Чтение онлайн

Зверь сделал ещё несколько шагов и подобрался для завершающего рывка. Жертва никуда не убежит, жертва уже мертва, только ещё не знает этого, — читалось в глазах зверя. И он прыгнул.

Артем увидел, как напряглись мышцы твари. Он увидел, как тело зверя распрямляется подобно стальной пружине. Он увидел страшные когти, направленные ему точно в грудь. Он увидел грациозный прыжок. Рывок смерти. Свою погибель. Его сердце готово было остановиться от страха.

Но все было совсем не правильно, слишком медленно. Тварь двигалась как в замедленной съемке. Как муха, увязшая в сосновой смоле. Зверь, нарушая все законы физики, застыл в полете.

И это было ещё не все. Мир вокруг поплыл, утратил привычные краски. Вместо этого пространство наполнили потоки легкого голубоватого тумана. Подгоняемые незримым

ветром, они танцевали в воздухе. Плотные нити желтых цветов казалось заменили собой землю. То тут, то там вспыхивали островки красного сияния, будто вспышки пламени. Деревья светились нежной зеленью. И все это было пронизано темно-синими грациозными лентами. Все это буйство красок искрилось, переливалось и танцевало известный только им танец. Это было странно, но это было очень красиво.

В эти мгновения страх покинул Артема, он обрел покой. Но ему суждено было удивиться вновь. Маленькое чудо, на которое он даже не смел всерьез надеяться, свершилось! За миг до столкновения со смертью, тело Артема окутало призрачной золотистой дымкой. Эта невесомая паутина ярко вспыхнула когда когти твари соприкоснулись с ней. И зверю это не понравилось. С диким ревом он отлетел в сторону.

Время опять понеслось с нормальной скоростью, мир обрел прежние краски, а Артем с непониманием уставился на отброшенного зверя. Он не мог объяснить, что произошло в те секунды, но он был безмерно рад этому маленькому чуду. К нему вернулась способность мыслить, а дикий ужас, сковавший его тело, немного отступил. Артем вновь обрел способность двигаться.

Тварь прыгнула вновь, но невесомая золотистая паутинка никуда не делась. Эта призрачная непонятная защита опять справилась, откинув зверя на шаг назад.

Но тварь не хотела сдаваться, она снова и снова пыталась пробить непонятную преграду. С каждой атакой Артем в испуге отступал на шаг назад. В какой-то миг, практически неосознанно, парень схватился за дряблую палку, что валялась возле тропы и начал ею отмахиваться. Эффект от этого примитивного оружия превзошел все, даже самые смелые, ожидания. Вместо того, чтобы развалиться от первого же удара, палица налилась уже знакомым золотистым светом. Первый удар нанес твари колоссальный ущерб — из разбитой морды хлынула темная, практически черная, кровь.

Зверь был ошарашен, никогда ещё добыча не приносила столько боли как сейчас.

Окрыленный успехом Артем пошел в контрнаступление. Удары палкой посыпались непрерывным потоком. Каждый удар не проходил зря, тварь рычала от боли. В глазах ужасного хищника Артем увидел растерянность и страх. Или это опять воображение сыграло с ним злую шутку?

Опять проснулись древние забытые рефлексы. Артем понимал, что нельзя оставлять подранка за спиной. Такой враг ему не нужен. Последним и решительным ударом он вогнал палку в голову зверя, как копье. Смертельный удар сопровождался яркой вспышкой золотистого сияния. Дряхлая гнилая палка глубоко вошла в череп зверя, пробив несокрушимую кость. Это было невероятно. Для этого не было логичных объяснений. Но это было. Если бы в мире существовала магия, то Артем сказал бы что это она и есть. Но ведь магии не существует? Не так ли?

