Чтение онлайн

Ветер постепенно утих, и до слуха Элспит донесся плач младенца.

Она встрепенулась. Ребенок жив! И Элспит снова разрыдалась, но теперь уже это были слезы радости. Она не хотела, чтобы Лотрин видел их, и, отстранившись, потянулась к младенцу.

— Лотрин, это я, Элспит, — сказала она. — Я не причиню ему никакого вреда. Дайте его мне.

Лотрин устремил на нее взгляд карих глаз, и Элспит поразила глубина и сила его страданий. Мужество оставило ее, и она повернулась, чтобы убежать отсюда, но тут горец молча протянул ей новорожденное дитя. Девушка осторожно взяла младенца и, открыв личико, сунула в крохотный ротик

кончик своего мизинца. Ребенок стал жадно сосать его.

— Вашего сына надо покормить, — сказала она.

— Его мать мертва, — с трудом промолвил Лотрин. — Она боролась за свою жизнь, но у нее открылось сильное кровотечение, и лекари не смогли его остановить.

Комок подкатил к горлу Элспит.

— Примите мои соболезнования, — промолвила она и замолчала, положив руку на его плечо.

Ее жест был красноречивее слов. К удивлению Элспит, Лотрин накрыл широкой ладонью кисть ее руки.

— Спасибо, — промолвил он и, взяв сына, спустился со скалы. Элспит осталась одна на Камне Скорби, над которым еще витал дух покойной жены Лотрина, советника и друга Кайлеха.

Позже, уже вернувшись в свою комнату, она увидела из окна двух скачущих через луг всадников. То были Лотрин и Кайлех. Элспит надеялась, что король найдет слова утешения для своего друга.

— Она подарила нашему народу сына, Лотрин. Поэтому нам следует отпраздновать это событие, а не предаваться скорби по поводу ее кончины, — сказал Кайлех, окидывая взглядом пастбища.

— Да, у вас есть все основания праздновать рождение еще одного мальчика, — сказал Лотрин.

Уловив нотки горечи и осуждения в голосе своего спутника, Кайлех насупился. Но, переглянувшись, мужчины поняли друг друга без слов и решили не обострять отношения. Король понимал, как расстроен Лотрин.

Некоторое время они ехали молча.

— Она не любила меня, Кайлех, и в этом все дело, — снова заговорил Лотрин. — Я скорблю о том, что сделал ее несчастной, и что у моего мальчика нет матери.

— Мы окружим его любовью и заботой, — сказал король.

— Знаю.

Всадники направили коней к озеру. Кайлех любил прогуливаться верхом вдоль берега. Здесь царили тишина и покой.

— Я хочу поговорить с тобой о моргравийских пленниках, которых ты привез в крепость, — сказал король, в свойственной ему манере резко меняя тему разговора.

— Да? Я давно жду вашего решения, сир. Что мы будем делать с ними?

— Я тянул время, надеясь, что мой гнев утихнет.

— Кайлех, наших людей не вернешь.

— Это правда. Но я не могу забыть о том, что они просто заблудились. И наверняка объясняли это своим убийцам, по те не пощадили их.

— Если мы погорячимся, может вспыхнуть война.

— Погорячимся?! Не забывай, что враги убивают наших соотечественников, которые ни в чем не виноваты!

Лотрин промолчал, видя, что король ни на шутку распалился. Он высоко ценил заслуги Кайлеха. Благодаря его усилиям в Скалистых горах прекратились междоусобицы. Кайлех направил бьющую через край энергию соплеменников в другое русло, поощряя развитие скотоводства и земледелия. Теперь горцы могли прокормить себя. Они собирали обильные урожаи и научились хранить продукты питания. Провозгласив себя королем, Кайлех тут же издал указ о том, что все дети должны учиться грамоте и знакомиться с историей своего народа. Образование, полагал он, важнее умения убивать

себе подобных. Кайлех поощрял также музыку, пение, танцы и охотно общался с молодежью. Когда кто-нибудь из молодых соплеменников погибал, это глубоко ранило его сердце.

Лотрин, как никто другой, знал, что Кайлех готов жестоко отомстить за гибель соплеменников, и поэтому у пленников, на его взгляд, было мало шансов остаться в живых. Тем не менее Лотрин не оставлял попыток спасти их.

— Догоняй, Лотрин! — крикнул Кайлех и, пришпорив лошадь, понесся во весь опор к небольшой роще, видневшейся вдали.

Жеребцу Лотрина так и не удалось догнать породистую кобылу короля, что, впрочем, было неудивительно.

— Ты посмотри, какая она замечательная! — тяжело дыша, вскликнул Кайлех, восхищаясь своей лошадью.

— Да, великолепна, — согласился Лотрин. — Так что же вы решили, сир? Как вы поступите с пленниками?

Лицо короля посуровело.

— Я хочу проучить наших врагов.

— Умоляю вас, Кайлех, подумайте хорошенько, прежде чем действовать!

— Я уже подумал. Решение далось мне нелегко.

— Но ведь пленники, которые сидят в нашей темнице, тоже ни в чем не виноваты! Они уже достаточно настрадались. Мы ведем себя точно так же, как наш южный сосед!

— Эти люди — солдаты, поэтому нельзя говорить, что они невиновны! — запальчиво возразил король.

— Лишь один из них — действительно опытный, закаленный в боях солдат, сир. Остальные обычные сельские жители, которые, возможно, умеют резать скотину, но ни разу не поднимали руку на человека.

— Чего ты добиваешься?! — взревел король.

Лотрин помолчал, дожидаясь, когда утихнет гнев его друга.

— Отпустите их, мой король, — наконец промолвил он. — Будьте снисходительны. Будьте лучше короля Моргравии.

Кайлех сердито покачал головой.

— Во всем виноват Селимус, — заявил он. — Его отец никогда не потворствовал убийцам мирных жителей. Селимус — настоящий безумец. Наши шпионы докладывают, что среди моргравийцев растет презрение к нему. Я никогда не прощу ему, Лотрин. Он заплатит за свои злодеяния. Я хочу лишить его сна. Пусть этот мерзавец знает, что скоро я отберу у него плодородные земли.

Лотрин тяжело вздохнул. Король постоянно твердил эти слова, как заклинание. Внутренняя политика была разумной, король стремился просвещать свой народ, улучшать условия его жизни. Но в душе Кайлех оставался безудержным завоевателем, и это отражалось на его внешней политике. Король был по натуре воином и жаждал раздвинуть границы своего государства.

— Что вы задумали, сир? — грустно спросил Лотрин, зная, что с Кайлехом бесполезно спорить.

И король раскрыл ему свой замысел. Кайлех был мрачен и не пытался оправдать действия, которые ему предстояло совершить. Выслушав его, Лотрин ощутил в душе ноющую пустоту.

— Но это безумие! — воскликнул он.

— Я… — начал было король, но Лотрин перебил его.

— Кайлех, опомнитесь! — взмолился он. — Неужели вы хотите толкнуть наших врагов на ответные действия?

— Мы готовы встретить их с оружием в руках! — взревел король.

— А вы подумали о том, сколько наших соплеменников погибнет на развязанной вами войне? — попытался образумить его Лотрин. — Вы уверены, что эти жертвы необходимы для благополучия нашего народа? Вы действительно хотите, чтобы в наши края пришел враг? Да вы совсем спятили!