Чума заклинаний
Шрифт:
Часовые поднялись назад в небо. Мужчина легко приземлился на ноги, двигаясь с грациозностью и экономностью действий, которые у Ануши обычно не ассоциировались с мечниками.
Он окинул взглядом место, откуда Ануша выкрикнула своё предупреждение, не смог увидеть её, потом подобрал кво-тоа, которого выхватил из седла. Тот уже обмяк из-за раны, нанесённой его собратом. Мужчина сказал: «В мире нет места аберрациям». Он рассёк неподвижное тело мечом на две части. Ануша охнула.
Голова мужчины взметнулась. Его глаза пылали. Неужели он увидел девушку?
Очевидно, нет. Он продолжил осматривать
– Я должен найти Гефсимета. Я должен...
Его лицо исказилось, как будто мечник пытался вспомнить нечто жизненно важное.
Затем он напрягся и отбросил своё оружие прочь, словно меч обжёг ему руку. Меч вонзился остриём в землю.
Оружие продолжало пылать, но татуировка полуэльфа немедленно потемнела. Его лицу вернулось человеческое выражение, и он вытер лоб тыльной стороной ладони.
Тревожный крик раздался слева от Ануши, где был расположен город.
– Ангул, - сказал мужчина, очевидно обращаясь к мечу, - если хочешь уничтожить Гефсимета, ты должен поклясться Символом Лазури, которому служим мы оба, что больше никогда не станешь подчинять мой разум.
Меч продолжал пульсировать небесно-синим огнём.
– Он может говорить?
– воскликнула Ануша, не успев остановить себя.
Мужчина поднял взгляд. Его лицо было необычайно спокойным. Он сказал:
– Нет, невидимка. По крайней мере, только с тем, кто его держит. Кто ты?
– Ануша, - ответила девушка.
– Я, эм, я тоже хочу уничтожить Гефсимета. Я с друзьями. Нас разделили, но я пытаюсь их найти.
Мужчина наклонил голову, покосившись на кружившихся в небе часовых. Похоже, сейчас они соблюдали расстояние. Увидев полуэльфа в действии, Ануша не могла их винить.
– Ты поможешь нам?
– спросила она.
– На моих друзей напали, и мы разделились. Я не знаю, что случилось потом. Но знаю, что им нужна помощь!
– Кто твои друзья? Такие же незримые духи?
– Нет! И я не дух. Я просто, эм, присутствую здесь не полностью — поэтому меня сложно заметить. Мои друзья — Яфет, он выучил заклинания и проклятия у какого-то существа, заточённого в Фейвайльде, и Серена — она говорит, что волшебница, и тоже читает заклинания. И капитан Фостер. Он пират. На самом деле, Серена и капитан мне не друзья, только Яфет.
Мужчина потёр подбородок, потом спросил:
– Сколько тебе лет, Ануша?
У неё покраснели щёки. Девушка была рада, что мужчина её не видит. Она была вынуждена признать, что лопочет, как ребёнок. Девушка ответила:
– А как тебя зовут, человек, который упал с неба?
Он неожиданно и резко поклонился.
– Рейдон Кейн, ученик храма Сянь.
– Ты монах?
Мужчина кивнул и добавил:
– А также хранитель Символа Лазури и невольный носитель Ангула, чьё чувство морали следует подвергнуть сомнению, несмотря на рвение меча убивать зло. Я многое пережил и проделал долгий путь, чтобы попасть сюда и уничтожить Гефсимета с его артефактом.
– О! Что ж, тогда ты поможешь мне?
– Я не чувствую в тебе скверны, и пока ты не докажешь, что недостойна доверия, я буду тебе доверять. Я уже знаю, что этому клинку доверять нельзя.
С этими словами полуэльф схватил меч. Его лицо посуровело. Его
рука задрожала. Но самообладание вернулось его чертам. Он сказал:– У нас нет времени на более подробные инструкции, Ануша. Пожалуйста, покажи мне путь. Я могу следовать твоим устным указаниям.
Ануша подобрала с земли камень и объяснила:
– Просто иди за ним.
Она устремилась к городу. Тревога и страх немного отпустили девушку. Теперь, когда ей задышалось легче, девушка задумалась — а если бы не появление полуэльфа, смогла бы она найти в себе достаточно храбрости?
Ануша отбросила эти мысли — не было смысла гадать. С появлением Рейдона Кейна она позволила себе надеяться, что увидит Яфета снова.
Ануша провела Рейдона в Тауниссик. Даже ночью неправильные, похожие на коралл строения и чистые пруды сияли бледным, водорослевым светом. Кво-тоа, раньше нежившиеся в прудах, отсутствовали, но зловещие фигуры виднелись за каждым окном в городе. Тусклый свет в помещениях позади бросал тень на их пустые лица. Часовые продолжали кружить в небесах и держали Рейдона в центре круга.
– По крайней мере, они сохраняют расстояние, - сказала Ануша, пытаясь разрядить обстановку чем-то более полезным, чем крики или нытьё.
– Они позволят нам войти, потом закроют выход — чего ещё, кроме такой трусливой тактики, можно ожидать от затронутых скверной созданий?
– голос полуэльфа звенел праведным гневом. Меч опять взял власть над его разумом?
Она подбежала к крупному зданию. Рейдон легко держался с ней вровень.
Вырезанные на стенах извилистые глифы мерцали зелёным и слабым красным светом. Она нырнула внутрь, ученик храма Сянь — следом. Они прошли через парадный зал с низким потолком, где жидкость из фонтанов в форме рыб стекала в три бассейна. Из двух арочных коридоров Ануша выбрала правый и бросилась вниз по узкой лестнице. Барельефы с изображением голов кво-тоа торчали из стен через равные промежутки. Их глаза источали жёлтое сияние.
После первой развилки лестница вышла в прямой тоннель, который Ануша пролетела, не задерживаясь — в одной руке камень, которым она указывала путь Рейдону, в другой — сновидческий клинок.
Они вошли в палату, освещённую троицей больших, диаметром футов в десять, бюстов кво-тоа на высоких стенах. В помещении стояла гранитная плита — Ануша вспомнила, что та обрушилась и запечатала выход. Кто-то отодвинул её в сторону.
Воду из центрального бассейна спустили, и теперь там осталась укрытая слизью полость в полу. Внутри, как увядшие листья, лежали мёртвые бледные рыбы. Дыра в бассейне вела к спускающейся вниз винтовой лестнице, теперь открытой воздуху.
– Рейдон, здесь мы и разделились, - воскликнула девушка.
– Я не знаю, что случилось, когда меня утащило прочь, но в последний раз бассейн в полу был наполнен водой.
– Как долго...
– вопрос Рейдона затих, когда монах поднял глаза.
Ануша проследила за его взглядом. На одном из бюстов кво-тоа у них над головами сидел дракон, похожий на ленивого степного кота. Между его вытянутых лап лежали останки гуманоидов, но отсюда Ануша не могла разглядеть их получше. У неё скрутило живот, хотя сновидческое тело и было нематериальным.