Чужие маски
Шрифт:
«Обнаружение разума». Двенадцать целей в семи метрах от нас за углом. Навожу «Гвоздь» на противника и стреляю сквозь стены. Благо пули легко их прошивали. Две короткие, длинная, короткая. В этот момент нерастерявшийся Святов – а будь иначе, я бы удивился – кинул за угол гранату, я же перекатом ушел к ближайшему столбу, который должен был выдержать ответный огонь. Впрочем, стреляли наши противники недолго и в то место, где меня уже не было. Взрыв. Я добавил еще, целясь в предположительно упавших бойцов. Практически одновременно заговорили пулеметы в другом конце особняка и со стороны гаража, а один из бойцов, кажется, Девятый, шмальнул из подствольника, высунувшись за угол. Придурок. Наступательная граната
Рядом со мной крутился Седьмой и пара его ребят, в то время как Святов делал контрольные выстрелы той группе бойцов, что мы сейчас скосили. Выйдя из комнаты и пройдя за угол, оглядел тот мясокомбинат, в который мы превратили коридор.
«Обнаружение разума».
– Сергеич, – окликнул я мужчину. – В нашу сторону еще десяток целей отступает.
– Да, я слышу. – Звуки довольно активной перестрелки приближались к нам со стороны гостиной. – Пора бы уже Антипову в дело вступить.
– Ему со стороны видней, – пожал я плечами. – Вы двое, – подозвал я еще двух парней взмахом руки, – со мной. А ты, Сергеич, засядь вон в той комнате, они как раз на тебя выйдут. А мы им во фланг ударим. О, а вот и Антипов.
Звук стрельбы КВР-11 «Вулкан», которым были оснащены тяжелые пехотинцы, спутать с чем-то еще довольно сложно. Звук одиночного выстрела из этой винтовки очень напоминает раскат грома в миниатюре, а уж когда она очередью бьет… Впрочем, вулканом ее прозвали, как мне кажется, за тридцатисантиметровый столп огня из дула. Один у нее минус – вес и отдача, не позволяющая пользоваться ей иначе, чем с МПД. Зато, увидев ребят Антипова на полигоне, понял, почему в этом мире техника не в загоне, несмотря даже на бахироюзеров. Будь Мастеров и Виртуозов побольше, да хотя бы Учителей побольше, а так…
После вступления в игру тяжелых МПД бой стал затухать. Мы еще успели со Святовым уложить тринадцать болванчиков, но они даже не сопротивлялись толком, больше убежать пытались. Кто убил Ветерана, который пошел в атаку на особняк, мы так и не поняли. Как только он обнаружил себя перед нашим засадным отрядом, на нем скрестились выстрелы аж из семи «Вулканов», итог был… непригляден. Второй Ветеран ушел. Он был рядом с Ямаситой, и, когда тот отдал концы, Ветеран проявил прямо-таки чудеса смекалки, дав деру так, что его не смог остановить даже отряд Куроды. Вот и думай теперь, накосячил Папа-Кролик или нет? С одной стороны, да – приказ-то он не выполнил, с другой – мне этот убежавший тип, после смерти последнего мужчины из семьи Ямасита, как бы и не нужен. Так что ладно, поприкалываюсь над бедолагой, и бог с ним.
Полиция, как и ожидалось, запаздывает. Старик Ёсиока, который отказался покинуть особняк на время боя, принес мне поднос с чаем. Я в тот момент сидел на побитой лавочке во дворе и думал, что делать с девятью пленными, лежащими передо мной в ряд. Можно сдать их полицаям, но тогда максимум, что они получат, это восемнадцать лет строгого режима. А у меня, между прочим, двое убитых, трое тяжелораненых, один из которых на грани, и четверо легких. Будь я аристократом, я бы их рабами сделал, как случилось с мужем тети Наташи когда-то, и проследил, чтоб жизнь им медом не казалась. Впрочем, есть еще один вариант.
– Сакурай-сан, – заговорил главный слуга в моем доме, – можно ли мне позвонить семье, чтобы они возвращались? Предстоит очень много работы, и хотелось бы начать ее пораньше.
М-да, особнячок покрошили знатно.
