Дело «Норильский никель»
Шрифт:
Дело было в том, что не только в конце 1994 года, но даже и в начале 1995 года наблюдалось отсутствие полного реестра акционеров РАО «Норильский никель», не работал депозитарий, следовательно, не было и возможности регистрировать сделки с акциями РАО «Норильский никель». Несмотря на то, что 31 августа 1994 года с АКБ «Уникомбанк» был заключён договор № 36/180 «Об оказании услуг по ведению реестра владельцев ценных бумаг», на формирование реестра акционеров и создание сети региональных регистрационных пунктов ушло много времени и значительные организационные усилия. Период становления завершился лишь к марту 1995 года, вот тогда-то АКБ «Уникомбанк» и смог приступить к оказанию всего объёма услуг депозитария по ведению реестра акционеров РАО «Норильский никель».
Уместно вспомнить прямо-таки
Началось всё 13 октября 1995 года, когда на имя президента, председателя Совета директоров РАО «Норильский никель» Анатолия Филатова поступила коллективная жалоба граждан, в которой констатировалось, что при весьма странных обстоятельствах жалобщики лишились акций, приобретённых в ходе приватизации концерна «Норильский никель» на условиях Государственной программы приватизации.
В связи с данной жалобой Управлению по собственности и организации работы с акционерами, действовавшему под руководством Владимира Орлова, которое являлось преемником Комитета, занимавшегося акционированием и приватизацией всего концерна «Норильский никель», было поручено провести служебное расследование и разобраться в сути изложенных фактов, в ходе которого выяснилось следующее:
1) обратившиеся с жалобой 117 граждан являлись членами трудового коллектива государственного объединения Норильский комбинат, причём в абсолютном большинстве — работниками Талнахской обогатительной фабрики, входившей в состав упомянутого промышленного объединения. Следовательно, они имели право участвовать в закрытой подписке и приобрести на льготных условиях 3 (в случае отсутствия приватизационного чека), а при его наличии 21 (14 за ваучер и 7 за цену в 4700 рублей) обыкновенную акцию РАО «Норильский никель», что и было сделано;
2) до момента подачи жалобы граждане вообще не получали каких-либо выписок из реестра акционеров РАО «Норильский никель» и обнаружили, что число принадлежавших им обыкновенных акций значительно меньше того количества, что было приобретено ими по итогам закрытой подписки, только узнав о получении дивидендов, начисленных на акции компании по результатам 1994 года. Некоторым из этих акционеров, в своё время приобретших 21 акцию, предложили получить дивиденды лишь на 7 акций, оплаченных денежными средствами. Другие с большим удивлением узнали, что совсем не являются акционерами РАО «Норильский никель». Вышло так, что люди лишились как акций, так и дивидендов, ежегодно начислявшихся на них;
3) в располагавшемся в Москве главном офисе АКБ «Уникомбанк», занимавшимся ведением реестра акционеров РАО «Норильский никель», подтвердили, что пострадавшие 117 человек действительно являлись акционерами, — правда, которые сами же продали свои акции фирме «Лерман и Ко», специализировавшейся работой на фондовом рынке и представленной Александром Лерманом. Изменения в ещё едва-едва сформированный реестр акционеров РАО «Норильский никель», касавшиеся списания акций со счетов продавцов и занесение их на счёт покупателя, были совершены сотрудниками АКБ «Уникомбанк» на основании договоров купли-продажи акций, некоторые из них были нотариально удостоверены. Кроме этого, все договоры были зарегистрированы совместным российско-эстонским предприятием ТОО «Лерман Лтд.», в соответствии с положением пункта 5.2. Инструкции о правилах совершения и регистрации сделок с ценными бумагами (письмо Минфина России № 53 от 6 июля 1992 года) являвшимся неким инвестиционным институтом, который был вправе регистрировать сделки с ценными бумагами;
4) в течение осени и зимы 1994 — 1995 годов от имени и по поручению фирмы «Лерман и Ко» скупкой обыкновенных акций РАО «Норильский никель» у физических лиц — жителей городов и посёлков Большого Норильска занимался ряд коммерческих структур, среди которых наиболее выделялась инвестиционная компания «Коч». Это было время, когда держатель реестра акционеров РАО «Норильский никель» фактически ещё не работал, а спрос на акции с каждым днём всё возрастал, наряду с тем, что предложение
