Чтение онлайн

— Котик видимо изрядно пошалил. Плохая киса!

— Мяу, — смотрю на нее умильными глазами, склонив голову. Принимая и тон, и словесную игру.

— Сила, какой взгляд! Все, котик прощен!

Не прекращая разговаривать, она ловко рассортировала товар по принадлежности.

— Так-так. За все тысяча сто, — как бы извиняясь, она пожала плечами. — Тут не очень много толковых вещей.

— Продано! Кстати. О, великая повелительница прилавка! О, сиятельная начальница всего вот этого вот! — обвожу рукой пыльную обстановку. — Не снизойдет ли прекраснейшая к бедному сироте и не проведет ли с ним один вечер?

— Кхм, какой быстрый

— Сначала поесть в приличной обстановке и познакомиться. А потом как пойдет, — развел руками. — Может и не один разик. А может и «останемся просто друзьями».

Тут я сморщился, как будто откусил лимон.

— Я для вас старовата. И у благородного не может быть друзей среди простецов.

— Мои сверстницы — скучные малолетки с пустой головой. Мне больше нравятся женщины вашего типа. Возраст не так важен, как вам, Оксана, кажется. А друзей я себе выбираю сам.

— Значит вечер, еда…

— Все что угодно.

— В среду в «Деммени» будет Король и Шут. Достанете билеты, я пойду с вами.

— Театр? Ммм… Нет, я не имею ничего против, буду счастлив сопроводить вас.

— Давай на ты, идет? Не против?

— Только за! А почему театр? Не придираюсь, правда интересно!

— Эх. Мне самой туда никак не попасть. Билеты продают только благородным, ты в курсе? Я иногда смотрю пиратские съемки из зала в локе. Там играют крутые ребята. Ставят интересные вещи. В кафе я и сама, знаешь ли, могу сходить. И что, если я живу в Качалке, то не могу интересоваться театром?

— Я живу на первой линии и не интересуюсь. Дело не в том где мы живем, а в том, кто мы такие. Сам не понял, что ляпнул сейчас. Нужен твой номер комма, если ты не против. Чтобы утрясти детали.

Она с улыбкой протянула мне визитку. «Оксана Дмитриева. Юрист» и код комма.

Внутренняя дверь открылась. На пороге стоял Барыга, и глаза его метали молнии.

— Олег, можно тебя пригласить внутрь?

Глава 18

Распродажа и закупки

Барыга сверлил меня тяжелым взглядом. В моих же глазах можно было разглядеть полное безразличие. Я не очень понимал чем вызвал его неудовольствие, но в целом мне было наплевать. Никакой вины за собой я не чувствовал. Наконец, не прекращая смотреть мне куда-то в район переносицы, Барыга заговорил:

— Оксана раньше имела отношения только с ребятами из нашего района. Я никогда не вмешиваюсь в ее жизнь. Но ты — другое дело. Вы, ограненные, обычно относитесь к нам, простецам, как к мусору. Максимум как к игрушкам. Ты поиграешься и бросишь ее, а девка бог весть что себе навоображает. Тебе что платных шлюх недостаточно?

Тут есть два варианта. Резко его обломать. Или все же объясниться. Поскольку я собираюсь вести с ним дела придется объясниться, обломав вежливо. Или как говорят в этих местах «с уважением».

— Уважаемый… Кстати, как твое человеческое имя? Мне не очень нравится называть человека, с которым состоится личный разговор, собачьей кличкой.

— Фрол.

— Фрол. Оксана твоя дочь?

— Мххх, — он вздохнул, как носорог на водопое. — Я подобрал ее на улице, сам не знаю зачем. Доходила она, совсем плоха была, ну я оплатил целителя. Ей было лет пять или семь… Ну вот и прижилась. Но я ее не удочерял, если ты об этом.

— Короче, ты приемный отец. Твое беспокойство

— Он меня не подводит обычно.

Что характерно, что такое «классовый инстинкт» не спросил. А разговоров-то было: «Слам… чиксы… гусь…». Хехе. Не прост мужик.

— Но подонком не считаю, — продолжил он. — Я считаю тебя тем, кто ты есть. Благородным мелким пацаном с ветром в голове. Ты не хочешь ничего плохого. Просто развлечься. Но по моему опыту такие вот «развлечения» плохо заканчиваются для простецов.

— Я тебя понял. А теперь попытайся услышать меня. У меня нет намерения «просто развлечься». Оксана мне понравилась как человек. Я не знаю насколько далеко зайдут наши отношения. Может вообще никуда не зайдут. Но, если они хоть куда-то пойдут, это будут отношения. Равноправные. Не хмурься, я отвечаю за свои слова, хоть я и сопляк с ветром голове. И еще. Я признаю твое право беспокоиться за Оксану. Но не терплю, когда мне указывают что делать и что не делать. Не надо так. Я бы хотел сохранить с тобой деловые отношения.

— Речь, конечно не мальчика но мужа. Ты пойми, — он сжал кулаки. — Это не угроза. Но если ты все же сделаешь Оксане больно. Я найду способ сделать больно тебе, будь ты хоть сто раз ограненный-благородный.

Вообще-то это именно угроза, причем серьезная. Меня ничего не защищает от пули из подворотни. Ну пока. Ладно. Спишем на отцовские чувства. Я ведь и правда выгляжу как пацан.

— Я рад, что мы с тобой другу друга поняли, Фрол. Перейдем к нашим делам?

— Дела у прокурора. У нас делишки.

Ну вот слегка расслабился. Вернулся к своему сленгу.

Я протянул ему карты второго отряда наемников. Всяких кредиток, кстати, набралось аж 8 штук. Дальше я высыпал на верстак их коммы.

— Интересно, ты что охотник за головами? Или серийный убийца? С такой грязью я не связываюсь, учти, — сказал Фрол-Барыга.

— Ни то, ни другое. Ты же в курсе как погиб мой отец?

— Все в курсе. Уважаемый человек был. Даже среди нашей братии. Ну, по большей части. Соболезную.

— Спасибо. Первая часть товара, от людей которые его убили. Но враг не успокоился и прислал вторую порцию наемников. Ребята попытались захватить меня с братом, но обломались. Вчера мы с ними по новой побеседовали, и они решили выплатить мне компенсацию. Вот и все. Не думаю, что подобные ситуации будут повторяться часто. Тем более, что теперь я знаю кто заказчик.

— А, так это те жмурики с первой линии. Кипиш у полицаев знатный стоит. Там говорят вовсю грани использовали. Кровь-кишки, мертвые зомби по всей хате, — он критически осмотрел меня с ног до головы. — Мутный ты, Олег. Но вроде неплохой парень. Это, — он указал на карты и коммы, — возьму. За коммы двести, за все. Крутые и дорогие модели. Можешь кстати свой заменить. Карты сейчас гляну.

Процедура с банкоматом повторилась. На последнем чеке он присвистнул.

— Так. Вот тут, — он передал мне семь чеков, — миллион сто двадцать тысяч в общей сложности. Десять процентов, передам по старой схеме. А вот здесь, — он протянул восьмой, — двадцать пять миллионов с мелочью. С таких сумм твои пятнадцать процентов. Но безналом такие переводы делать опасно. Привлечет ненужное внимание казначейства. Золотыми империалами возьмешь? Их можно обналичить в любой момент. И объяснить кладом из старых развалин, или бабкиным наследством. Возьмешь?