Чтение онлайн

— Этого не может быть! — воскликнула Лара. — Они любили друг друга! Бабуля рассказывала, что счастливей пары, чем мои родители, и на свете не было! А отец всегда говорил, что моя мама была очень доброй и хорошей!

— Я понимаю, Лара, тебе трудно с этим свыкнуться, — вздохнула Фаина. — А Полина Степановна и твой папа знали Арину не так долго, как я. Бедовая она была. Да и ладно бы — что было, то прошло. Правду ты, наверное, никогда и не узнала бы. Арина, закрыла твой дар неспроста. Но вся беда в том, что этот дар, передающийся по роду, трудно спрятать от знающих силу. Даже если она не используется. А такие как Евдокия этот дар чувствуют за версту. И эта нерастраченная

сила для них сильная приманка. Особенно, учитывая, что ты беззащитна перед ними. Хотя, некая защита на тебе есть. Она и мешает им подступиться. Но рано или поздно кто-то её преодолеет. Поэтому тебя с детства и преследуют всякие ведьмы. К слову сказать — немалую роль играет и место. Тот дом на севере, где тебя одолевала во сне старуха, был построен на месте древнего капища. А в том месте, где вы сейчас живёте с бабулей, благодаря тысячелетнему обитанию там домового Михалапа, фактически возник портал для… Ну, неважно — ты сейчас всё равно ничего не поймёшь. Вот эти места и притягивают… скажем так — непростые сущности. Та твоя красноглазая старуха-летунья, например — очень необычное древнее существо. Я даже не знаю, к кому её отнести. То ли к гарпиям, то ли к химерам. А твоя знакомая Евдокия — та ещё хапуга. Без чести и совести. Позор нашего кубанского ведьминского клана.

— Никакая Евдокия не моя! Она мне незнакома! — возразила Лара.

— Та шо ты кажешь! А як же ж та чернэнька кошка, шо тэбэ едва не схарчила? — прищурилась Фаина, перейдя на кубанское балаканье. Кстати, её яркой красоте и длинной косе это очень даже шло. Но, став серьёзной, она продолжила: — Полуночница Евдокия уже лет двести как потеряла человеческий облик и в виде оборотня творит тёмные дела. Она — хитрая бестия. Нам, Хранителям клана, редко удаётся таких уличить в нарушениях — умеет она обходить Покон.

— Покон? Что это? — спросила Лара, внимательно её слушавшая.

— Так называется свод законов для владеющих силой, — пояснила Фаина.

— Так это была не кошка? — удивилась та. — А как же когти, клыки и… вообще?

— Это была чёрная ведьма и этим всё сказано, — махнула рукой Фаина. — Хотя, не все ведуньи таковы. Например — Бондарчиха, которая вас сюда прислала. Она многих людей спасла — от порч и заговоров, от злобы и зависти, от ревности и недоброжелательства! Боюсь даже представить, какой Евдокия станет, если добавит ещё и твою нерастраченную силу, — покачала головой Фаина. — С Ариной-то было непросто, — вздохнула она, — а уж с ней, не раз уж умножившей свою тёмную силу, хлебнём бед.

— Надеюсь, вы этого не допустите, — сказала Лара. — Поможете мне?

— Уж постараюсь, сделаю, что смогу, — нахмурилась ведунья.

— Если вы так хорошо знали Арину, мою маму, расскажите мне о ней, — попросила Лара, — Какая она была? Красивая?

— Знала, к сожалению, — нехорошо усмехнулась ведунья. — И ты очень похожа на неё. Рада, что только внешне.

Теперь-то Лара понимала, почему Фаина так нелюбезно посматривала на неё. Видно, у них с Ариной были непростые отношения и старые счёты.

— Скажите, Фаина, почему моя мама умерла? — спросила она. — Почему не пережила роды? Ведь для многих женщин это не смертельно. Вы говорите — она была сильной ведуньей. И… это, даже умела не стареть, как вы. Непонятно. Почему злая Евдокия до сих пор живёт, а её нет? Я уверена — мама была не настолько плохим человеком.

