Чужое дело
Шрифт:
— Разве установлено, что это сделал Воронин? — спросил Андрей. — Основной подозреваемой по-прежнему считается его супруга, а возможно, уже и вдова. Если не слова слушать и не в психологии копаться, а в уликах, свидетелях, возможностях и мотивах, лучшего кандидата, чем Людмила Константиновна, не найти. Просто ей удалось далеко запрятать тело мужа.
— Ты забыл самого ценного свидетеля — меня, — встряла Верочка. — И я утверждаю, что это тело вместе с головой угощало меня выпивкой в Египте. Так что никто никого не убивал. Кто-то просто прикарманил денежки и подставил жену. Очень удобно: надоела подруга
— То есть Воронин — плохой, а его жена — мученица. Это что, женская солидарность? — хмыкнул Андрей.
— Почему же, возможно, главная злодейка моя однокурсница Настя, — не исключала Верочка такой вариант, — а Воронин всего лишь, как конь, пошел на поводу у любимой женщины и матери своего будущего ребенка.
— Версии, предположения, а факты где?
Верочка не успела объяснить Андрею, где именно она хранит факты, потому что зазвонил телефон.
— Неужели наша пицца безнадежно застряла в пробке? — предположила худшее голодная хозяйка и трубку сняла с некоторой опаской.
— Привет! — услышала она такой родной и такой теплый голос.
— Привет! — ответила Верочка несколько растерянно.
— Я не вовремя? — спросил Егор.
— Ты всегда вовремя, — заверила она.
— Ты голодная?
— А как ты догадался?
— Ну, я немного с тобой знаком. Как насчет японской еды на дом?
— Чей дом? — осторожно поинтересовалась она.
— Твой, конечно. Я соскучился по «мечте наркомана».
— И что? — все еще не понимала она.
— Давай я закажу еду и приеду к тебе ее есть на том самом красном диване?
— Давай! — Она старалась не слишком обрадоваться.
— Через двадцать минут буду у тебя...
— Похоже, вам, ребята, предстоит романтический ужин вдвоем! — сообщила Верочка своим гостям.
— Почему это? — не поняла Лиза.
— Потому что мне предстоит именно это. Не будем упускать редкую возможность сделать синхрон!
Ну вот, надежды оправдываются. Недели не прошло, а она уже ест вовсе не лапшу из пакетика. Верочка неплохо управлялась с палочками. В ее пальчиках они держали суши надежнее, чем пинцет занозу. Хотя она нечасто баловала себя японской кухней. Видимо, у нее это умение врожденное. В прошлой жизни она могла быть гейшей. Или в этой ей на роду написано разбогатеть и регулярно есть что-нибудь экзотическое.
— Ну как? — поинтересовался Егор.
— Свежая рыба и соевый соус — именно то, чего не хватало мне для полного счастья, — удовлетворенно ответила Верочка.
Егор, конечно, сказал при последней встрече, что позвонит. Но она не надеялась, что это будет так скоро. Неужели между ними возможны отношения? Не вспышки ностальгии и страсти при случайных пересечениях, а нечто длительное, обнадеживающее? Она старалась не задавать вопросы ни себе, ни ему. А просто обрадовалась, что он опять пришел к ней.
— Мне, если честно, у японцев больше нравится то, что похоже на привычную пищу, — признался он. — Лапша с морепродуктами — та же паста, креветки в кляре — почти наша рыба в тесте.
— Почему бы тебе тогда просто не есть щи? Хочешь, сварю?
Не то чтобы она любила готовить,
но для него она готова купить кулинарную книгу.— Не трудись, меня вполне устраивают наши блюда, но у японцев. У них они менее калорийные и совсем нежирные.
— А помнишь, Егор, как мы мечтали вдвоем объехать весь мир и попробовать все деликатесы на свете? — улыбнулась она.
Он помнил:
— Причем тогда моим любимым блюдом был пломбир с твоей ложечки в кафе-мороженом.
Как давно это было. И как просто. Тогда ему не приходилось решать вопросы с правительственной связью и увиливать от ужинов с коневодами. А ей ремонтировать ванные и погашать кредиты.
— Я читал твою газету, — сменил тему Егор. — Ты много пишешь про дело Воронина. Личная заинтересованность? Аля рассказала мне о твоих египетских приключениях.
Ура, его интересует ее работа и ее жизнь!
— А ты знал Воронина? — спросила Верочка, глотнув зеленого вина.
— Иногда мы встречались. Презентации, благотворительные обеды, круглые столы «Власть и бизнес» и все такое.
— Как ты считаешь, этот человек способен прикарманить денежки своих вкладчиков и инсценировать собственную смерть?
— Иногда трудно понять, на что способен ты сам, что уж говорить о других...
Например, сегодня утром Егор честно готовился к нудному вечеру в ресторане, а не к приятной болтовне с зеленоглазой красавицей на красном диване.
— Но я рад, что моя компания не имела дел с «Крез-банком», — продолжил он. — Хотя Толик мне предлагал особые условия, причем буквально месяц назад. Мы навели справки и...
— И поняли, что кто-то хочет обанкротить Воронина, — за него закончила Верочка.
— С чего ты взяла? Напротив, положение банка было весьма стабильным. Мои аналитики давали отличные рекомендации. Ничто не предвещало такого поворота.
— Почему же ты отказался от предложения Воронина?
— Я не слишком люблю эксперименты. Меня устраивает тот банк, с которым еще мой отец работал.
Странно, подумала Верочка. Странно, что в финансовых кругах не было слухов от «МитинГа». Зачем тогда вообще кто-то обращался к рейдерам? Вариантов два. Хотели заключить сделку с пиратами и начать захват. Или целью было просто поднять шум. Но кажется, не было сделано ни того ни другого. Да, в этих экономических проблемах черт голову сломит. Лиза права: личные, а не финансовые дела куда интереснее. Особенно твои личные...
— Егор, спасибо за ужин. — Верочка отложила палочки, отодвинула сервировочный столик от дивана и посмотрела на своего гостя призывно. — Перейдем к десерту?
— К шоколадным роллам с фруктами?
— Нет. — Она села поближе к Егору и коснулась губами его щеки, подбородка, шеи. — Мне хочется чего-то более терпкого. Острого. Сладкого. Горячего...
Андрей внял совету соседки и устроил Лизе почти романтический ужин, позаимствовав из ванной Верочки свечи, ведь надобность в светомаскировке там отпала. Пиво он налил в высокие стаканы, и на вид получилось шампанское. По радио передавали иностранные песни о любви. Пиццу доставили горячей. Короче, вполне можно было представить, что они не в кухне типовой квартиры, а в милом местечке, где можно расслабиться, забыть о проблемах, поддаться эмоциям.