Чтение онлайн

– Экий ты, право, шутник! Я хочу знать, в каком месте ты появился на свет?

– Моя мать ничего мне об этом не говорила: может, в спальне, а может, в столовой.

Это начинало понемногу злить Ксанфа. Он сказал:

– Какого ты роду-племени?

– Я - фригиец.

– И что ты можешь?

– Я? Да ничего.

– Что ж так?

– Вот эти оба красавца ничего мне не оставили - они ведь все могут.

Один из учеников опять воскликнул:

– Блестяще!

– Хочешь, я куплю тебя?
– спросил Ксанф Эзопа.

–

Что ты о себе возомнил? Стоишь и задаешь мне без конца вопросы, будто я уже твоя собственность и обязан давать тебе советы. Хочешь меня купить покупай. Не хочешь - ступай подобру-поздорову. Мне-то какое до тебя дело. Хватит тут играть со мной в кошки-мышки.

– Здорово он врезал нашему учителю, - шептались между собой ученики.

А Ксанф сказал:

– Хорошо, я готов тебя купить, да вот только не сбежишь ли ты от меня?

– Кто же будет виноват, если я сбегу? Ты или я?

– Ты.

– Нет, - сказал Эзоп, - ты.

– Я?

– Конечно ты! Будешь относиться ко мне хорошо, я останусь у тебя. А вздумаешь обращаться со мной плохо, не задержусь у тебя ни на день, ни на полчаса, ни на минутку.

– То, что ты говоришь, звучит разумно. Вот только внешность у тебя безобразная.

– Разве это так важно, какое у меня тело. Поинтересуйся лучше, что у меня за ум и душа.

– А что такое, собственно, тело?
– спросил Ксанф.

– Это сосуд, что несет сам себя в харчевню и наливается вином. И бывает так, что сосуд безобразен, а вино - превосходное.

Ксанф обратился к Офелиону:

– Сколько ты просишь за него?

А работорговец и говорит:

– Ты что, хочешь надругаться над моим товаром?

– Как тебе могло прийти такое в голову?

– Ты отверг отменных рабов и хочешь приобрести этого выродка? Купи одного из двух красавцев, а этого получишь в придачу.

Но Ксанф снова спросил:

– Сколько ты, однако, просишь за него?

Офелион ответил:

– Шестьдесят денариев, сверх того еще пятнадцать, что пошли на его прокорм.

Тем временем сборщики податей прослышали, что продают рабов, и поспешили к месту торгов, настойчиво спрашивая, кто - продавец, а кто - покупатель. Офелион молчал, словно воды в рот набрал, а Ксанф стеснялся сказать, что купил раба всего за каких-то семьдесят пять денариев. Тогда Эзоп воскликнул:

– Я был продан и был куплен! Но раз никто в этом не признается, тогда, выходит, я - свободный человек.

Ксанф тут же сказал:

– Я купил этого раба за семьдесят пять денариев.

Сборщиков податей рассмешила такая цена, и они освободили Ксанфа от уплаты налога.

И Эзоп вместе с философом Ксанфом и его учениками покинули рынок.

Солнце стояло в зените, жара была изнуряющая, а путь до дома Ксанфа долог. Вдруг Ксанф приподнял подол своего платья и стал мочиться прямо на ходу. Эзоп схватил его за рукав и говорит:

– Продай меня снова, а не то убегу.

– Эзоп, что на тебя нашло?

– Продай меня. Я не смогу тебе служить.

– Кто-нибудь очернил меня

в твоих глазах? Назвал, поди, живодером? Не обращай внимания на клевету. Ее для того и выдумывают, чтобы досадить человеку. Людям доставляет иногда радость возводить на меня напраслину.

– Никто на тебя не клеветал. Ты сам себя подвел своим поведением. Ты хозяин, свободный человек, никто тебе не указ, мог бы потерпеть и до дому. А ты что сделал? Помочился на ходу, словно тебя кто гонит! Как же тогда мне быть, если я вдруг получу от тебя срочное поручение? Может, прикажешь мочиться на бегу?

Ксанф спросил его:

– И ты из-за этого так раскипятился?

– А ты как думал!

– Солнце нещадно палит. Если я остановлюсь помочиться, раскаленная земля прожжет мне подошвы до дыр, моча ударит едким запахом в нос, а солнечные лучи напекут мне голову.

– Это убедило меня, - сказал Эзоп, - можешь продолжать свой путь.

– Скажи пожалуйста, а я и не подозревал, что вместо раба приобрел себе хозяина, - ухмыльнулся Ксанф.

Когда они наконец добрались до дому, Ксанф сказал:

– Моя жена помешана на чистоте. Подожди у ворот, пока я не поговорю с ней. А не то, увидев тебя, она потребует назад свое приданое и уйдет из дома.

– Ну, если тобой командует жена...
– произнес Эзоп.

Ксанф вошел в дом и сказал, обращаясь к своей жене:

– Больше тебе не придется пенять на то, что меня обслуживают твои служанки. Я купил себе раба.

– Отдыхая в полуденную жару, я видела сон, как ты покупаешь очень красивого раба. Благодарю тебя, Афродита, мой сон исполнился.

– Обожди, жена, тебе предстоит увидеть красоту такого рода, какой тебе еще никогда не доводилось видеть!

Служанки тотчас же принялись обсуждать между собой эту новость. Одна из них сказала:

– Вот и нашелся муж для меня.

– Нет, для меня, - сказала другая.

А третья объявила:

– Он достанется той, что краше всех.

Тогда вторая спросила:

– Уж не думаешь ли ты, что ты красивее меня?

– А то нет!
– сказала третья.

Тут жена Ксанфа спросила:

– И где он?

– У ворот, - ответил Ксанф.
– Воспитанный человек не переступит порога чужого дома, пока его не попросят об этом. Он стоит и ждет, когда его позовут.

– Ну так зовите его сюда, - распорядилась жена Ксанфа.

А самая сообразительная из служанок подумала про себя: "Пойду-ка я приберу его к рукам".

Вышла она и крикнула:

– Где тут новенький?

Эзоп сказал:

– Здесь!

– Это ты новенький?! А где ж твой хвост?

Эзоп понял, что он для нее все равно что собака, и ответил ей:

– Не поверишь, но он у меня - спереди.

– Хм! Стой и жди!

Служанка вернулась в дом и объявила двум другим рабыням:

– Чем так долго ссориться из-за новенького, ступайте лучше взгляните на этого красавца.

Одна из них тут же выбежала и спрашивает:

– Где тут новенький, мой суженый?