— Хотелось бы верить, но не могу. Знаешь, её счёты с жизнью и смертью меня не касаются, — нахмурилась Фаина. — Мне своих забот с кланом хватает. Когда Арина вышла замуж и немного утихомирилась, я только обрадовалась

и далее мало ею интересовалась. Знаю только, что твоё рождение она не пережила. Не ведаю и то, почему она закрыла твой дар. Это всё дела вашего рода. И вернётся ли твой дар к тебе, теперь зависит только от Арины. Я лишь помогу вам встретиться.

— Как — встретиться? Она же умерла! — растерялась Лара.

— Какая ты ещё юная и неискушённая! — вздохнула Фаина. — Даже жаль тебя портить. Но делать нечего — пора тебе уже умнеть, Лара, и становиться жёсткой. А то пропадёшь, попав в пасть кому-то охочему до чужого добра. Или — по наивности — станешь для нас, Хранителей Покона, источником новых неприятностей. Как, впрочем, для себя и для людей.

Смерти нет, милочка. Есть разные формы жизни — в том или ином теле. И разные формы материи. Или же энергии.

— И в какой… форме сейчас моя мама? — растерялась Лара.

— Сама увидишь. Я той стороной не распоряжаюсь и предсказать ничего не могу, — сказала Фаина.

— А что — дар мне обязательно надо вернуть? Я что, ведьмой стану? — растерялась Лара.

Она ожидала неких пассов, советов, в крайнем случае, но такое….

— Ведьмой или ведуньей это уж тебе выбирать. Но я не думаю, что из тебя получиться ведьма, — усмехнулась та. — Как говорят — харизма не та.

Ой, — зябко поёжилась Лара — её уже бил мандраж. И от встречи, и от того, что она принесёт.

— А вот трусить не надо, — повысила голос Фаина. — Иначе ваш контакт может сорваться. Там всё очень тонко и неустойчиво. Это не наш материальный мир…

— Хорошо, — взяла себя в руки Лара. — Не буду бояться. Это же моя мама, она не причинит мне худого. Так ведь? В любой форме. И знает, что для меня лучше…

— Правильно мыслишь, деточка. Итак, начинаем сеанс потусторонней связи! — поднялась с лавки Фаина.

Что сделала Фаина дальше, Лара не заметила — слишком она была взволнована. Может, та совершила некий пас или тихо произнесла какое-то слово, но вдруг посреди комнаты появилась фигура.

Эта женщина в тёмном одеянии с длинными пышными волосами, была очень похожая на Лару. Только её лицо было грустным, глаза потухшие, а уголки губ печально опущены. Она стояла неподвижно, опустив взор.

— Асмодина-Аралия-Арина! — громким голом сказала Фаина, женщина, вздрогнув, подняла на неё глаза.

И тут Лара заметила, что Фаина теперь совсем другая. Это была высокая женщина с гордой осанкой, одетая в белую римскую тогу и золотые плетёные сандалии. Её русые волосы, украшенные золотой тиарой, были уложены в причёску из тугих завитков. При взгляде на неё вспоминались греческие скульптуры богинь из музеев.

— Одна из владеющих силой, живущая в мире теней, я снимаю с тебя печать молчания! — объявила Фаина.

И женщина посреди комнаты, сделав глубокий вдох, будто отмерла, а взор её синих глаз обвёл комнату.

— Доченька! — глухо вскрикнула она, увидев Лару.

— Мама! — отозвалась та, бросившись к ней.

Но, не добежав, упала, как подкошенная, будто ударившись о невидимую преграду или откинутая невидимой силой.

Фаина, подав девушке руку и помогая встать, сказала:

— Тебе туда ещё рано, Лара! Забыла предупредить — мир мёртвых и мир живых разделены непреодолимой преградой.

— Я хотела её обнять! — тихо сказала девушка.

— Я бы могла тебе сказать — обниметесь потом, когда обе будете по ту сторону. Но и это вряд ли. У вас с Ариной пока разные дороги, — тихо сказала Фаина.