Чингиз-хан
Шрифт:
Собрать вооружённых людей можно быстро, но научить их воевать – дело не одного года: в армии, как в зеркале, отражается всё лучшее, что накоплено в культуре людей, в хозяйстве страны, в характере народа. Но кроме как обучить, каждого воина ещё надо одеть, обеспечить оружием и жильём, накормить. Не стоит сбрасывать со счетов, что армия у Темучина была конной, и каждый воин обязан был иметь кроме одной ещё две запасные лошади. А это снова непомерные расходы. Без мощной материально-технической и экономической базы невозможно создать и содержать такую армию. Армия не появляется из ничего – на голом месте. Её долго воспитывают, растят, объединяют идеей. А потом обеспечивают всем необходимым. Труд кропотливый, затратный, но благодарный, потому что армия
Но чтобы побеждать, армия должна верить вождю. Войска, фанатично преданные своему полководцу, сплачивает Идея… Какая? Всегда, во все времена люди искали справедливости. Чтобы держать свою армию, составленную из представителей разных родов и народностей, разных религий в повиновении, Темучин пишет свод законов – Ясу, который одинаков для всех. Законы Темучина основаны на справедливости, которую ждут. Он может создать такие законы, потому что несправедливость многие годы болит в сердце Юрия Боголюбского незаживающей раной: убиты его отец и мать, потерян грузинский трон и любимая женщина! И всё это не по справедливости! Поэтому Темучин и пишет наставления, которые станут Законом и позволят его армии без особого сопротивления подчинять разные народы с их огромными территориями и держать их в повиновении. В его армию стремились попасть простолюдины, потому что родственники воина его армии обеспечивались землёй и пленными рабами. Служить в войске Темучина было почётным делом.
Первые полки своей будущей победоносной армии формировал Темучин в оазисах на берегах полноводной реки Амударьи, что течёт вдоль границы песков Каракумских. Собирал Юрий Темучин армию и старался думать только о деле, а сердце непослушное всё стучало тревожно, тоскуя по оставленной в Грузии прекрасной царице Тамаре. В далёком Саркеле остался их сын Аблас, который без матери и отца на попечении воеводы Джуминовича прилежно постигал науки разные и учился военному делу. Настоящим и смелым мужчиной и воином рос Аблас, и вскоре Темучин призовёт его к себе и даст ему новое имя – Джучи (Грузинский Человек).
А пока думал Георгий Темучин. Как-то всё переплелось в жизни, накатило неотвратимой, всё сметающей волной… Столько всего произошло за последние годы. А уже как минуло пять лет со дня злополучного развода с Тамарой. Не захотел тогда Георгий принимать этого развода – любил жену очень. Знал Георгий, что сейчас с другим его бывшая супруга. Мучился от этого. Тосковал. И эта боль не притупилась даже после брака с красавицей Хулан. И знал Георгий, что не сможет успокоиться, пока не вернёт себе Тамару.
Вот такие невесёлые думы давили грудь и ложились тяжёлым камнем на сердце бесстрашного Темучина. А впереди было ещё много дел…
У историка петровских времён Андрея Лызлова, чьим трудам доверия больше, чем сотням научных трудов современных историков, есть сообщение, что в 1200 году татары во главе с Чингизом вышли из района Белгианы (Балканы?). А как называется местность по восточному побережью Каспийского моря? Балканы! Что географически вполне соотносится с предположительным районом создания армии Чингиз-хана.
Кстати, монголам приписывают применение каких-то неизвестных огненных машин, сыгравших существенную роль во многих сражениях. Наверное, здесь речь идёт о катапультах, применявших снаряды с обычной нефтью, которой богат район южного Прикаспия. Нефть там и сейчас лежит прямо на поверхности.
