Чтение онлайн

— В лесу! — задыхаясь, выкрикнул он. — Дым! Горит что-то!

Мы бросились к окраине. Над дальним краем леса поднимался серый дым.

— Ветер на нас, — пробормотал Пётр. — Если разгорится…

Деревня могла сгореть дотла.

Я развернулся к мужикам:

— Вёдра, лопаты, топоры — всем, кто может держать! Пётр, остаёшься здесь, следи за порядком.

Люди бросились по дворам, хватая всё, что могло помочь против огня. Я забежал в усадьбу, чтобы предупредить всех домашних, чтобы со двора не выходили ни ногой, пока не вернусь. Никто возражать не стал, понимающе кивая.

После

Огонь пока охватывал только дальнюю часть леса, но ветер гнал пламя в нашу сторону.

— Ройте канаву! — крикнул я. — Широкую, чтобы огонь не перекинулся!

Люди бросились к работе. Одни рубили молодые деревья, расчищая пространство, другие копали землю, создавая преграду. Женщины и подростки таскали воду из ближайшего ручья, поливая уже занявшиеся кусты.

Ванька с Федотом побежали вдоль кромки огня, сбивая пламя мешками, смоченными в воде. Я схватил лопату и присоединился к тем, кто рыл канаву. Земля была сухой, работа шла тяжело, но через час нам удалось создать достаточно широкий разрыв.

— Держитесь! — крикнул кто-то.

Огненный вал подобрался к нашей преграде. Яркое пламя лизало сухую траву, но, не найдя пути дальше, начало слабеть. Мы стояли, тяжело дыша, облитые потом, и смотрели, как огонь постепенно затихает, оставляя после себя чёрное, дымящееся поле.

— Удержали… — прошептал Ванька, вытирая сажу со лба.

— Пока что, — ответил я. — Нужно проверить, нет ли ещё очагов.

Мы разбились на группы и обошли лес по периметру. К счастью, больше пожаров не было. Но на обратном пути я заметил на земле следы — кто-то недавно прошёл здесь, причём не один.

— Это не звери, — нахмурился Федот, разглядывая отпечатки сапог.

— И вряд ли ожившие. Они боятся огня пуще гиены адской. Значит, поджигатели, — пробормотал я.

Ванька побледнел:

— Кому это нужно?

— Тем, кто хочет выкурить нас из деревни, — ответил я.

Мы вернулись к своим уже затемно. Люди, измождённые, но довольные тем, что огонь остановлен, расходились по домам. Я собрал самых надёжных мужиков в амбаре.

— Кто-то намеренно поджёг лес, — сказал я. — Возможно, это те же, кто убивает скот, потому что следы укусов, как мне известно, звериные. Возможно, волчьи или собачьи.

— Бандиты? — предположил Ермолай.

— Может быть. Или хан Байрак, что, в принципе, одно и то же. В любом случае, теперь они знают, что мы готовы обороняться.

— Что будем делать, ваше сиятельство? — спросил Пётр.

— Усилим дозоры. И подготовим засаду — если придут снова, встретим их как следует.

Мужики зашумели, предлагая свои варианты, но в итоге согласились с моим планом.

На следующее утро я отправил Ваньку в город — узнать новости и предупредить власти о поджоге. Сам же занялся распределением людей. Теперь дозоры ходили не только по деревне, но и вокруг неё.

К вечеру Ванька вернулся взволнованный:

— В городе говорят, что скоро могут ввести военное положение во всей империи. И если так… Нас либо заберут в ополчение, либо оставят без защиты.

— Как-будто до этого они нас сильно

Той же ночью мы расставили скрытые посты вдоль дорог. Если люди хана решат напасть на деревню, мы встретим их во всеоружии.

А утром пришла новая беда.

— Ваше сиятельство! — вбежал в усадьбу запыхавшийся подросток. — На мельнице… Трофим…

Я бросился туда.

Мельник лежал на земле у своих жерновов с проломленным черепом. А все запасы зерна были украдены.

Саботаж? Не исключён. Не спроста же Степана, охранника, никто не видел уже давно. Видимо, он прихватил зерно и свалил в закат. Но без доказательств обвинять никого я не спешил.

К тому же это с таким же успехом могли быть люди хана. Вот только как они проскочили мимо постов? Неужели кто из своих провёл?

Я осмотрел место преступления. Кровь Трофима уже засохла — значит, убийство произошло несколько часов назад, вероятно, до рассвета. Следов борьбы почти не было — мельника ударили сзади, скорее всего, когда он проверял жернова.

— Ванька, — позвал я. — Кто сегодня был в дозоре с этой стороны?

Парень замялся:

— Федот и Гришка.

— Где они сейчас?

— Федот у амбара, зерно пересчитывает. А Гришка… — Ванька оглянулся. — Не видел его с утра.

Я сжал зубы. Опять Гришка.

— Найти его. Сейчас же.

Пока мужики обыскивали деревню, я осмотрел мельницу. Зерно унесли не просто так — на земле остались следы телеги, свежие, глубокие. Значит, груз был тяжелый, и увозили его не тайком, а быстро и нагло.

Это не бандиты. Бандиты просто сожгли бы мельницу и ушли. Это кто-то, кому зерно было нужно срочно.

— Ваше сиятельство! — крикнул Ермолай, подбегая ко мне. — Гришку нашли!

— Где?

— В лесу, у старой дубравы. Мёртвого.

***

Тело Гришки лежало у подножия дуба. Шея была сломана, а лицо застыло в выражении ужаса. Рядом валялся окровавленный нож — тот самый, что он когда-то украл.

— Не сам же он себя прикончил, — проборчал Ермолай, бледнея.

Я осмотрел следы вокруг. Кто-то сильный схватил Гришку за горло и одним движением сломал ему шею. Но на земле не было следов борьбы — значит, убийца подкрался сзади.

Или Гришка его знал и не ожидал нападения.

— Ваше сиятельство… — Ванька указал на что-то в траве.

Я наклонился. Среди листьев лежал кусочек ткани — грубый, серый, с вышитым узором.

Кафтан сторожа Степана.

— Так вот куда он пропал, — прошептал я.

— Но… Степан же старик! Как он мог…

Возможно, он действовал вместе с кем-то еще, потому что самому ему сил не хватило бы.

Я оставил этот вопрос без ответа, ведь было очевидно, что он действовал один. Но пугать такими фактами сейчас никого не хотел.

Дольше оставаться в лесу смысла не было. Степан ушёл. А рисковать своими людьми почём зря я не хотел, потому велел всем возвращаться в деревню и следить вдвое внимательнее друг за другом. Не хотелось, чтобы сейчас среди нас оказался еще предатель, но и тотальное недоверие также не хотелось зарождать.