Дело Чести
Шрифт:
— Да что вы такое говорите?! — вдруг возмутилась какая-то девчонка из соседней группы. — Я не хожу по кабакам и доступным женщинам! Да я вообще по женщинам не хожу. Да и по мужчинам тоже. Я приличная!
Отчего-то её последняя фраза вызвала смешки среди поступающих. Да я и сам улыбнулся.
— А у некоторых нет рода, который его поддержит, — негромко произнёс длинный из нашей группы. При этом он пытался делать вид, что происходящее его вообще не волнует. Но получалось плохо. На лице проступила явная досада и малая толика злости.
— То есть у всех остальных всё так и есть, как я сказал? — слегка улыбнувшись, спросил преподаватель, вызвав тем самым новые смешки. — Ладно, повеселились и хватит!
— Это как-то не честно… — негромко произнёс кто-то из соседней группы. Но так как все остальные молчали, услышал его даже преподаватель.
— Нечестно? — удивился он. — С какой стати? Если тебе недостаточно умений и силы воли для того, чтобы здесь учиться, то виноватить можешь лишь самого себя. Да и вообще, с таким настроем, я бы посоветовал даже не пытаться сегодня защищать ранг. Но и запрещать не буду. Думай сам. На чём я остановился? Ах да… Я рассказывал, что изменится для тех, кто поступит… А изменится многое. Во-первых, вы научитесь развиваться равномерно. Ваши физические возможности будут полностью соответствовать вашему реальному рангу. Стихийников это, кстати, тоже касается. Хоть в меньшей степени. Так же вас научать по-настоящему сражаться. Поодиночке и в группе. Рукопашников научат, как лучше всего выводить из строя Стихийников. А Стихийников, как бороться с вёрткими рукопашниками. Ну и само собой после выпуска вы будете немного сильнее и более подготовленными, чем те, кто в нашей академии не учился.
— А как же артефакторика? — спросила вдруг одна из девчонок из нашей группы.
— Артефакторика? Да так же как и всё остальное. Если хочешь стать артефактором, то станешь. Или алхимиком. Или же целителем. У нас учат всему. И для этого есть соответствующие факультеты. Но! Все выпускники нашей академии в первую очередь воины. Наши целители на поле боя смогут не только вытянуть раненых бойцов, но и, в случае чего, отбить атаку на полевой госпиталь. Если больше уже будет некому. Это понятно?
— Понятно! — дружно ответили все четыре группы.
— Тем же, кто хочет стать мирным артефактором или целителем, я бы посоветовал сразу же идти к выходу и искать другое учебное заведение. Но так же не стоит забывать, что артефакторы тоже растут и развиваются в бою. Ты можешь быть гениальным мастером и делать что-то, чего не умеют остальные. Но, не участвуя в боевых действиях, так и не поднимешься на высший ранг. И последнее, что я хочу сказать, перед тем, как приступим к экзаменам. Запомните! Сегодня вы не сдаёте на ранг! Сегодня вы его защищаете! То есть, даже проиграв в поединке, некоторые из вас смогут перейти к следующему испытанию. Если покажете всё, на что способны. И наоборот. Победив своего противника, но не показав при этом соответствия своему рангу, вы отсюда вылетите. Нам не нужны неумехи.
— Это как? — удивлённо
выкрикнул кто-то. — Я могу победить и не поступить? Но ведь я уже доказал, что сильнее!— Это в том случае, если ты сам слабак, и будешь драться с таким же слабаком. Поверь, со стороны это очень даже заметно.
— Я не слабак! — возмутился всё тот же поступающий.
— А вот это мы сейчас и проверим, — оскалился преподаватель и, мельком просмотрев поданные кураторами списки, снова поднял взгляд на нас. — Как и всегда, семьдесят процентов поступающих у нас рукопашники. Значит, с них и начнём. Пятых рангов, слава Перуну, в этом году нет. Да и четвёртых, к счастью, лишь двое.
— Почему — к счастью? — не выдержал я.
— Потому, что даже третий ранг в вашем возрасте — это уже ненормально, пояснил Сергей Александрович. — Лучше всего работать с тем, кто развивается равномерно. И если третьерангового бойца всё ещё довольно просто вернуть на верный путь развития, то с четвёртым рангом это будет сделать намного сложнее. Про пятый ранг я и вовсе молчу. Тут под каждого надо индивидуальную программу обучения составлять. И то не факт, что выйдет какой-либо толк.
— А почему же тогда поступать в академию можно только с третьего ранга? — искренне удивился я. — Ведь, если следовать вашей логике, перворанговых и второранговых бойцов гораздо проще обучать?
— Это чтобы у вас был шанс пережить учёбу, — кровожадно ухмыльнувшись, произнёс второй, похожий на викинга, преподаватель.
— Ладно! — хлопнул в ладоши Сергей Александрович, прерывая разговоры. Мельком взглянул в списки и, добавив немного торжественности в голос, выкрикнул: — Северский и Сулуганов! На арену!
Пожав плечами, я вышел из строя, ощущая лёгкий предбоевой мандраж. И не из-за предстоящего боя, а из-за того, что сейчас придётся выступить в роли гладиатора и драться на потеху толпе.
А вот мой противник, что вышел из строя соседней группы, напротив, был весел и излучал полную уверенность в собственных силах.
Уже стоя на песке арены я смог его как следует рассмотреть. Хм… Ну что сказать? Мальчишка! Моего роста, черноволосый, и такой же нескладный из-за высокого ранга. А ещё самоуверенный. Если не сказать наглый. Смотрел на меня, как солдат на вошь.
— Пожмите друг другу руки и по моей команде начинайте! — скомандовал преподаватель.
Протянув руку, я слегка прищурился, вглядываясь в противника и пытаясь понять, на что он способен.
Схватив мою ладонь, он сильно её сжал, явно рассчитывая причинить мне боль. Но силы оказались равны. Из-за чего на его лице проявилось чуть заметное раздражение.
— Я боярич Сулуганов из рода Сулугановых, — высокопарно представился он. И я только сейчас обратил внимания, что в нём довольно большая часть степной крови.
— Боярин Северский, — безэмоционально произнёс я.
— Не обижайся, Северский, но я сегодня обязательно поступлю! — гордо вскинув подбородок, с какой-то снисходительностью в голосе, заявил он. А затем, усмехнувшись, добавил: — И не плачь потом!
Ничего не ответив, я вырвал свою ладонь из его и отошёл к своему краю арены.
Сулуганов же снова усмехнулся, причём с таким видом, словно уже победил, и занял своё место.
— Готовы? — уточнил преподаватель. Дождался наших ответных кивков и начал отсчёт: — Три, два, один… Бой!
Встав в стандартную для Муай-Тай стойку, я медленно пошёл вперёд, не сводя взгляда с противника.
А вот Сулуганов, похоже, решил всё закончить как можно быстрее и побежал на меня. Оказавшись на расстоянии удара, он с каким-то диким гортанным выкриком словно размазался в воздухе и выбросил вперёд правую ногу, нанося чуть ли не классический удар мне в грудь. Удар, надо сказать, мощный. И дойди он до цели, мне, возможно, сильно бы не поздоровилось.