Дар всемогущества
Шрифт:
Одиночка нарисовал перед их мысленными взорами несколько живых картин. Он показал им маленькую одинокую планету, покрытую пеленой ядовитых газов, грязные моря, в которые под воздействием эрозии был смыт верхний слой почвы. Моря были уже почти необитаемы, в них жили только, водоросли, служившие для людей главной пищей, и жуки-плавунцы, вдыхавшие отравленный воздух и выдыхавшие чистый кислород. Он показал им последние дни, когда четыре мутировавшие расы людей уже задыхались в умиравшей атмосфере. Он передал им вкус пищи, приготовленной из единственного выжившего вида морских водорослей, показал чудовищную ядовитую растительность, облюбовавшую сырые низины,
Впервые с начала путешествия Одиночка дал им почувствовать отчаяние, овладевшее всевидящими Земли после того, как погибли водоросли и стало очевидным, что все попытки землян выжить обречены на провал.
Все они знали историю Мудрого, целителя, мутировавшего и получившего способность передавать свою целительную силу другим. Это он, используя свои знания и силу, научил летать Крылатую, могущественную.
Одиночка закончил свой рассказ картинами перелета землян на Луну, смерти Мудрого и его подруги Крылатой и прибытием исследовательского корабля "Экс-Эй" Брэдли Г. Гора. .
"Мудрый умер с сознанием того, что потерпел поражение,- говорил Одиночка,- но если бы он не предпринял это путешествие в поисках новых мест обитания, я был бы сейчас мертв. Все, кто жил на Земле, были бы мертвы".
– Сначала мы погубили Землю, а потом сделали почти то же самое с Террой II,- уныло заметила Марта.
– Будь немного снисходительней,- ответил Джон.- Поселенцы на Терре II сохранили расовую память о путешествиях в космос и сделали то, что и должны были сделать, чтобы вернуться туда. Разве можно обвинять их в том, что они слишком спешили, ведь возвращение в космос заняло у них 30000 лет.
– И вот что мы имеем сегодня,- продолжала Марта,- немногие хотят жить на Терре II, на такой, какой она стала. Поэтому я владею целым городом.
– Не городом, а выгребной ямой, годной теперь только для археологических раскопок,- обронил Ля Кониус.
– Но это моя выгребная яма! И обрати внимание, среди нескольких тысяч человек, живущих на Терре II, самый высокий, чем где бы то ни было, процент творческих личностей. По-соседству со мной живет Матейс, композитор. На днях Джон играл его Гимн Миарии. Он утверждает, что безлюдность Терры II только способствует его творчеству.
– А в плохую погоду он выходит на улицу в противогазе,- съязвил Ля Кониус.
– Он почти совсем не выходит на улицу. Он занял целый комплекс зданий и приспособил его для своих нужд. Разве возможно такое на других планетах? А мой отец приспособил для проживания старую обсерваторию на вершине горы. Мы частенько собирались там, чтобы полюбоваться на звезды. А какие у нас закаты солнца! Таких вы не увидите нигде на свете! Но это, правда, благодаря загрязненности атмосферы...
– А я люблю Ксантос,- сказала Сесиль.- Я люблю быть среди людей, и чем их больше, тем мне радостней. Я люблю смотреть самые новые пьесы и самые последние фильмы. Я люблю посещать картинные галереи, чтобы видеть произведения художников с родины Джона - Зельбеллы III. Все вы слетелись на Ксантос с разных планет, чтобы иметь возможность учиться в университете, а я живу от него в пяти минутах полета на флаере.
– Наличие различных стилей жизни на разных планетах как раз и есть причина наших успехов на научном и культурном поприщах за последние несколько тысяч лет,- заговорил Джон.- Мы могли бы покорить новые миры, если бы стремились к этому. Всегда существует возможность бросить
вызов природе и неизведанному. Старик Паулюс говорил, что наша постоянная экспансия в космосе является причиной окончания войн.– А может быть, войны перестали быть инструментами политики, потому что мы стали зрелыми?
– предположила Сесиль.
– Я только что прочел "Историю Старой Земли" Клонга,- сказал Ясномыслящий.- Так вот он утверждает, что войны пошли человечеству на пользу.
– Чепуха!
– воскликнула Марта.
– Я сам не принимаю эту точку зрения,- продолжал Ясномыслящий,- но Клонг уверен, что войны были необходимы для развития технологий, способных вывести человека в космос, и для сдерживания роста народонаселения, который грозил встать на пути прогресса человечества. Последняя концепция не укладывается у меня в голове. Как вы знаете, мы, целители, размножаемся только раз в жизни. Природа поддерживает равновесие всех четырех видов нашей расы. Каждое рождение ребенка - праздник для нас.
– Роза, целитель, говорила, что старые земляне умирали миллиардами,сказала Сесиль.- Так значит, вот каким образом природа поддерживает баланс населения!
– Пожалуй, природа только предусматривает регулировку роста населения, но случаются катастрофы, и это был как раз такой случай,- ответил Ясномыслящий.
– Я верю в Бога,- заявила Марта,- и случившееся было божьим промыслом.
– Наверное, мы поклоняемся одному богу,- заметил Ясномыслящий.- Я, например, называю его Природой.
– Скорее всего, люди, жившие на MM-I, не знали его,- сказал Ля Кониус.
– Мы не можем утверждать это с уверенностью,ответила Марта.- Например, артунийцы - миарийская раса - были монотеистами.
– А деланийцы?
– усмехнулся Ля Кониус.
– Раса убийц! Сумасшедшие эгоцентрики, готовые растерзать любой цивилизованный народ, лишь бы спастись самим. Но трое из четырех - вовсе не злодеи. Обе ветви человечества и артунийцы верили в одного Бога - трое из четырех.
– Я подумываю о том, что люди, убившие 20 планет, были архиатеистами всех времен и народов.- Ля Кониус поднялся с дивана и потянулся.- Но вряд ли мы высидим ответы на наши вопросы здесь, в кают-компании. Я иду спать, и вам советую сделать то же.
– Дельный и своевременный совет,- согласился Ясномыслящий.
– А что ты там все время пишешь?
– Марта заглянула через плечо Джона.
– Пока это только сырой материал.
– Не поверю, что зёльбеллец может писать сырой материал. Дай-ка мне посмотреть.
– Ты все равно не разберешь мои каракули.
– Тогда сам прочти вслух.
– Ну пожалуйста, Джон,- попросил Ля Кониус, уже стоя в дверях.
– Я раздумывал о Мертвых Мирах, о старой Земле, о войне и мире. Я пытался понять, что чувствовали люди, когда впервые увидели ядерный гриб,Джон опять задумался.
– Продолжай,- напомнила ему Марта.
Джон уткнулся в свою бумажку и начал: "Успокойся в мире, закрой глаза и окунись в себя, в свою опаленную душу. Когда Земля рвется на куски, громом полнится день и пеплом посыпает голову ночь, нервы не выдерживают, они плавятся и обугливаются, и вселенская боль пронзает лишенную надежды душу. Успокойся в мире, друг, благослови и прости живущих еще с тобой. Этот рукотворный гром - химера. Раз, два, три... Улыбка - лучший щит - прикроет тебя от огненной бури, а зло зачахнет, ибо улыбка - враг его смертельный. Покойся в мире и возвращайся призраком в места, откуда изгнали тебя".