формировалось мелкими акционерами, в своём большинстве не владевшими информацией об истинной цене принадлежавших им акций. Тогда-то такие коммерческие организации, как «Коч», стали принимать от граждан в качестве документов, подтверждавших их права на акции, не выписку из реестра акционеров РАО «Норильский никель», а выдававшиеся по итогам проведения закрытой подписки извещения и к ним квитанции к приходным кассовым ордерам о приёмке в уплату за акции приватизационных чеков. Иногда также прилагались справки, выдававшиеся по месту работы, о целевом удержании из зарплаты строго определённых денежных сумм: 2100 рублей в качестве уплаты цены трёх или 4700 рублей — семи обыкновенных акций РАО «Норильский никель»;5) при простом визуальном сравнении удалось выявить не соответствие подписей продавцов, стоявших под договорами купли-продажи акций, и подписей тех лиц, от имени которых эти договоры подписывались. Этот результат был получен при явочной встрече с работниками Талнахской обогатительной фабрики, обратившимися с указанной жалобой. Относительно же оспаривавшихся договоров купли-продажи акций выяснилось, что они были нотариально удостоверены в период с 13 по 28 декабря 1994 года нотариусами Любовью Шаталовой (Норильск) и Ольгой Иванниковой (Талнах), а в период с 11 по 16 января 1995 года — зарегистрированы ТОО «Лерман Лтд.»;
6) оба нотариуса заявили, что вообще никогда не удостоверяли договоры купли-продажи акций РАО «Норильский никель» и не заверяли чьи-либо подписи на них. Тогда возникло предположение о том, что, вполне возможно, некие злоумышленники в своих корыстных целях использовали печать того же нотариуса Иванниковой, которую якобы она ориентировочно в этот период времени сдала на хранение соответствующему органу государственного управления. Кроме этого нотариусы заявили о своей приверженности работать исключительно по стандартам, принятым Управлением юстиции Администрации Красноярского края, которые не предусматривали такого вида нотариальную услугу, что из их уст, по-видимому, звучало достаточно убедительно для тех лиц, кто привык верить в человеческую честность и профессиональную неподкупность.
В завершении работы все материалы служебного расследования были переданы на рассмотрение президенту, председателю Совета директоров РАО «Норильский никель» Анатолию Филатову с предложением направить их вместе с соответствующим заявлением в адрес прокурора города Норильска Владимира Сурмача и начальника городского УВД Николая Стариченко. Однако по ряду толком никому не известных закулисных причин, скорее всего вызванных элементарным нежеланием «выносить сор из избы», решение вопроса по существу начало буксовать. Тогда-то по стечению обстоятельств, связанных с внесением весной 1996 года кардинальных изменений в персональный состав руководства РАО «Норильский никель», на помощь пришла Москва.
Устав ждать, тот же состав пострадавших граждан, когда со всей определённостью стало ясно, что они теряют и дивиденды, начисленные по результатам работы компании в 1995 году, обратился с прошением (входящий № РАО 33/192 от 12 мая 1996 года) на имя нового президента РАО «Норильский никель» Всеволода Генералова:
«Сообщаем Вам, что в РАО «Норильский никель» по моде нашего времени есть «обманутые вкладчики». Мы, работники Талнахской обогатительной фабрики, всего 117 человек, в 1994 г. подали заявления на участие в акционировании «Норильского никеля», внесли свои приватизационные чеки и денежную часть оплаты за акции, но сами акции (обыкновенные) до сих пор не получили. Уникомбанк прислал нам выписки из реестра лишь в ноябре 1995 года, и в этих выписках значится, что обыкновенных акций у нас нет.
По нашей просьбе Управление по собственности и работе с акционерами НГМК провело служебное расследование и установило, что Уникомбанк продал наши обыкновенные акции (общим числом около 8 900 шт.) некой фирме «Лерман и Ко» по поддельным документам. По заявлению Управления по собственности Норильская прокуратура возбудила уголовное дело, а Норильское УВД проводило расследование с декабря 1995 г. по март нынешнего года.
Результат этого расследования таков: виновные не найдены, дело приостановлено.