Когда я рассказываю об этом на встречах с историками, меня спрашивают: каким путём пришёл в Хорезм Юрий Боголюбский – будущий Чингиз-Хан? Отвечаю: побеждённый в Грузии Георгий Лачин воспользовался кораблями для переправы своего отряда из Ширвана на противоположный берег Каспия в Хорезм. Амударья до середины XVI
века впадала в Каспийское море, поэтому корабли могли дойти по реке до любого большого торгового города богатого Хорезма. В Хорезме смельчаков встретили пески Каракумов, Кызылкумов и оживлённые обжитые территории, богатые железной рудой, нефтью, цветными и драгоценными металлами. Нефть хорошо горит, а из железной руды делаются добротные металлические доспехи и оружие. Среди бескрайних песков воинам Георгия Лачина предстали оазисы с процветающей жизнью, города с развитой культурой и ремёслами и стены сотен разрушенных временем неизвестных крепостей.Амударья с давних пор славилась своими капризами. В XVI веке она изменила своё направление и стала изливаться в Арал. Но до сих пор в песках Каракумов прослеживается её древнее русло, именуемое Узбоем.
Тюрки заселили земли Средней Азии в IV веке. Арабский средневековый историк аль-Масуди повествует, что уже в IX веке большие суда с товарами спускались по Узбою из Хорезма к Каспийскому морю, а оттуда шли либо вверх по Волге (Иделю) к Булгару и русским землям, либо в Персию и Ширванское ханство. Корабли везли шёлк, пряности, хлопок, оружие и слитки железа. Обратно из Булгарии доставляли лес, меха, мёд. Интересно, что «дамасская сталь» называлась по имени города, потому что самый большой рынок оружия находился в Дамаске. Но производилось это лучшее оружие в Хорезме. Известно оно было и на Руси. Средняя Азия и в наши дни изобилует известными месторождениями металлов и мастерами-оружейниками.
В те времена там, где река Амударья, называемая прежде гордой и непокорной Джейхун, делала резкий поворот и уходила в Каспийское море, царила совсем другая жизнь, нежели сегодня.
Здесь, в Хорезмском оазисе, окружённом пустынями Каракумы и Кызылкумы, кипели нешуточные страсти: возделывались поля, строились города, шли торговые караваны, вихрем проносились многочисленные воины, бродили дервиши…
И сейчас не трудно представить шумные города Великого Торгового Пути на месте огромных одиноких курганов, окружённых бескрайними полями, или сложить яркую картину из забытых страниц истории, на которых возвышались великолепные дворцы и храмы, порталы рабатов и караван-сараев, и в них кипела жизнь!
Именно здесь, в этом месте и решил основать свой новый лагерь Георгий Лачин. Воспользовавшись фактором неожиданности, слабостью войск турок-сельджуков на этом участке, и выбив из городов их гарнизоны, Георгий занимает три рядом стоящих города. Своё войско он поставил так, чтобы взять под контроль границу Хорезма с Волжской Булгарией, а также участок Торгового Пути, идущего с севера на юг из булгарских земель в Хорезм, и на запад к Каспию. Теперь он имееет возможность охранять купцов и взимать пошлину с торговых караванов на своём участке Торгового Пути.
Георгий занимает крепость с крепкими высокими стенами. Эту крепость местное мусульманское население называет Гяур-кала (крепость неверных). Рядом, к северу от крепости, Георгий организует строительство нового торгово-промышленного города. Место на Великом Торговом Пути выбрано очень удачно. Поэтому этот город называют Миздахкан (Мудрый Хан). Жжёный кирпич, облицовочные плиты, покрытие стен глазурью свидетельствуют о высоком уровне развития зодчества того времени.
Примечательно, что все культовые объекты Миздахкана связаны с числом «семь». Это священная цифра тюрков-кипчаков (семь тюркских родов – Идель).
Сейчас этот город зовётся Ходжейли – название, которое можно перевести как «место паломников», связано с некрополем Миздакхан. Городище Миздахкан находится в окрестностях города Ходжейли в десяти километрах от города Нукус, и оно очень почитаемо.
Миздахкан представляет собой огромный комплекс разновозрастных древностей и включает в себя одно из наиболее древних кладбищ в Средней Азии с мавзолеями, а также город золотоордынских времён, караван-сарай, руины усадеб и замков, остатки ирригационных систем. Во времена монгольской Орды Миздахкан был третьим по величине городом Хорезма.