Цветы и Бездна
Шрифт:
«…тот самый сад из снов… Это он…» – я сразу поняла это, сразу почувствовала, глядя на рисунок. Казалось невероятным, что кто-то мог нарисовать портрет с такой точностью и мастерством. Ведь в нем была запечатлена как будто не только моя внешность, но и характер, может быть даже душа…
Я почувствовала, как мое сердце начало биться быстрее. Ведь у меня в руках оказалось то, что я так давно искала… Что так мечтала найти всe это время – доказательство того, что сад существует, и что все это время мои сны были реальны. Я не могла
– Откуда… Кто нарисовал это? – спросила я, немного запинаясь от волнения.
– Я… не знаю, – ответил инквизитор, но его голос звучал не очень убедительно. – Мне ничего не сказали про это. Только то, чтобы я нашел тебя здесь и передал. Мне сказали, что ты поймешь, кто это сделал, и что с этим делать.
Я молча кивнула, все еще не в силах оторвать глаз от рисунка. Я обратила внимание на год, написанный в углу листа, и поняла, что это было почти сто лет назад. Меня тогда и на свете не было, но не оставалось сомнений, что сделан он был давно.
– Да… – тихо ответила я, ощущая и радость, и какую-то непонятную тоску. Что-то будто звало меня. Туда, в Нистар, где действительно, по преданиям, находились сады, наподобие этого.
«Нистар… Город, где все возможно. Построенный магами, охраняемый Хранителями… и место, откуда, говорят, вырвались нерли, где слышен лишь зов ужаса… Нет, не может это быть правдой, или…»
– Я знаю этот сад. Я была там, только не знала, что он может находится где-то в реальности… А теперь, видимо, кто-то хочет, чтобы я нашла его… Неужели это такое… приглашение? В Нистар?
– Вполне возможно.
– Но… я не могу, даже если бы хотела. Это просто невозможно.
– Почему?
Я вздохнула и отвернулась. Только сейчас шум улицы вернул меня в реальность – самую обыкновенную, тривиальную, скучную… но реальную. Разве я могу бросить все, бросить всех и уехать неведомо куда, неведомо с кем, неведомо зачем… в попытках разгадать что-то, чего не понимаю и чего, может, и не существует… или могу?
В то же время что-то в глубине души подсказывало мне, что у меня на самом деле нет выбора. Ждавший от меня, что я скажу что-то еще, инквизитор, шумно выдохнул и раздраженно заговорил:
– Если ты думаешь, что я тут разносчик приятных подарочков, то ты ошибаешься. Это – реликвия, хотя и выглядит просто. И она должна была у тебя оказаться только в случае, если все станет совсем плохо.
– В каком плане…«плохо»?
– Огненные озера вспыхивают все чаще, все больше людей погибает, пытаясь закрыть их. Конклав уже начал поиски Башни, считая ее причиной всех бед… Все мы – дети Тысячеликого, и не может быть такого совпадения, что именно теперь портрет был найден. Он призывает тебя в Нистар.
«Тысячеликий…» – догадалась я.
– Ты же хорошо знаешь, надеюсь, что бывает с теми, кто противится его воле?
Я знала. Тот, кто дает людям возможность – может жестоко наказать, если человек ею не воспользуется. Тысячеликий все равно заставит, но уже «по-плохому».
Когда мать
еще горела идеей отдать свою юную дочь в храмовые танцовщицы, мне приходилось читать много текстов, хранящихся в архивах под храмом Нери-Делл, чтобы позже тоже участвовать во всеобщих молитвах, может быть, даже мистериях. Но судьба распорядилась иначе.– Ладно… Я… Мне нужно подумать, ладно? Мне все равно нужно сейчас в мастерскую.
Инквизитор кивнул.
– А, к слову… – сказал он, когда я уже сделала несколько шагов. – Ты спрашивала, что случилось с Нистаром. И я отвечу: слухи не лгут – теперь это царство смерти – там врата в Бездну открылись… и с тех пор там живет чудовище.
Я замерла и обернулась.
– Дракон?
– Нет… Драконы это драконы… но там живет сама Смерть. У нас его называют Акрон. И это не образно, не метафорой – там действительно обитает Тень, которую невозможно убить… И многие полагают, что он ждет чего-то. Или кого-то… Пока сам Нистар грабят, и грабят беспощадно, потому что некому дать отпор. Ведь стражи города, ушли вслед за Хранителями в Бездну, когда она распахнулась. И никто их больше с тех пор не видел.
Я ничего не ответила. Раньше я только слышала об этой катастрофе, а теперь знала наверняка из уст человека, в словах которого не приходилось сомневаться. Прекрасные Хранители Нистара, «Нистарские боги», были единственными, кто мог хоть что-нибудь противопоставить Бездне – великие маги, которых любили и которыми восхищались.
«…когда-то. Пока Нистар не пал. И сектанты правы – мир разрушается…»
Нет, мне нечего было ему ответить, и я скрепя сердце прошла мимо, убеждая себя, что мне все еще нужно в мастерскую.
Она находилась всего в паре кварталов от торговой площади. Добравшись до нее, я постояла несколько секунд у входа.
«Я ведь все делаю правильно, правда? Почему у меня тогда такое чувство, что я на пороге катастрофы? И этот странный человек… Он даже не назвал своего имени! Только душу разбередил! Ладно бы еще, он заставил меня идти с ним… но нет же! Я сама должна, как будто, принять решение…» – быстро отогнав навязчивые мысли и сделав глубокий вдох, я зашла внутрь.
Здесь пахло травами до дурноты. Сами стены пропахли маслами и чем-то еще, чем именно я не знала, но больше этот запах нигде мне не встречался.
Завязав лентой волосы, чтобы они не мешали, или, скорее, чтобы не провоцировать вечно недовольного Мастера на очередную тираду, я пошла дальше, туда, откуда доносились голоса.
– …держи руку правее! Я говорю, правее! Чтобы пары уходили беспрепятственно. Ты понимаешь вообще, что такое «правее»? Руку же разъест! Как младенец бестолковый!
Старик в этот раз был в роли надзирателя, а Ари – в роли жертвы. Котел так и кипел, источая неприятный едкий запах, заставивший меня поморщиться. Ари в этом году заканчивал обучение, и потому Мастер был особенно строг к нему, отчего тот часто начинал путаться, и делал только хуже… прямо как сейчас.
Когда я вошла, он бросил на меня умоляющий взгляд, но я только пожала плечами и села на стул возле приоткрытого окна. Другой ученик, Кирс, занимался своим делом с нарочито важным видом, надеясь, что так старик к нему не придерeтся.