Цветок цикуты
Шрифт:
– Света записала всё, что ей нужно.
Ольга послушно поднялась и побрела вслед за Гришей.
***
Сад находился на самой окраине Афин. Жители города рассказывали, что ему уже больше трёх сотен лет и посажен он был в честь Деметры, явившейся горожанам, во время очередной церемонии в храме и повелевшей подтвердить поклонение делом.
Я часто приходил сюда после полудня. Пришел и сегодня, выполнил ту работу, что взвалил на меня
Здешние птицы уже давно перестали бояться человека. Более того, заметив меня, один из голубей, вспорхнул с земли и, сделав круг, опустился на ветку около плеча. Знал, что человек пришел сюда не с пустыми руками.
Улыбнувшись, я достал из кармана туники кусочек лепёшки и протянул птице. Голубь мгновенно выхватил угощение и рванул прочь, подальше от жадных собратьев.
– Вот бы быть тобой в следующей жизни, - пробормотал я ему вслед - Пара крыльев и полная свобода - что ещё желанно человеку?..
Тройка голубей, заметили удачу товарища и перелетели поближе ко мне. Я вытащил ещё кусок лепёшки, раскрошил и рассыпал по земле.
Голуби ели, я разговаривал с ними.
– Не знаю, был ли кто-то из вас в прошлом избранником богов? Даже если и был, -
все равно не может поведать. Жаль, что боги лишили вас дара речи, оставив лишь умение слушать.
– Тогда, быть может, стоит выбрать в собеседники человека?..
– раздался за спиной голос - Человек умеет не только слушать, но и отвечать.
Вздрогнув, я обернулся и увидел невысокого, пожилого мужчину в бежевой тунике.
– Извини, я напугал тебя, - сказал незнакомец - Нечасто вижу людей, так откровенно разговаривающих с птицами.
– Птицы, одни из самых лучших слушателей.
– Но дали ли им боги возможность понимать язык людей?
– Я верю, что некоторым дали.
– Некоторым?
– Да, некоторым. Они могут меня понять.
– Но тогда, получается, что разговаривая с голубями, ты не знаешь, понимают ли они тебя или нет, - заключил он.
– Следовательно, в этой ситуации ты не знаешь, выслушивают тебя или нет?
– Да, так, - согласился я.
– А вот люди, слушая другого человека, всегда понимают его язык. Получается, что выгоднее беседе с птицами, предпочитать беседы с людьми.
– Но люди не всегда могут слушать и понимать других.
– Почему же?
– заинтересовался он.
– Например, люди не могут понять язык жителей других стран. А иногда, люди, даже понимая, намеренно не слушают собеседника. Например, они не станут слушать безумца, - разве лишь для того, чтобы посмеяться.
– Безумца?.. Ты считаешь себя безумцем?
– А кем должен считать себя человек, когда все окружающие говорят о его безумии?
– спросил я.
– Тем, кем он считает себя сам, - не колеблясь ни секунды, ответил он.
В этот раз, я не нашел что ответить и на некоторое время между нами повисло молчание.
– Ты можешь ответить на один мой вопрос?
– спросил меня собеседник.
– Конечно, могу.
– Ты
уверен, что звери или птицы, дай им боги дар речи, захотели бы говорить с тобой?– Некоторые наверняка захотели бы. Те, что в прошлой жизни были отмечены богами и возрождены.
– Отмечены богами и возрождены, - повторил мужчина, но как-то странно - А я думал, что после смерти души отправляются в царство Аида и обитают там, на полях скорби?
– Да, большинство. Но есть те, кого боги избавляют от этого. Они после смерти, вновь проживают жизни человека или животного. И так продолжается множество раз, пока им не недоест. Тогда они уходят в Аид.
– И, откуда же ты знаешь, что это так?
– Мне сказал Аполлон.
– Сам Аполлон?
– Этот бог с детства ко мне приходит во снах, - я уже приготовился к насмешкам - Аполлон рассказывает мне о жизни богов и открывает будущее.
Собеседник остался серьёзен.
– За такие рассуждения, тебя должны были либо объявить прорицателем, либо обвинить в клевете на богов - он чему-то грустно улыбнулся.
– А меня объявили безумцем. Объявили сами жрецы Аполлона из дельфийского храма.
– Так ты из Дельф?
– Я довольно долго жил там со своим наставником Деметрием.
– Деметрием - собеседник наморщил лоб.
– Не тот ли это Деметрий Фракиец, что в молодости путешествовал в Гиперборею?
– Он самый, - подтвердил я.
– Деметрий был другом моего отца, а когда тот умер, взял меня к себе и обучил очень многому.
– Я много слышал об этом человеке и даже читал выдержки из его воспоминаний. Он, кажется, умер несколько лет назад.
– Всё именно так, - вспомнив наставника, я вздохнул - И быть может, если бы он остался жив, то удержал бы мой язык от излишней болтливости!
– Но, объясни мне, что ты сделал?
– Аполлон иногда даёт мне возможность предсказать, что будет. И я неосторожно поделился его речами, с теми, кого считал своими друзьями. А кто-то из них воспользовался в своих интересах. А когда его прижали, свалил всё на меня.
– И что ты сказал в свою защиту?
– поинтересовался собеседник, но как-то странно.
– Я, просто рассказал всё как есть. К сожалению. Тогда привели жрецов из храма Аполлона. Те, целую седмицу что-то решали, а потом прилюдно объявили безумцем.
– Это вполне в их духе, - кивнул собеседник.
– Скоро весь город уже знал, что ученик Деметрия Фракийца безумен. Дошло до того, что мальчишки бегали за мной по улице и дразнили, прося предсказать будущее.
– Не завидую этой участи. Пророчества Лучезарного редко несут пользу. Вещая Кассандра тому пример.
– Я даже перебрался из Дельф в Афины и устроился в мастерскую писаря. Но Фама-Молва, всегда бежит впереди человека. Скоро и в этом городе прознали о слове жрецов. Теперь, порасспрашивай на рынках о Хинее Дельфийском и услышишь очень многое...
– Хиней - это твоё имя?
– Так нарёк меня отец, при рождении.
– Странное имя. Греческое?
– Наверное, да, - я никогда не думал об этом - Ну, а как твоё имя? Я беседую с человеком, но даже не знаю, как его зовут.
– Моё имя тоже знают многие, - сказал он - Я, Сократ.