь никак не хочет уходить, будто вросла в него.

— Если он обратится, — начинает Демид, осторожно подступая

Слава наблюдает за тем, как сокращается между ними расстояние, но не двигается. Сил нет. Он устал. Всплеск адреналина будто высосал из него всё что оставалось.

— Ему нужен будет альфа, но ты даже не оборотень, чтобы что-то ему противопоставить, понимаешь? Поэтому Аня останется здесь. Ей нравится с бабушкой, а твоя мама знает, как с ней обращаться. А я еду с тобой.

— Он может кого-то послать сюда… Он наверняка знает, где живёт мать…

Эта мысль приходит в голову только сейчас, и Слава передёргивает плечами от пробежавшего по спине холодка.

— Да даже если не знает… Федор Игнатьевич наверняка сказал ему моё местоположение. Они же старые друзья… оказывается. Как не помочь другу…

Слава нервно облизывает пересохшие губы и обессилено приваливается к боку машины.

— Демид, я такой дурак…

— Твой начальник?

— Мой начальник. Оказывается, они дружили, когда я был мелким. Видел его лицо на одной из старых фотографий сегодня.

— Тогда вырубай телефон и едем. У твоей матери есть те, кто сможет её на время приютить с Аней? Или лучше сразу позвонить Руслану и забросить их к ним?

— Ты доверяешь охотникам? — не сдержавшись, поддевает Слава.

— Этим да, — коротко и спокойно отзывается Демид, поднимая выроненные Славой ключи. — Они доказали свою лояльность.

Солнце не так уж и высоко поднимается над горизонтом, когда они наконец-то выезжают из дома. Слава даже удивляется, когда матери удаётся дозвониться до подруги так рано, но фраза: «Мы же учителя, мы привыкли» ставит всё на свои места.

«Рано вставать и поздно ложиться. Тетради, бумаги и подготовка к урокам вместо жизни» — морщится он, вспомнив своё детство.

— Ты им доверяешь? — обернувшись назад, в который раз спрашивает Слава у матери, когда Демид останавливает машину и глушит двигатель у одного из заборов.

— Да, — в который же раз повторяет та. — Мы дружим уже несколько лет, Слав. Она хороший человек. Всё будет в порядке.

Слава кивает, однако беспокойство унять всё равно не получается. Оно так и скребётся внутри голодной кошкой.

Даже то, что с этой незнакомой женщиной его мать работает и дружит вот уже несколько лет, не успокаивает. Как и тот факт, что муж той отставной военный, а значит, если что вдруг случится, то сможет защитить.

— Хорошо, — сдаётся он.

— Пап, а ты с нами не пойдёшь?

Аня вклинивается, едва дождавшись окончания разговора. Приподнимается, натягивая ремень безопасности до предела.

— Нет, волчонок, у меня есть дела.

Аня дуется на такой ответ, недовольно складывая руки на груди и падая обратно в кресло.

— Но когда вернусь, обещаю, что выполню любое твоё желание.

Во взгляде Ани тут же загорается хитрое предвкушение, и Слава спешит очертить границы:

— В разумных пределах и возможностях, Ань.