Киларос — столица империи Тэнэрис. Этот древнейший город поражает своим величием и немного мрачноватой красотой. Здесь, в Серых горах, много тысяч лет назад зародилась империя тьмы и Киларос поистине был её сердцем. Восемь, по числу великих родов, огромных башен и соединявшие их широкие крепкие стены окольцовывали город, делая его неприступным. Ещё никогда штурм столицы не приносил успеха врагам. Каждая башня была уникальна и прекрасна по — своему, но все они были гармоническим продолжением скал, на которых стояли. Увидев их впервые, каждый задавался вопросом, построили ли их люди, или они так и стояли тут вечно, рожденные самой природой. Каждый род, отвечавший за отдельную башню, стремился сделать её крепче и прекраснее остальных, но все они блекли перед главным Императорским дворцом, размещенным в центре города. Это была крепость внутри крепости, шедевр среди шедевров. Здесь по праву жил император и все его приближенные [6] .

В одной из комнат этого дворца сегодня было неспокойно. Прекрасная ваза великолепной работы старинных мастеров, брошенная рукой разъяренного императора, с тихим обиженным гулом пронеслась через всё помещение и, ударившись о стену, разлетелась на сотни мельчайших осколков, создав непривычный этой изысканной комнате антураж.

Из уст Аттиана прозвучало сдавленное рычание, несвойственное вечно холодному и властному императору. С портретов на стенах за необычным поведением своего приемника строго наблюдали давно почившие во Тьме великие правители рухнувшей империи. Их, как показалось в тот момент Аттиану, укоризненный взор обвинял правителя в неприличествующем его положении поведению. Это помогло взять себя в руки.

Сделав глубокий вдох, император напряженно опустился в свое кресло и опять задумался. Все пошло не так как планировалось. Вырванный из оков закрытого мира человек, который должен был стать носителем истинной Тьмы в мире Солара и возродить величие империи, по неведомым причинам вышел из под контроля заклинания. Его выбросило на тысячи лиг севернее того места, где проводился ритуал. Фактически он оказался за Килинским морем, на территориях уже даже формально не принадлежавших империи. Конечно, координаты приблизительные, но поиск по метке более точного результата не дал, что странно. И это ещё больше раздражало Аттиана. Неужели учитель принес себя в жертву зря? Нет! Этого нельзя допустить. Нужно любой ценой отыскать этого человека и завершить ритуал.

Размышления Аттиана прервал деликатный стук в дверь.

— Войдите, — негромко сказал он.

В комнату вошел Таис Кан'Эфлор, сын Рошана, занявший место главы рода после смерти своего отца. Давний хороший друг императора, а теперь ещё и официальный советник — новый Говорящий с Тьмой.

Он с легким недоумением уставился на осколки вазы и перевел вопросительный взгляд на Аттиана.

— Не спрашивай, — отмахнулся тот, состроив кислое лицо.

Таис пожал плечами, выражая свое безразличие к судьбе вазы.

— Все уже собрались, — сообщил он. — Пора начинать совет.

В малом зале совета было людно. Здесь собрались все главы восьми великих родов и их приближенные. Когда вошел император, все поднялись со своих мест, согласно традициям и этикету. Верные императору роды Кан'Эфлор, Кан'Пэур и Кан'Навер сделали это легко и быстро, как то подобает, а остальные же в большей или меньшей мере радикально настроенные по отношению к нынешнему правителю позволили себе сделать небольшую паузу перед тем как встать. Паузу, явно недостаточную, чтобы её расценили как неуважение к правителю, но вполне заметную, чтобы выказать этим своё отношение к нему. Многие негласно обвиняли именно Аттиана в падении империи, так было проще и можно было закрыть глаза на собственные ошибки.

Последним со своего кресла поднялся Шаар Кан'Сэнас. Он был намного старше Аттиана и ещё во времена Десятилетия четырёх императоров боролся за право занимать трон. Его ненависть к императорскому роду Кан'Дэлур была известна всем.

Шаар давно потерял военную выправку и обзавелся немалым животом, что очень не характерно для обычаев империи. Ведь каждый представитель великих родов, каждый избранный Тьмой, будь то мужчина или женщина, обязан был всю свою долгую жизнь посвятить совершенствованию боевых искусств. Впрочем самого Шаара его полнота волновала мало — его магическая сила и опыт применения боевых арканов позволяли ему уделять гораздо меньше времени изучению танца теней [7] .