Делай Красиво
Шрифт:
— Что ты делал в Прайме?
— Да как и везде. Торговал, заключал сделки, договаривался, путешествовал. Я кочую по городам, ищу разные интересные штуки, что-то покупаю, что-то продаю, собираю истории — тем и живу.
— Черный торгаш, — раздался голос варвара. Мужичок от его голоса аж подпрыгнул.
— Ох ты ж, Логос Повсеместный. Вот это гора, вот это фактура. Уважаемый, вы выглядите словно герои легенд. Слышали что-нибудь о Конане? Один в один, словно с вас иллюстрации рисовали.
Я снова щелкнул пальцами, привлекая внимание.
— А, простите, меня иногда уносит, — вежливо улыбнулся мужичок,
— Яркий? — с изрядной долей скепсиса переспросил я, оглядывая его одежду. — Рейн. И нет, с нами нельзя. Вон смотритель, который поведет всех к проколу.
— Но мне бы в Прайм, — жалобно произнес мужчина.
— Пусть идет, — бросила Нила. — Будет хоть с кем поговорить в дороге.
— Босс сказал слово, — возразил Сектор. — Тем более в глубине это вопрос выживания всего отряда.
— О, я не доставлю вам никаких проблем. Буду тише воды, ниже песка, вы меня даже не заметите. Помощи от меня, правда, тоже немного, разве что…
Он сел на землю, положил перед собой чемоданчик и раскрыл его. Я с долей интереса заглянул внутрь. Никакой сменной одежды или припасов. Одни артефакты и безделушки. Первый ранг, может, парочка второго, в основном какой-то хлам.
Яркий водил рукой над разными предметами, словно в нерешительности. Потом уверенным движением схватил предмет и подскочил, протягивая его мне.
— Может быть, разве что вот этот набор зачарованных стеклышек позволяет видеть различные оттенки и спектры эйб-излучения. Не знаю, быть может это поможет вам обнаружить опасность. Или просто пригодится в быту.
Я с интересом взял странный предмет. Это действительно был набор из семи разноцветных стеклышек, каждое из которых вставлено в свою оправу, и все они соединены тонкой цепочкой.
Врубил энергетическое зрение и посмотрел на Сектора сквозь разные стекла. Незначительные изменения были, но надо разбираться.
— Кодировка артефакта идеально ляжет на уже имеющуюся базу, — прокомментировал Четверг. — Форсайчу стопроцентное копирование свойств. Или около того.
— Не знаю, чем могу еще помочь, — развел руками Яркий. — К сожалению, у меня с собой был только этот хлам, а нырять пришлось быстро. Из ценного разве что редкий экземпляр дневника Роджера Гейтса, известного в узких кругах мастера рунирования, правда давно почившего.
Я требовательно протянул руку, после чего получил небольшую книжку в твердом переплете. Обложка давно истерлась, но, пролистав страницы, я действительно увидел знакомые руны и магические круги.
Вздохнул.
— Это Сектор. Держишься за его спиной и делаешь все, что он говорит. Отойдешь на шаг в сторону — и дальше ты сам по себе. Гарантий никаких не будет, сдохнешь — значит, тебе не повезло, нянчиться с тобой не собираюсь.
— Благодарю, господин Рейн.
— Рейн. Просто Рейн.
— Благодарю, Рейн, — поклонился Яркий, прижав шляпу к груди.
Теперь требовалось попасть в город. Госпожа Бланшт сказала, что нам нужна любая станция с рельсами, остальное неважно.
— Нила. Как сейчас действует твоя способность? — спросил я. — Раньше ты могла сканировать метров двадцать радиуса и недолго.
— Зависит от количества живых поблизости. Короткими импульсами через каждые десять метров меня
хватит на час. Дальше нужно будет ждать, пока энергия восстановится. Радиус сейчас порядка пятидесяти метров.— Хорошо. Давай через каждые тридцать метров или по команде. Вот зелье на восстановление энергии, но нам нужно, чтобы ты продержалась пять часов. Доберемся до города и там отдохнем.
Вокруг нас никого не было, но я не мог полностью полагаться на способность Нилы. Любой сканирующий навык можно обойти, в этом я уже убедился. А у девушки не такой уж и высокий ранг. Да и пятьдесят метров хватит только на то, чтобы не попасть в засаду. От сильного монстра это не спасет, он просто не будет прятаться.
Поэтому первый час я просто сидел без движения на высоком песчаном холме и наблюдал за округой. За это время увидел двух скорпионов, каждый размером с теленка, одну длинную сколопендру, на спине которой я мог бы сидеть так, что ноги до земли не доставали бы. И еще с десяток разных тварей помельче, которые то и дело появлялись в поле зрения и тут же исчезали.
Из интересного была только одна сцена охоты. Зверек, похожий на смесь суслика и дикообраза, спустился в низину, а обратно не забрался. Я встал и сменил точку обзора, глянул туда, где исчез зверь. Песок имел неправильную форму, будто бы кто-то закопался в землю, оставив после себя горку, которую со временем разнес ветер. Получилось нечто вроде приплюснутого холмика. Терпеливая зараза.
И только после этого мы начали движение.
— Босс, город в другой стороне, — прокомментировал Сектор.
— Мы сделаем крюк. Впереди чья-то территория, мелкая живность туда не суется. Значит, и нам не надо.
Шли вытянувшись в линию, я требовал двигаться строго за мной. Маршрут прокладывал максимально высоко, так что песком нас засыпало постоянно, гребаный ветер. Но в низины спускаться нельзя было категорически, потому что любое живое существо именно так бы и поступило. А очевидный и легкий путь в глубине, это всегда монета с двумя сторонами. Где есть тропа, там есть и охотник.
В итоге мы сделали еще два крюка и одну остановку, пока рядом проползало нечто массивное, отчего земля под ногами буквально дрожала. То, что должно было занять пять часов, заняло двенадцать. Ноги гудели и не слушались, песок хрустел на зубах, глаза слезились, горло саднило. От этой мелкой пыли ничто не могло спасти.
Но зато все живы, и мы обошлись вообще без драк. А это именно то, чего я и добивался. В отличие от других дайверов, спускающихся в глубину за добычей, я понимал, что даже легкий бой может привлечь ненужное внимание и привести к бою уже далеко не легкому.
Когда мы приблизились к городу, отряд уже был уставшим и измученным. Даже Сильда нет-нет, да морщилась при каждом шаге. Видимо, пятку натерла. Потому что кто в здравом уме идет в глубину в платье и на каблуках?
Сейчас наша семерка была покрыта толстым слоем всего, что принес ветер. Если отряхнуться, можно будет куличики лепить из песка. Но соваться в городскую черту сейчас было самоубийством. Без наблюдения, без разведки, без сил.
И как раз на подходе к городу стояла одинокая ферма с покосившимся забором и полуобвалившимся домом. Зато с большим сеновалом. И все это настолько «как раз», что никаких сомнений не оставалось. Явная ловушка.