– Да, теперь можешь, – ответил я, задумавшись. – Курода, – связался я с ним через шлем, – бегом ко мне. Ёсиока-сан,
хочу спросить у вас одну вещь.– Слушаю, Сакурай-сан.
– Хочу попросить вашу жену на некоторое время перебраться ко мне на базу. – И увидев, как приподнялись брови старика, пояснил: – В качестве повара. У нас с этим напряженка пока, а ведь ребята, вернувшись на базу, даже поесть нормально не смогут, что после такого дела, – кивнул я в сторону особняка, – не очень хорошо. Плохо, прямо скажем.
– Не вижу проблем, – задумался в свою очередь Минору. – Это ведь ненадолго, как я понял?
– Где-то на месяц. Плюс-минус пара недель.
– В таком случае я поговорю с женой.
– Спасибо, Ёсиока-сан. Само собой, ей будет причитаться премия. – Все-таки они больше слуги особняка, чем мои. Скорей бы уж начали прибывать люди от Беркутова.
Поклонившись, бодрый старикан направился обратно в дом, пройдя мимо покосившегося на него Куроды.
– Слушаю, шеф, – произнес Папа-Кролик осторожно. Видимо, чувствовал за собой вину за сбежавшего Ветерана. Хотя поймать его, как ни крути, шансов у него было мало.
– Видишь эти тушки? – задал я риторический вопрос. Вытянувшиеся на земле тела с руками на затылке не заметить было трудно. Как, собственно, и двух бойцов Антипова, караулящих пленных. – Отдавать их полиции я не хочу, но и убивать этих телоидов, пожалуй, поздно. Поэтому берешь людей, хотя можешь и сам, и калечишь их. Связки, коленные чашки, локти… мне плевать, что ты с ними сделаешь, но полиция должна получить живых, покалеченных до конца жизни пленных. Только палку не перегибай, они должны жить и помнить.
– Сделаю, шеф, – произнес кисло Курода.
– Ты уж постарайся. А то я точно тебя из Папы-Кролика в Косяка переименую.
– Шеф… – скривился он обиженно, – ну не успевали мы его взять. Никто бы не успел.
– Только поэтому ты еще не Косяк. Ладно, действуй. И побыстрей, сейчас уже скорая должна подъехать, а вместе с ней наверняка и полиция.
– Пощадите!
– Я лишь выполнял приказ!
– Мы и так получим сполна!
Стоило мне только обозначить конец разговора, как пленники, молча слушавшие, начали голосить.
– МОЛЧАТЬ! – долбанул я их своей «яки». – У вас есть только два пути. Первый – стать калеками, второй – умереть. И тот, кто выберет ПЕРВЫЙ, – выделил я слово, – вариант, пусть не забывает, что, начав жаловаться полиции, он познакомится и со ВТОРЫМ.
И допив одним глотком чай, направился в дом.
Разбирательство в полиции заняло остаток ночи, что, учитывая количество трупов, не так уж и много по времени. В итоге мне даже штраф не выписали. Теоретически они могли докопаться до двух безоружных трупов, но не стали. Доказать, что именно я их убил, было все же непросто, а даже если бы и смогли… все-таки именно они были нанимателями людей, которые напали на мой дом, и, думаю, в полиции пробили это достаточно быстро.
Первая новость, которую я узнал, выйдя из участка, была паршивой. Один из тяжелораненых все-таки умер. Трое погибших, при многократном перевесе в силе, это жестко. Я, конечно, говорил им, что придется воевать и умирать, но, черт побери, не так же скоро. А Святов, чей отряд и понес потери, потом меня еще и подбадривал. Мол, все не так уж и плохо, их было много, могло быть и хуже… бла-бла-бла… Такое впечатление, что он не меня, а себя успокаивал.
А еще теперь все, кому интересно, могут узнать, что у меня есть несколько бойцов с МПД. Сколько точно, пленные знать не могут, потому что пойманы были в доме, но даже если кто-нибудь из них умудрился сосчитать их по звуку, не беда – ранг-то их все равно никто не знает. Если только кто-то из моих не выдал. А местные бандюганы почему-то благоговеют лишь перед рангами. Хотя в любом случае надо форсировать разборки со Змеем.