Чтение онлайн

Елизавета, видимо, поверила в ее искренность, потому что отпустила ее руку, глубоко вздохнув.

– Кори, ты милая девочка. Ты делаешь великодушное предложение, а я должна все испортить, браня тебя. Этим утром двое отцов пожаловались на тебя. Они говорят, что ты учишь их детей плутовать в карты.

Кори, просиявшая было от комплимента королевы, чуть не застонала.

– Это недоразумение, ваше величество, – с жаром воскликнула она. – Я учила детей небольшому фокусу, когда кажется, что ты можешь читать мысли другого, узнавать, какую карту он загадал. Но я никогда не учила их плутовать и даже объясняла им, как плохо играть

на деньги. Уверяю вас, они это поняли. – Кори действительно убедилась в этом, прежде чем учить их фокусу. Она была уверена, что мальчики не стали бы злоупотреблять своим умением.

Елизавета, казалось, все еще сомневалась.

– Мне кажется, что фокусы с картами и есть плутовство, – сказала она.

– Но, ваша милость, они могут быть такими забавными! – воскликнула Кори. – Вы должны позволить мне показать их вам. Некоторые фокусы похожи даже на волшебство, а всем нам временами необходимо что-либо подобное.

Лицо королевы подернулось было грустью, но моментально опять приняло строгое выражение. В ее жизни было слишком мало места для таких развлечений.

– Но что я должна сказать сэру Хэролду? – спросила она. – Он ни за что не согласится, что карточные фокусы, которым научилась его дочь, могут быть безвредными.

– Вам ничего не нужно ему говорить, ваше величество. Я сама ему объясню. – Только теперь Кори поняла, откуда ветер дует. Сэр Хэролд был тем самым отцом, который прервал их игру и, полный возмущения, увел десятилетнюю Изабеллу. Кори могла бы догадаться, что он нажалуется и другим родителям. – Я скажу ему, что тем самым удерживаю детей от гораздо более серьезных проступков. Но скажите мне, пожалуйста, кто другой родитель?

– Барон Грейсток, – ответила королева. – Он сказал, что кто-то выиграл все деньги, которые он давал сыну на новую одежду. А поскольку жалоба сэра Хэролда касалась карт, то я и решила, что речь опять идет о тебе.

Кори нахмурилась, думая о том, что у барона и в самом деле такой ужасный характер, как говорил Кэрью.

– Ваше величество, Кэрью Кавендиш настоял, чтобы я взяла у него в долг немного денег, потому что я осталась без средств. Я полагала, что это его собственные деньги, но если это не так, то я их немедленно верну.

– Уитби не выплатил тебе содержание, правда? – сразу же ухватила суть дела Елизавета.

– Ваше величество очень проницательны, – ответила Кори, надеясь, что королева предложит ей помощь.

– Я велю моему секретарю написать ему. Продолжай, – махнула она рукой, почувствовав, что Кори перестала ее расчесывать. – Мне нравится, как ты меня причесываешь.

Кори перевела дыхание и продолжила свое занятие. Благодарение господу, ее свекор не посмеет ослушаться королеву и вышлет наконец причитающиеся ей деньги.

Королева закрыла глаза, расслабившись.

– М-м, если ты будешь говорить с отцом Кэрью, тут есть еще одно дело, в котором ты можешь мне помочь. Ты, разумеется, слышала, что натворил его мальчишка с нарядом моей кузины?

Кори только обреченно вздохнула, поняв, что сейчас услышит.

Во время службы в церкви Кэрью проколол дырки в валике, украшающем сзади платье вдовствующей графини Лестер. Теперь настал час расплаты.

– Он должен быть наказан, но мне не хотелось бы слишком сурового наказания. Раз уж ты все равно будешь говорить с Грейстоком, то разберись и с этим, пожалуйста.

Кори растерянно кивнула, зная, что королева никогда не любила свою

хорошенькую кузину Летицию. Особенно она невзлюбила ее после того, как та десять лет назад тайно обвенчалась с королевским фаворитом графом Лестером. Даже сейчас, когда Лестер давно умер, королева все равно не могла простить ей этого. Она была поразительно злопамятна.

Тем не менее Елизавета всегда поддерживала видимость хорошего отношения к кузине. Даже если проделка Кэрью доставила ей удовольствие, она не могла не откликнуться на жалобу леди Лестер.

– Но Кэрью сделал это только потому, что леди Лестер жаловалась, что у нее болит спина, – сказала Кори. – Он и подумал, что, если часть отрубей из ее валика высыплется, ей станет легче.

– Но в результате за ней бросилась целая стая ворон, склевывая отруби, – возразила Елизавета. – Эта несчастная решила, что они нападают на нее, и перепугалась до истерики.

– Но ведь Кэрью объяснил, что сделал это с благой целью, разве не так?

– Да, но леди Лестер винит во всем меня. Непонятно, с какой стати? – Раздражение королевы улеглось, она злорадно захихикала. – Клянусь богом, она и вправду выглядела препотешно, вся красная, с этими воронами, клюющими ее валик на платье… Но ведь я же не подговаривала его устроить такое!

Кори удержалась от улыбки, зная, что в данном случае не стоит разделять веселье королевы.

– Я прослежу, чтобы мальчик извинился и в качестве компенсации оказал ей какую-нибудь услугу.

– Прекрасно. И поговори с бароном Грейстоком. Объясни ему, что эта проделка не столь уж страшное оскорбление.

Кори только вздохнула, зная, что королева, если бы могла, с удовольствием подначила бы Кэрью придумать еще что-нибудь в том же духе. А ей придется выдержать нелегкий разговор с бароном. Конечно, приятно чувствовать себя нужной королеве, но иногда ее величество дает очень неприятные поручения.

– Кроме того, возникла проблема с Эссексом, – продолжила Елизавета, когда Кори поднесла ей парик, выбранный на сегодня. – Он вызвал барона Грейстока на дуэль. Я хочу, чтобы ты его удержала.

Кори удивленно подняла глаза:

– Я, ваше величество? Но ведь лорд Эссекс слушает только вас.

Елизавета поправила на парике большой рубин.

– Дорогой мальчик! Он решил, что я предпочитаю ему барона, но это чепуха. Просто он так в меня влюблен, что воображает то, чего нет. – Нежная улыбка тронула ее губы. – Я не желаю, чтобы он рисковал собой на дуэли, но предпочитаю не запрещать ему прямо. Он просил меня отпустить его во Францию, чтобы поддержать законного короля Генриха Наваррского. Мне пришлось отказать, и он был разъярен. А после этого какой-то глупый паж дал ему письмо, предназначенное Грейстоку. – Ее лицо напряглось от возмущения. – Этого парня стоило бы выпороть.

Кори набрала в легкие побольше воздуха:

– О нет, ваше величество! Ребенок сделал это без всякого злого умысла. Он не умеет читать и плохо понял приказание. Бессмысленно и жестоко его пороть.

Елизавета напряглась, как ястреб, почуявший добычу.

– Вы что, предполагаете, что мыжестоки?

Боже, она действительно сегодня не в духе, подумала Кори. Определенно, зуб болит.

– Вашей милости представили дело только в общих чертах, а я имею честь доложить вам все подробности. Узнав их, я уверена, вы решите, как всегда, справедливо и не допустите жестокости.