Чтение онлайн

Нет…

Это все очередное видение…

— Да, ты права. Это насланное мною видение.

Копия присела на корточки, зачерпнула кровь сложенными лодочкой ладонями и медленно начала пропускать сквозь пальцы.

Я знала, что от не убежать.

— Не убежать, — подтвердила она. — Ведь это нутро твоего тела и я заперла тебя здесь. Вместе с собой.

И вернуться может только один. Это должна быть я.

Я встала.

— Я не уйду. Я должна продолжать жить.

— Ты заняла чужое место! — она тоже поднялась.

— Это мое тело. — И все-таки мой голос дрогнул.

— Я ждала слишком долго. И не хочу более тратить его, когда почти достигла

цели, — она выбросила вперед руку.

Tcorli'e!

Я почувствовала, как неведомая сила резко вздернула меня вверх.

Она сомкнула пальцы.

Короткое ощущение падения и я больно ударилась коленями о железные прутья.

Клетка?

— Раз так — живи. Сиди в этой клетке, лишенная всяких сил изменить то, что будешь видеть.

Ты еще пожалеешь, что не сдалась, когда была возможность.

Копия исчезла.

— Стой! — заорала я, вцепившись в прутья. — Куда ты?

— Занимать твое место, конечно. — Словно ото всюду зазвучал ее голос.

На секунду глаза застила тьма. А потом…

Стены передо мной превратились в огромные экраны.

Лилово-красное небо.

Изумрудные глаза на перекошенном лице.

Демм… Он беззвучно кричал что-то.

— Смотри внимательно.

И проклинай себя.

Ведь в тысячу раз больнее бессильно наблюдать за тем, как умирают те, кто дорог…

Кто ты?

Аэйрун…

Aehrun…

Tyue uiiret fidas nooar.

Ты мое счастливое и жестокое прошлое.

Tyio ytoeir nryw" eqio ookit hurnt ta looueb…

Ты — это я?

Тебя не существует как "я". Ты всего лишь мое тело. Моя копия…

Tyueret n'u "rii". Tyue ytire la koyeuf. Tedra ytoir…

С его стороны.

Девчонка чуть ли не по локоть залезла в котелок. Наши ложки бились друг о друга, гоняя единственный оставшийся кусочек мяса.

У нее такой сосредоточенный вид… даже кончик языка прикусила от усердия. Это-то меня и отвлекло…

— Есть! Х-ха!! — воскликнула она после того, как запихнула в рот злосчастный кусочек мяса. — Победа!

Ложка выделывала в воздухе немыслимые кульбиты. От особо размашистых прошлось пару раз увернуться. Поистине, ложка — грозное оружие. В этом я уверился, когда при очередном кульбите она сочно впечаталась в мою скулу. Не увернулся…

— Ты не могла бы немного по скромнее выражать свою, не сомненно, бурную радость? — буркнул я, потирая ноющую щеку. Хотя, боль почти сразу же прошла.

Девушка несколько удивленно посмотрела на меня, а потом по-детски надула губы.

— Да ладно тебе! Перестань принимать мелкие проигрыши так серьезно!

Проигрыш?.. Странно… я даже не задумывался об этом.

Мои мысли занимает наш недавний разговор.

Ее жизнь сильно изменилась с нашей последней встречи. Прекратились гонения ее семьи, вернулся статус аристократии. У нее появилось будущее… которое не подарило бы ей ничего хорошего, ничего такого, о чем восторженно рассказывала та маленькая девочка. Она всегда говорила, что не хочет быть связана с этими огромными и пугающими зданиями, с людьми, которые уродовали других ради "просто" эксперимента. Ученые и их Лаборатории. Ты все забыла и стала одной из них… нет, ты была вынуждена так поступить. Все они вынудили тебя.

Ты

так боялась того будущего, что хотела умереть. За это я готов уничтожить всех, кто принудил тебя к этому будущему! А еще того, кто забрал тебя у меня и вырвал все связанные со мной воспоминания! Это жестоко… заставить меня столько лет безуспешно искать по всему миру. В конце концов, мне ничего не оставалось делать, как признать тебя лишь виденьем, прекрасным и волшебным сном, согревшим меня лишь раз и оставившим с холодом в сердце. Может, поэтому я как перчатки менял этих похожих друг на друга девчонок… постоянно, даже не давая себе отчет в этом, искал хоть немного похожую на виденье из моего "сна"?

Тебе тоже было одиноко, также как и мне. Все это время ты была совсем одна наедине с огромным миром. Ты говорила тогда, что он пугает тебя. Такой жесткий, непримиримый к чужим ошибкам хищный мир, наполненный людьми, думающими лишь о себе. Ты говорила, что порой слышишь в голове чей-то полный боли и отчаяния крик, заставляющий сердце сжиматься от ответной боли. Ты не знала, чей это крик, но так хотела помочь этому неведомому…

Алекс, как же я хочу обнять тебя и сказать: "Я вернулся…" Но я не могу, ведь ты меня почти не помнишь, не поймешь моих чувств. И поэтому я сейчас должен носить эту опротивевшую маску отстраненности, вести себя так, как будто мы познакомились всего пару дней назад. Но все равно, порой мои настоящие чувства вырываются на волю…

Я заметил, что она вспоминает меня… когда она вскользь, мимоходом бросила, что помнит какие-то разрозненные картинки, я не смог сдержатся и сорвался. Я хотел применить на ней свою силу, заставить рассказать все, что она знала про эти воспоминания. Наши воспоминания. Ведь промелькнула надежда… что все станет также, как и в прошлом. Появление страха… ко мне, тому, кто создан для ее защиты… лишь это остановило меня и еще раз напомнило, насколько она хрупка. И тогда я решил — пусть все идет своим чередом. Пусть она вновь узнает меня, пусть заново учится принимать меня таким, как я есть — получеловеком, с силой, выходящей за рамки принятия человеческим разумом. Я буду помогать ей вспоминать. Я должен подождать… ради того момента, когда она узнает и вспомнит, и последние границы между нами будут окончательно стерты.

А пока… мне хватит того, что я просто рядом с тобой… твой верный Страж.

Напевая под нос какой-то веселенький мотивчик, Алекс с сосредоточенным видом соскребывала подгоревшие остатки каши со стенок котелка.

Совершенно счастливое лицо… хватает такой мелочи, чтобы она была счастлива.

Как же я хочу тоже быть причиной ее счастья. Я хочу дарить радость… а вместо этого причиняю лишь боль и страдания.

Стоп, что она там делает??

— Это есть нельзя! — воскликнул я, пытаясь отобрать котелок. Не тут-то было — она вцепилась в него так, словно гарь внутри была последней пищей в мире.

— Отдай, жадина! — обиженно пыхтела Алекс, примеряясь запустить ложку мне в лоб.

… Она слишком неожиданно расцепила пальцы. Я опрокинулся на спину в обнимку с котелком.

— Замечательно…

Откинул котелок в сторону. Так и есть — на темно-синей ткани осталось черное, жирное на ощупь, пятно.

Моя любимая рубашка!!

— Имей виду, отстирывать вот это будешь сама! — проворчал я, садясь.

Алекс, похоже, меня не слышала. Она смотрела на свою руку, сжимающую кофту на груди. А через пару секунд медленно подняла голову, с ошарашенным видом посмотрела на меня помутневшим взглядом.