Дело Чести
Шрифт:
На воротах несли службу трое воинов в форме городской стражи, но при этом с гербом Стародубских. То есть князь пользовался служебным положением по полной. Впрочем, это его дела. И меня они волновали мало.
На самом деле, я вообще не особо волновался. Подумаешь — князь. Какой бы он ни был непредсказуемый, убивать гостя — это табу. А со всем остальным я справлюсь.
Несмотря на довольно раннее время, а приехал я в районе пяти вечера, в доме князя шёл пир горой.
В огромном зале, куда меня проводили слуги, стоял длинный стол, заставленный едой и напитками. Во главе стола сидел сам Стародубский. По левую руку от него
— Боярин Северский! — радостно воскликнул князь, заметив меня. — Иди сюда, присаживайся! Писарев! Освободи боярину место!
— Княже! — возмутился Писарев, окинув меня ненавидящим взглядом.
— Что непонятного?! — зло ощерился Стародубский. — Я сказал, ты услышал! Не позорь меня перед гостем! И вообще, будешь стоять за спиной Северского и ему прислуживать. Понял?!
Если честно, то мне не очень-то и хотелось, чтобы этот хрен стоял у меня за спиной. Да и вообще, я кажется понял, отчего про князя ходят такие слухи. Странный он!
А ещё, будь я на месте Писарева, то послал бы князя куда подальше. И будь что будет. Служить такому господину? Нет уж…
— Артём Фёдорович, — изобразил я улыбку, усаживаясь на указанное место. За спиной злобно пыхтел обиженный боярин. Но ослушаться князя он не посмел.
— Просто Артём, Маркус, — снова, как ни в чём не бывало, заулыбался князь. — Я на самом деле ненамного старше тебя. Мне всего двадцать четыре. Борода старит! Но и сбрить её не представляется возможности. Ты же знаешь мою должность? Вот и приходится соответствовать…
— Возраст — это недостаток, который со временем проходит, — хмыкнул я.
— Ай, хорошо сказал! — расхохотался он. И тут же закричал, обращаясь ко всем своим людям: — Бояре! Позвольте вам представить моего нового друга, боярина Северского. Давайте поднимем за кубки за его здоровье!
Радости этот тост вызвал столько, словно представляли не никому не известного боярина, а как минимум Великого Князя. Правда, мне показалось, что радовались все возможности выпить, а не боярину Северскому. Впрочем, меня это никак не задевало. Я вообще начал размышлять, как бы побыстрее отсюда свалить. А ещё пить мне не хотелось. Потому только сделал вид, стараясь не обращать внимания на не утихающее злобное пыхтение за спиной.
— А это мои жёны, Маркус, — выпив, князь указал на девушек, что сидели напротив меня. — Между прочим, помимо того, что они умницы и красавицы, так ещё и обе княжеских кровей! Да, ладушки мои?
— Да, дорогой, — без особого восторга ответили ему жёны. Но Артём этого, кажется, вообще не заметил.
— Давайте выпьем за моих прекрасных жён, друзья! — снова закричал он.
— Княже, — ещё раз пригубив из кубка, я решил прояснить ситуацию. А то чую, ещё немного и общаться будет не с кем. — Ты хотел со мной о чём-то поговорить?
— А ты что, боярин, куда-то спешишь? — недовольно спросил он.
— Вообще-то спешу, — не скрывая раздражения, кивнул я. — Дела сами себя не сделают. И позволить себе каждодневные застолья я не могу.
После моих слов в зале наступила полная тишина. Жёны князя испуганно округлили
глаза, а сам Стародубский удивлённо приподнял брови.— Дела, говоришь… — задумчиво протянул он. — Ну что же, поговорим о делах, боярин. Раз ты такой нетерпеливый. Я тут собрал немного информации о тебе. И надо сказать, что ты довольно интересный человек. И, ко всему прочему, удачливый и успешный. Мне такие люди нужны. Что думаешь?
— Думаю о чём? — не очень понял я его.
— Пойдёшь под мою руку, боярин? — прямо спросил Стародубский.
— Ты предлагаешь мне войти в твой род? — уточнил я.
— В род? Ты? — ещё сильнее удивился князь. И вдруг расхохотался. А бояре присоединились. Даже Писарев что-то там захрюкал сзади. А я незаметно опустил руку в карман и подал немного Силы в лежавший там артефакт. — Кто ты такой, Северский, чтобы войти в мой род? Ты тля! Однодневка! За этим столом у каждого боярина или боярского сына многие поколения служивых предков. Даже роду Писарева две сотни лет! А ты своих предков знаешь? Голытьба! Так что ты просто пойдёшь под мою руку. И будешь делать то, что я скажу!
— Я своих предков знаю, — спокойно ответил я, поднимаясь на ноги. — Но тебе про них рассказывать не буду. И под руку твою не пойду. Ибо служить можно лишь достойному. А иначе станешь таким, как твой Писарев.
— Что ты сказал? — кажется, даже протрезвел князь. — Ты, безродный, заявляешь, что служить Стародубским недостойно?!
— Не Стародубским, — покачал я головой. — Тебе! И за свои слова я готов ответить. Как протрезвеешь, князь, можешь бросить мне вызов. А сейчас пойду. Некогда мне…
— Стоять! — прорычал окончательно взбешённый князь. — Я тебя не отпускал! Ты теперь вообще вряд ли отсюда уйдешь…
В этот момент в зал забежал один из воинов, что дежурил на воротах. Причём вид у него был настолько перепуганный, что все снова замолчали.
— Княже! — выпалил стражник. — Усадьба окружена неизвестными! Не меньше сотни воинов. А над домом висит атакующая техника ранга Богатыря.
— Что?! — взревел Стародубский. — Кто посмел?!
— Это мои люди за мной пришли, княже, — скромно улыбнулся я. — Так что договорим в другой раз. Но я бы не советовал…
— Ты! Мне! — продолжил лютовать Артём. А его бояре при этом поддакивали и хватались за мечи. Но внезапно князь успокоился и, покачав головой, заговорил нормальным тоном. — Ты делаешь большую ошибку, боярин. Я такого не прощаю. Ты уже мёртв, Северский. Хоть пока и дышишь…
— Это мы выясним в другой раз, — пожал я плечами, понимая, что воевать сегодня не будем. Князь всё же не дурак. Да и пьяным, похоже, лишь прикидывался. — Так что…
Но договорить мне не дали.
Внезапно прямо у меня из груди, в области сердца, выросло лезвие меча. Секунду я непонимающе на него смотрел. А затем пришла дикая боль. Которая, к счастью, почти сразу сменилась забвением.
Уже проваливаясь в беспамятство, я услышал взбешённый рык Стародубского:
— Писарев! Что ты наделал?!
Интерлюдия 3
У князей Стародубских была довольно сложная судьба. Не у всех, конечно. Но у большинства. Ближайшие родичи Великого князя, потенциальные Владыки, они практически полностью зависели от воли Государя.
Чуть попроще было тем, кто совсем недавно вышел из рода Рюриковичей. К ним было больше доверия и, соответственно, у них было больше благ.