Дарт на войне
Шрифт:
Дарт тоже встал.
— Так я возвращаюсь в капсулу, адмирал?
— Да, и держите с нами связь.
Дарт попрощался со всеми, дружески кивнул Джимелину, которому киборг-врач наклеивал на обожжённые участки плеча искусственную кожу, и в сопровождении Лайешта покинул командный отсек.
Им потребовалось добрых двадцать минут, чтобы разыскать ту шлюзовую камеру, через которую Дарт проник на звездолёт. У её дверей они расстались, и вскоре комиссар уже сидел в кабине капсулы. Под днищем аппарата полыхнуло пламя, и он, мягко оторвавшись от "Громовержца", устремился в космос.
Глава 6. Чёрный дисколёт
Дарт летел, вглядываясь в обзорные экраны.
Окружающее пространство почти повсюду прорезывали лучи и вспышки космического сражения. Особенно
Комиссар удовлетворенно улыбнулся: флагман начал переходить к активным действиям, хотя его команде, весьма поредевшей после рассадурского абордажа, придётся, скорее всего, нелегко.
Вспомнив слова Стенсеса, что ход битвы склоняется в пользу союзников, Дарт попытался самостоятельно определить, так ли это. Но он находился слишком далеко от района основных схваток, и понять толком, на чьей стороне перевес, было трудно. Зато он видел, что битва окончательно приняла позиционный характер: на каждом участке боя соотношение сил непрерывно менялось, как в мозаике. Сейчас успех зависел не столько от умения того или иного корабля удачно провести атаку, сколько от умения вовремя прийти на помощь соратнику и помочь ему создать огневой перевес.
По рации открытым текстом — наверное, уже в двадцатый раз — передавали сообщение о дисколёте, на борту которого находится Адепт. Конечно, теперь все обращали особое внимание на корабли в форме дисков. Дарт тоже задал компьютеру примерные параметры объекта, который следовало найти в окружающем космосе, и ввёл в действие все имеющиеся антенны. Не прошло и четверти часа, как компьютер взял в квадратик одну из движущихся на экране точек. Дарт затребовал её увеличенное изображение. Включился самый мощный бортовой трансфокатор, и на экране возник выделенный участок пространства, на котором отчётливо был виден дисколёт с бегающими по ободу белыми и жёлтыми огнями. Это был тот самый дисколёт, который недавно напал на "Громовержца"! Он быстро удалялся. Трансфокатор работал на пределе возможностей, удерживая его увеличенное изображение.
Дарт взялся за рычаги управления и резко увеличил скорость. В реакторе взревело. Огни грандиозной битвы качнулись на экранах и рухнули куда-то назад и вниз. Набирая скорость, Дарт ринулся в погоню за уходящим рассадурцем.
Тот был обнаружен не одним Дартом — его преследовало по меньшей мере с полсотни кораблей конфедератов. Дарт видел, как имперские звездолёты кинулись на помощь беглецу, который, чувствуя обращённое на него чуть ли не всеобщее внимание, на полной скорости улепётывал с поля боя.
Корабли конфедератов два или три раза приближались к дисколёту, и он вынужден был тормозить, чтобы отбиться от направленных на него гравитационных ловушек и плазменных торпед. Уничтожить его с ходу конфедератам не удавалось (рассадурские боевые корабли вообще трудно уничтожить "с ходу"), а за то время, пока дисколёт давал отпор, к нему поспевали два или три рассадурца и отгоняли нападавших. Поблизости от дисколёта то и дело завязывались яростные стычки. Выходит, Броберодо был прав: это действительно был Адепт, а значит, ставки в борьбе за уходящий дисколёт были чрезвычайно высоки.
