Чтение онлайн

На Антона я боялась смотреть. А вдруг он сейчас падет перед нашей богиней на колени и станет умолять, чтобы она нас простила и не выдала брату? Это зрелище способно было разбить мне сердце.

Наверное, он ужасно напуган.

Римма Викторовна прошла туда-сюда по кабинету и остановилась прямо перед Антоном. Вылитая классная дама, заставшая ученика за разглядыванием неприличных картинок.

— Ты уже был однажды влюблен в жену своего брата, — проговорила она безжалостно. — Неужели это тебя ничему не научило?

Ну отомри же, радость моя.

Скажи ей, что это не ее дело.

Что

Что тогда ты был еще совсем мальчишкой.

Что я более осознанное решение.

Но Антон продолжал хранить молчание, и это убивало меня.

— Алеша никогда не должен об этом узнать, — заключила Римма Викторовна, — иначе это будет трагедия века. Все помнят, что у него слабое сердце? Как будто мало того, что его снова бросила жена!

Пфхх!

Как будто я была первой, кто ушла от Алеши.

Сама-то Римма Викторовна покинула его в первых рядах.

Рванула, сверкая пятками, к режиссеру Явлинскому.

— Кажется, мне пора, — пробормотала я уныло, — кажется, у меня молоко убегает.

— Останься, — мягко попросил Антон. — Полагаю, Римма Викторовна сказала все, что собиралась.

— Отнюдь, — та величественно опустилась на стул для посетителей и закинула ногу на ногу. — Все это… — она изящно покрутила рукой в воздухе, — был экспромт. Признаться, меня выбили из колеи ваши порочные шалости. Боже мой, это же почти инцест!

— Вот давайте без преувеличений, — огрызнулся Антон.

— Я преуменьшаю, — серьезно возразила она, — ах, чтобы вас, даже виски заломило! Просто прекратите это все немедленно, потому что в нашем городе почти невозможно скрыть интрижку.

— Кажется, я не спрашивал вашего совета.

— Очень зря.

— Между прочим, — тут я вспомнила, что тоже существо, способное к человеческой речи, — я подала на развод еще позавчера.

— И кому от этого легче? — Римма Викторовна отмахнулась от меня, как от комара. — Ты даже года не продержалась замужем. Эта безответственная молодежь! Почему бы вам не научиться думать, прежде чем…

— Достаточно, — предупреждающе и очень тихо оборвал ее Антон. Она вытаращилась на него с изумлением.

— Конечно-конечно, — поджала губы с притворным смирением, — ведь у тебя целое похоронное бюро! Проводим Алешу в последний путь с шиком.

— Римма Викторовна, выключите древнегреческую трагедию и перейдите к цели своего визита, — очень официально и очень сухо предложил Антон.

— Хорошо. Цель моего визита состоит в следующем, — она легко подстроилась под его интонации. — Будь так любезен, отправь Лизу, Арину и Алешу на море. В театре я договорюсь. Твоему брату необходима поддержка семьи и смена впечатлений.

— Вы уверены, что он хочет поехать с Лизой? — саркастически уточнил Антон.

— Почему нет? Ведь он с выходных обитает на ее диване.

— Бедная Лиза! — вырвалось у меня. Память о несчастном муже, который прирос к дивану после инфаркта, была еще свежа в моей памяти.

— На море так на море, — легко согласился Антон, — с Лизой так с Лизой. Стоило ради этого ехать в такую даль? Можно было обойтись телефонным звонком.

— Я собиралась заодно проведать Мирославу, она ведь игнорирует телефон. Вдруг, подумалось мне, девочка

— Мы оба весело проводим время, — Антон, отрада очей моих, неожиданно ухмыльнулся. — Мир не крутится вокруг Лехи, Римма Викторовна, а мои подростковые увлечения только вы одна и помните.

— Неблагодарный ребенок, — вздохнула она и поднялась. — Нет, это невозможно понять. Полно же других мужчин и женщин! Зачем спать именно с теми, с кем нельзя категорически? В чем смысл?

— Любовь сокрушила нас, — глубокомысленно пояснила я, — подчинила, лишила здравого смысла.

Губы Антона весело дрогнули.

Римма Викторовна промаршировала к выходу и ушла, шваркнув дверью так, что у гробов в демонстрационном зале поди все крышки попадали.

— И что теперь? — я настороженно покосилась на Антона. Должно быть, ему этот разговор дался еще хуже, чем мне. Но передо мной был человек, который безупречно владел своими эмоциями, поэтому он только улыбнулся.

— Пообедаем?

— Дома еды нет, — ответила я. — Как-то жизнь в последнее время не предрасполагала к делам хозяйственным.

— Я так и понял, — Антон взял пиджак, раскрыл мою кофту, приглашая нырнуть в рукава, — от тебя же одни глазища остались, смотреть больно.

— Это потому, что я вся исстрадалась, представляя себе, как ты весь такой потрясающий в костюме, который я тебе сошью, увозишь в закат непонятную блондинку. Почему-то обязательно в алом кабриолете.

— Немного не мой стиль, тебе не кажется, — его руки задержались на моих плечах, а потом Антон и вовсе обнял меня, уткнувшись подбородком в плечо. Я накрыла ладонями его руки на моем животе. — Зачем ты фантазируешь о том, что тебе так не нравится?

— Потому что до судорог боюсь мечтать? — предположила я.

Прозвучало слишком грустно.

Фу, Мирослава.

Хватит на сегодня, в самом-то деле.

— Отвези меня в самый дорогой ресторан, — распорядилась я деловито. — Зря, что ли, я кудри сооружала?

Он немного помедлил, прежде чем выпустить меня.

— Пойдем.

Антон выбрал пригородный кантри-комплекс с шатрами и верандами. Накрапывал дождик, поэтому мы разместились в закрытой беседке, укрытой от чужих глаз белоснежным пологом. В середине круглого стола с кружевной скатертью благоухал букет ирисов.

Официант принес нам меню и пледы, в один из которых я с удовольствием закуталась, после пришествия Риммы Викторовны меня все еще слегка потряхивало.

— Но ты все равно должна сшить этот костюм, — заметил Антон, без всякого интереса листая меню, — алый кабриолет не обещаю, но увести в закат одну чокнутую брюнетку всегда готов.

— «Всегда» — это очень долго.

— Ты действительно хандришь, да?

— Это труднее, чем я думала. То есть, изначально карты говорили, что брак с Алешей долго не продержится, но тогда мне не было его жалко, а сейчас ужас, как жалко. Я поступила безжалостно с вами обоими — нельзя выходить замуж только ради эксперимента и нельзя соблазнять кого-то только на кураже. Карты обещали, что все это изменит меня и мою жизнь, но какое право я имела менять еще и ваши?