Чтение онлайн

— Мне все нравится, — отозвался Карлтон. Затем повернулся, указывая на место, где в земле была вырыта большая глубокая яма, и вопросительно поднял брови.

— Это бассейн, — объяснила Мара. — Как вы видите, он все еще строится.

Она ответила легко, желая дать им понять, что не пройдет и нескольких недель, как в бассейне заискрится холодная голубая вода. Женщина надеялась, что приезжие не заметят растений, которые уже начали пробиваться сквозь трещины в глине.

Мара поспешно заговорила о еде — эта тема всегда интересовала посетителей.

— Наш повар готовит как здесь, так и в палатках во время сафари. Он специализируется на традиционной английской кухне.

Она

улыбнулась Карлтону — судя по его виду, он любил поесть. Женщина окинула взглядом его полную фигуру, задержавшись на неглаженой рубашке. Три верхние пуговицы были расстегнуты, открывая темные волосы на груди. Мара надеялась, что Карлтон переоденется до того, как его увидит Менелик. Африканца обучила манерам его предыдущая хозяйка — английская баронесса, и он будет совсем не впечатлен.

— Я свяжусь со своим мужем, чтобы убедиться, что он вернется, как только сможет. Возможно, он уже на пути домой. Если нет, дорога обратно займет у него пару дней.

Мара старалась говорить спокойно и уверенно, но мысли ее метались в беспорядке. Кладовая была практически пуста. Керосина и солярки оставалось на дне. Обращаться за кредитом в магазины Кикуйю смысла не было — Джон уже давно исчерпал свой лимит.

— Почему бы нам не осмотреть дом, — внезапно предложил Карлтон. — Это очень важно.

Не дожидаясь, пока Мара проводит их, он направился к веранде.

Карлтон стоял посреди гостиной, внимательно разглядывая ее. Мара попыталась взглянуть на комнату его глазами — диванные подушки из сукна местного производства, мебель из темных пород африканских деревьев, на полу, рядом со шкурами зебр и леопардов, — выцветшие восточные коврики, обрамленная побегами вьющегося воскового дерева фотография в рамке.

— Это Элис, — кивнула Мара. — Жена человека, который построил приют, Билла Рейнора.

Она принялась было рассказывать Карлтону о том, что Элис и Билла связывали истинно партнерские отношения еще в те времена, когда женщин и близко не подпускали к сафари, и как Элис управлялась с хозяйством на дальних форпостах не хуже бывалого охотника-мужчины, и как трагически она погибла еще совсем молодой…

Но тут Мара заметила, что Карлтон уже давно ее не слушает. Кажется, окончательно утратив всякий интерес к фотографиям, он пробежал взглядом по обеденным столам и барной стойке. Затем, нисколько не смущаясь присутствием хозяйки, переключил внимание на кухонные шкафчики — начал исследовать их с пылом первооткрывателя. Мысленно Мара повторила одно из правил, которые поведал ей Джон сразу же по прибытии сюда три года назад:

— Обращайся с ними как с детьми. Пусть делают, что хотят.

(Он имел в виду приют. На сафари все было совсем по-другому.)

Послышался звон стекла. Таким звуком обычно сопровождаются тосты. На сей раз он сопровождал появление Кефы. Хаус-бой нес поднос с напитками. Мара предложила гостям присесть. Карлтон, как ей показалось, полностью отрешился от происходящего, поскольку после ее слов он не только не сел, а наоборот, встал у входа, оглядывая веранду. «Собирается уходить», — подумала Мара.

Доди оказался более сговорчивым и тут же плюхнулся на софу. Мара устроилась напротив в плетеном кресле, скрестив ноги в лодыжках, как полагалось по этикету, и слегка склонившись в одну сторону. Когда Кефа передавал Доди пиво, Мара успела отметить отсутствие конденсата на стенках бокала и вопросительно подняла бровь: почему пиво не из холодильника? Но Кефа, которому был адресован вопрос, уже ускользнул. Незыблемым правилом приюта было держать напитки в прохладе — почему его

проигнорировали на сей раз? Только тут она вспомнила, что на следующий день после того, как Джон отбыл в Дар-эс-Салам, она сама распорядилась отключить все холодильники для того, чтобы сэкономить керосин.

Но Доди то ли не заметил оплошности, то ли попросту не подал виду. Напротив, приложившись к бокалу, он изобразил умиротворение. Во всяком случае, Маре показалось, что она одна в этом доме пьет желтоватую жидкость комнатной температуры.

А Карлтон по-прежнему молчал. Пауза затянулась. Даже Доди начал проявлять признаки нетерпения: отставив бокал, он стал нарочито покашливать, будто готовился произнести речь.

Но вместо него подал голос Карлтон.

— Вот оно! Неподдельное! — Он потер руки. — Мы снимаем ваше жилище на пару недель, а может, и на более длительный срок. Все предыдущие заказы отмените. Поверьте мне, вы не прогадаете.

Карлтон еще раз оглядел помещение и ткнул пальцем куда-то вдаль позади веранды. Мара невольно проводила взглядом указующий перст: сверкая на солнце, там виднелась озерная гладь. На дальнем берегу к водопою подошла семья жирафов. В стороне от них паслись зебры.

— Животные есть, — добавил он, обращаясь к Доди. Лицо его вспыхнуло лихорадочным румянцем. — Здесь мы снимем всех животных.

Мара удивленно вскинула голову.

— Прошу прощения, — сурово вмешалась она, — но «снимать животных» вблизи приюта строго воспрещено.

Она махнула рукой в сторону горизонта, где за равнинами вздымалась багряная горная гряда.

— Сразу за холмами находится ближайший лагерь. Мой муж доставит вас туда, как только вернется. Он покажет вам, где водится крупный зверь, «большая пятерка» [3] . А кроме того, крокодилы, импалы [4] …

— Мы приехали вовсе не для того, чтобы охотиться, — возразил Карлтон.

Мара с недоумением уставилась на него:

— Зачем тогда?

— Мы снимаем фильм.

Женщина скользнула взглядом по лицу Доди, пытаясь понять, шутит Карлтон или просто сошел с ума. Рассмеявшись, она покачала головой. Джон не раз пересказывал ей истории Рейнора о том, как голливудские студии снимали фильмы в Африке: они нагружались тремястами палатками, их сопровождали грузовики, передвижные полевые лазареты и кинотеатры. Лет десять назад Рейнор купил комплект практически новых палаток «Лоу энд Бонар» у поставщика снаряжения, работавшего на съемках «Могамбо» [5] . В приключенческом фильме о сафари снимались, кроме Кларка Гейбла, Эва Гарднер и Грейс Келли. Джон с удовольствием рассказывал своим клиентам, что в их палатках когда-то ночевали звезды мирового кинематографа.