Чтение онлайн

Голос Вевира вывел его из задумчивости.

— Прости, что ты сказал?

— Я спрашиваю, с тобой все в порядке, Корелди?

Уил вздохнул.

— Да, извини, я задумался. Ты заговорил о Фергюсе Тирске, и я сразу вспомнил, что его смерть стала для королевства огромной потерей.

Черты лица старого мастера смягчились.

— Действительно, то была большая утрата. Я слышал, что сын Тирска тоже погиб. Это правда?

Уил кивнул.

— Я присутствовал на его похоронах.

— Все это очень печально, — качая головой, сказал Вевир. — Не должен сын так быстро следовать за отцом

в могилу. Я даже не успел выковать для него меч. Ты часом не знаешь, как это случилось?

— Говорят, молодого Тирска предали, — не удержавшись, сказал Уил.

— Предали? Кто?

— Селимус. Я слышал, он завидовал Уилу и хотел избавиться от него.

Вевир в ужасе замахал на него руками.

— Молчи! ни слова больше! Даже здесь, в нашей глуши, у стен есть уши.

— Прости, но я сказал только то, что слышал.

— Ничего не желаю знать. Я слишком стар для интриг! Что тебе надо от меня?

Уил усмехнулся.

— Меч и два кинжала.

— Подойди сюда.

Старик направился к большому шкафу и, отперев его, достал меч с гравировкой на клинке и рукояти. Это был подлинный шедевр оружейного искусства.

— Это лучшее, что мне удалось создать за всю жизнь.

— И ты готов отдать его мне? — недоверчиво спросил Уил.

Оружейник вздохнул.

— Я не всем покупателям разрешаю прикоснуться к этому великолепному клинку, Ромен. Но тебе повезло. Ты так мастерски владеешь оружием, что достоин носить этот меч, — сказал старик и ткнул Уила пальцем в грудь.

Уил одарил оружейника ослепительной улыбкой, но она, похоже, не произвела на старика особого впечатления. Вевир продолжал хмуриться.

— Спасибо, — поблагодарил его Уил и взял меч. Клинок, как живое существо, отзывался на каждое его движение. — Можно, я выйду во двор?

И Уил показал на открытую дверь, выходившую во внутренний дворик.

— Конечно, — ответил Вевир. — Я принесу тебе сейчас два кинжала, они идут с мечом.

— Отлично, — промолвил Уил, любуясь изяществом и блеском клинка.

Выйдя во двор, он сделал несколько фехтовальных движений, чтобы проверить, сохранились ли у него боевые навыки Ромена. Меч со свистом разрезал воздух, стальной клинок ярко сверкал на весеннем солнце. Новое оружие просто очаровало Уила.

— Скажи, ты ковал этот меч для какого-то определенного человека? — спросил он Вевира, когда тот вышел во двор с двумя кинжалами.

— Да, для себя. В нем воплотились мои умения и опыт. Можно сказать, что этот меч — дело всей моей жизни.

— Я хочу, чтобы он стал моим.

— Он твой. Но, конечно, ты должен хорошо заплатить мне за него.

— Разумеется.

Уил передал мастеру меч и взял у него кинжалы. Шагах в пятнадцати от него висела мишень — большая тряпичная кукла.

— Попробуй метнуть их, — предложил старик.

Уил был уверен, что не промахнется. Тело Ромена не утратило былых навыков. Кроме того, кинжалы были столь великолепны, что, казалось, сами летели прямо в цель, без всяких усилий со стороны Уила. Один из них вошел в голову куклы, другой — в живот. Уил не целился, им управлял инстинкт.

— Если ты потеряешь и это оружие, Ромен Корелди, то лучше не появляйся в Оркилде, — сказал Вевир.

Кошелек

Уила стал значительно легче, когда он расплатился за оружие. Висевший на бедре меч в ножнах придавал уверенности. Кроме оружия, он купил у Вевира особую перевязь для ношения кинжалов на теле под рубашкой. Она была изготовлена из мягкой кожи и сделана так, что спрятанные под одеждой кинжалы можно было выхватить в мгновение ока. И хотя Уил не сомневался в своем мастерстве, он все же решил как-нибудь поупражняться в метании кинжалов в лесу под Оркилдом.

Надев новую рубаху поверх ремня с кинжалами, Уил вечером отправился в трактир постоялого двора «Старый тис». Сев за стол, он неожиданно насторожился. Его охватила беспричинная тревога, шестое чувство, которое не раз спасало в прошлом, предупреждая о надвигающейся опасности. Однако вокруг все было спокойно. В углу музыкант наигрывал заунывную мелодию. Служанка подала Уилу его любимое блюдо — рыбу, приготовленную на пару. Обстановка была приятной, и он снова немного расслабился. Но тут к нему неожиданно быстро подошла какая-то женщина и, размахнувшись, залепила звонкую пощечину.

— Как ты посмел сесть за этот стол, Ромен Корелди?! — пылая гневом, воскликнула она и, развернувшись, с гордым видом удалилась.

Потирая щеку, на которой остался след женской ладони, Уил проводил незнакомку растерянным взглядом. Он заметил, что она красива, а гнев делал ее еще более привлекательной. Сидевшие в зале завсегдатаи трактира и постояльцы гостиницы дружно рассмеялись.

К столу Уила подошла служанка, чтобы убрать посуду.

— На этот раз Арлин не на шутку разозлилась, Ромен, — предупредила она.

— Я это понял, — пробормотал Уил. Он не знал, но догадывался, в чем мог провиниться перед ней Ромен. — Могу я загладить свою вину?

— Даже не знаю… Разве может загладить вину жених, сбежавший перед свадьбой от своей невесты?

Уил понял, что дела обстоят хуже, чем он предполагал.

— Я сейчас все объясню, — растерянно пробормотал он.

— Мне это не надо, Ромен, ты попробуй объяснить свое поведение Арлин.

— А где ее найти?

Служанка, прижав к груди стопку грязных тарелок, с укоризной посмотрела на Уила.

— Что, уже забыл?

Он тяжело вздохнул.

— Замотался в последнее время, и многое вылетело из головы, — начал оправдываться Уил. — И потом, возможно, Арлин уже…

— Нет, у нее все без изменений. Она по-прежнему гнет спину над корытом, обстирывая постояльцев.

Уил кивнул, пытаясь собраться с мыслями. Пожалуй, лучше выйти на свежий воздух и обдумать сложившуюся ситуацию. Может быть, сделать Арлин какой-нибудь подарок, чтобы помириться с ней?

Его родители ссорились крайне редко, но когда это все же случалось, Фергюс обычно первым делал шаг к примирению, покупая жене какую-нибудь милую безделушку, которая, как он надеялся, могла ее порадовать. Принося жене извинения за несдержанность, он преподносил подарок, и ее сердце смягчалось. Уил не знал, как мирился с женщинами Ромен, и мог использовать лишь известные средства, к которым прибегали Тирски. Отправляясь на встречу с Арлин, он преследовал еще одну цель. Уил надеялся больше узнать о человеке, в тело которого вселилась его душа.