Дарт знал, что не раз уже случалось, когда конфедераты, уничтожив в космической битве всего один неприятельский корабль, наблюдали, как весь остальной рассадурский флот устремлялся в паническое бегство, словно стадо, лишившееся вожака. И только позднее, через агентурную сеть, внедрённую в миры Сумеречной зоны, до командования конфедератов доходили известия, что в сбитом звездолёте находился Адепт…
Присутствие Адепта в составе флота или сухопутной армии Рассадура (как правило, Адепт был
один, очень редко их было двое) играло чрезвычайно важную и до сих пор невыясненную роль, поскольку его гибель или бегство приводило к немедленному бегству всего рассадурского воинства. Сейчас Адепт явно покидал территорию сражения, но бой почему-то не затихал. Это могло означать, что либо здесь присутствовал не один Адепт, а два или даже несколько, либо этот Адепт не собирался уходить окончательно. Как бы там ни было, его следовало уничтожить. Гибель прислужника Владык Тьмы — слишком сильный дестабилизирующий фактор для противника, чтобы им не воспользоваться.Адепт, конечно, знал, что "засветился". Теперь, если его корабль продолжит участие в битве, то на него навалится вся сила конфедеративного флота (часто в подобных сражениях уже одно знание корабля, на котором находился Адепт, приводило к победе или значительно ускоряло её достижение), и он продолжал уходить, явно намереваясь скрыться за газовым гигантом.
Подбить его конфедератам не удавалось, несмотря на все их старания — прикрывавшие отход дисколёта рассадурцы навязывали преследователям ближний бой, заставляя тех вязнуть в густых переплетениях гравитационных ловушек. Вскоре последние преследователи застряли позади, ввязавшись в драку с неприятельскими линкорами. Погоню продолжал один Дарт, всё это время благоразумно державшийся в отдалении.
Стараясь оставаться незамеченным, он подошёл близко к гигантской планете. На капсуле включились гравитаторы, позволявшие бороться с чудовищным притяжением исполина. Всего в нескольких тысячах километров от Дарта проплыл один из спутников — тёмно-коричневый шар вдвое крупнее Брельта, изрыгавший лаву и вулканический газ…
Область спутников и колец, в которой очутилась капсула, представляла собой захватывающее по красоте зрелище. Всё вокруг мерцало, искрилось и переливалось мириадами голубых искр; густая газовая атмосфера гиганта текла и клубилась, на ней взбухали и лопались облачные образования, оставляя после себя медленно рассасывавшиеся воронки; ослепительно вспыхивали астероиды, поминутно врезавшиеся в атмосферу гиганта. Комиссару, однако, некогда было любоваться на этот величественный мир огня и льда. Он не спускал глаз с экрана локатора, следя за удиравшим Адептом, и попутно прислушивался к тому, что творилось в эфире. Судя по кратким фразам конфедератов, рассадурцы отступали, хотя бой в целом ещё продолжался. Он поймал оживлённый разговор двух капитанов, которые уже торжествовали победу и обсуждали вопрос, кого из них пошлют в десант на вторую планету системы Эльяхо.
Громада газового гиганта закрывала собой половину обзора. Кораблей конфедератов нигде не было. Дисколёт едва просматривался на экранах — кольца гиганта сильно смазывали его изображение. Дарт шёл довольно опасным курсом сквозь кольца; противометеоритная защита работала в автоматическом режиме, и не проходило и двух минут, чтобы портативная фотонная пушка не выстреливала по мелким и крупным кускам метанового льда, оказывавшимся на пути капсулы.
Вскоре Дарт очутился по ту сторону гигантской планеты и она окончательно скрыла от него картину боя. Какое-то время перед ним маячил один из крупных спутников, загораживая от него дисколёт, а когда Дарт обогнул спутник и вгляделся в обзорные экраны, то в первый момент он решил, что видит стаю астероидов, которых немало было в окрестностях гиганта. И лишь минуту спустя, выделив их трансфокаторами, он убедился, что это не астероиды, а ещё один рассадурский флот!
Возможно, этот флот стоял здесь в засаде с самого начала битвы, а скорее всего, его вызвали на помощь первому флоту, убедившись, что дела у того складываются не блестяще. Все эти корабли могли подтянуть сюда только что, переведя через субпространство из какой-то другой области Империи, и теперь они были здесь, в любую минуту готовые сорваться с места, обогнуть газовую планету и вмешаться в битву.
Дарт от волнения даже забыл про дисколёт. Похоже, Рассадур собрал здесь свои лучшие силы. Армада выглядела настолько грозно, что при одном взгляде на неё захватывало дух. Численно она раз в двадцать, наверное, превосходила эскадру конфедератов. Но это могло означать только то, что вторая планета системы Эльяхо — и есть Рассадур!..