Цветы пустыни
Шрифт:
Но дальше Матвей никого не пускал, и тем удивительней было то, что он согласился поселить у себя совершенно незнакомую женщину. А он согласился: Таиса застала его за подготовкой гостевой комнаты.
– О, хорошо, что у тебя постельное белье и полотенца есть, – оживилась она. – А то я совсем про это забыла!
– Ты забыла, потому что слишком медленно справляешься с удивлением и вынуждена была покупать все, что я послал тебе списком.
– Не профайли меня!
– Нет такого слова, – невозмутимо заметил Матвей. – Что же до постельного белья и полотенец, то обычно они одинаково хорошо подходят для мужчин и женщин, тут твое содействие не требовалось.
Он
– Так почему Гарик распоряжается твоей недвижимостью? – полюбопытствовала Таиса.
– Потому что его недвижимость больше похожа на свинарник.
– Да ладно… Он же, вроде, нормально зарабатывает!
– И может позволить себе большие площади, на которых помещается больше мусора. Бардак – это не вопрос денег, это жизненная позиция.
– Хорошо, допустим… А тебе это зачем? Вряд ли ты насладишься ее обществом!
Таиса понятия не имела, почему вообще задает эти вопросы. Майя нуждалась в убежище, вот и все, что важно! Какая разница, где она будет жить?
Но почему-то от мысли о том, что Матвей с такой готовностью принял незнакомую девушку после того, как несколько месяцев драконил Таису, становилось обидно.
– Я делаю то, что необходимо. Есть минимум три причины, по которым присматривать за ней логичней мне. Первую ты услышала – бытовые условия. Вторая – медицинское образование. Гарик уже переслал мне медицинскую карту Некрасовой.
– Майю же выписывают… Разве это не означает, что она здорова?
– Может выжить без врачебной помощи, – уточнил Матвей. – Но здорова? Нет, до этого ей еще далеко. В ее нынешнем положении ей может понадобиться не столько содействие, сколько объяснения. Очень часто люди, пережившие такую травму, сталкиваются с болью, которая сама по себе не страшна и даже нормальна. Но они не знают об этом, и страх все усугубляет.
– Ладно, засчитано. А третья причина какая?
– Это не важно, хватит и двух.
Кому-то показалось бы, что он и последнюю фразу произнес как обычно. Но Таиса не просто знала его, она давно уже специально наблюдала за ним, пытаясь изучить. Поэтому от нее не укрылось ускорение темпа речи – незначительное, и все же! Похоже, третья причина была самой важной, Матвей пожалел, что упомянул ее.
Отступать Таиса не собиралась, она готова была вцепиться в профайлера клещом, лишь бы он намекнул на эту загадочную причину. Но не сложилось: звонок в дверь подсказал, что Гарик явился щедро проявлять гостеприимство.
Таиса ожидала, что почувствует к Майе легкую неприязнь – после всех недавних мыслей. Однако стоило ей увидеть выжившую девушку, и любой негатив испарился сам собой.
Майя была какой-то особенно хрупкой. Не мелкой или тощей, а будто хрустальной: изможденная, с тонкими костями, призрачно бледная… На фотографиях, которые Таиса нашла в соцсетях, Майя была совсем не такой. С тех снимков на мир уверенно смотрела красавица блондинка, в которую действительно мог с первого взгляда влюбиться восемнадцатилетний парень.
Хотя в состоянии Майи не было ничего удивительного:
такие травмы кого угодно изменят! Девушка долгое время лежала в реанимации, она не могла нормально есть… даже дышать поначалу не могла. Было бы странно, если бы всего через два месяца после трагедии она скакала тут бодрым попрыгунчиком!Для Таисы важнее оказалось другое: все это не сломало Майю. Каким-то чудом. Да, телу девушки досталось. И не только телу: чувствовалось, что ей страшно, она устала от боли и преследований, она мучается от того, что вся ее прежняя жизнь рухнула. Однако по-настоящему сломлена Майя не была. За нервозностью в ее взгляде считывалась та самая уверенность, которая позволила умирающей девушке встать на ноги в момент, когда другая сошла бы с ума от ужаса.
– Майя, это мои коллеги, как раз о них я тебе и рассказывал! – бодро отчитался Гарик. Вот уж кого никакие испытания не брали! – Краса неземная – это Таиса. Два метра недовольства миром – это Матвей. Он, собственно, и живет в этой цитадели зла.
– Здравствуйте, – кивнула им Майя. – Вы уверены, что это нормально?.. То, что я останусь здесь.
– Я бы не согласился, если бы был против, – пожал плечами Матвей.
– Он бы не согласился из вежливости, – подтвердил Гарик. – Он вообще слабо представляет, что такое вежливость.
– Меньше слушай их! – посоветовала Таиса. – Пойдем, я покажу тебе твою комнату!
Она ожидала от Матвея какой-нибудь колкости. Он вполне мог указать на то, что недавно она критиковала Гарика за стремление распоряжаться его домом – и вот пожалуйста. Но Матвей промолчал, он просто бросил девушкам вслед взгляд, который Таиса не смогла истолковать.
Вещей у Майи было совсем мало: только то, что подарили друзья и коллеги, навещавшие ее в больнице. То, что было у нее с собой в день похищения, украли… да и вряд ли она хотела это видеть. Ее основное имущество, накопленное за годы жизни в столице, все еще хранилось на съемной квартире. Соседка, на словах сочувствовавшая ей, уже намекала, что этот хлам надо бы вывезти – и обзавестись новым жильем! Однако Таиса прекрасно видела, что к самостоятельной жизни Майя пока не готова.
Все то время, что гостья обустраивалась, Таиса пыталась ее разговорить. Ни к чему толковому это не привело. Нет, Майя не молчала, она просто ограничивалась ничего не значащими ответами. Чистая вежливость – и никаких эмоций. Девушка будто спряталась в невидимом коконе и пока не готова была из него даже выглянуть.
Таиса надеялась, что остальным удастся понять, как до нее достучаться. Потому что полиции хватило показаний, уже данных девушкой, а профайлерам нужны были детали. Их не очень-то интересовало, как звали преступников. Куда важнее оказалось, как вели себя эти двое, какие именно слова использовали, какой взгляд был у того, который снова и снова бил Майю ножом… Таиса не представляла, как вообще можно спросить о таком. Это даже в теории казалось ей скотством! Но ведь это все важно, чтобы выйти на связь со смертью Сергея, и что делать – непонятно.
Когда Майя обустроилась в спальне, обе девушки спустились в гостиную: обед был накрыт там. Ела гостья мало, она определенно стеснялась, побаивалась даже, и ни на кого не смотрела. Да и Таиса затаилась, решив воспользоваться правом младшей ученицы на наблюдение без слов.
Гарик и Матвей действительно пытались. Матвей обращался к гостье непривычно мягко, однако так искренне, что Таиса не бралась сказать наверняка, это очередная роль или нечто большее.
– Майя, вы должны хотя бы попытаться вернуться в тот день.