Чика
Шрифт:
Вот теперь сижу на ступеньках чужого дома и пытаюсь дозвониться до мамы. Папе звонить не буду принципиально.
Начинаясь на коленке, под юбку уползает жирная стрелка, приговорившая мои колготки к помойке. Минус пятьсот рублей. Усмехаюсь собственным мыслям. Когда я считала такую мелочь? Найдется ли человек готовый забрать меня отсюда за оставшиеся сто восемьдесят рублей?
Никто не хочет ехать в эту глухомань. Такси можно заказать только с платной подачей из города. Я потратила уйму времени на поиски зарядки для телефона в итоге нашла ее в шкафчике одной из ванных комнат. Подзарядив телефон продолжила обрывать телефон мамы. Это бесполезно, она никогда не просыпается
Крис меня обманула, никто не приехал убирать срач, разведенный шумной компанией. Мне срочно нужно в город, завтра приезжает отец. Если он меня потеряет, то я даже представить боюсь какая еще кара меня ждет. Он точно отправит меня на вокзал торговать пирожками или мыть посуду в какую-нибудь столовку.
Только в первом часу ночи, наконец нашелся человек, готовый ехать сюда за наличку. Моей радости не было предела и даже то, что мама мне так и не перезвонила, не омрачила моего внезапно взлетевшего до небес настроения. Я быстро переодела порвавшиеся колготки задом наперед, умылась, немного подкрасилась и даже сгрызла яблоко сиротливо лежащее на барной стойке.
Но радость моя была не долгой. Дурные мысли моментально заполнили голову. Никто кроме Кристины не знает, что я здесь. Кто за мной приедет и куда он меня повезет, тоже неизвестно. Липкий ужас сковал конечности. Непроглядная тьма за окном, нарисовала в воображении все возможные и невозможные варианты развития дальнейших событий. Я еще и без денег. Вдруг он попросит заплатить вперед! Что я буду делать тогда? Что я буду делать добравшись до города, я уже решила. А что если мой план не сработает? Все равно у меня нет другого выхода…
Взяв себя в руки выхожу за калитку. Сажусь в машину стараясь не смотреть на водителя. Никакого зрительного контакта. Вдруг он поймет по глазам, что заплатить мне не чем. Надеюсь он не из болтливых и не страдает излишним любопытством. Водителю не больше двадцати, и чтобы предупредить его возможное желание пообщаться, решаю вести себя максимально холодно и высокомерно.
Перекинувшись парой вынужденных фраз, всю оставшуюся дорогу едем молча. Парень лишь изредка бросает взгляд в зеркало заднего вида, задерживает его на несколько секунд, а затем возвращает к дороге. Что-то мне подсказывает, что опасаться мне нечего, у него довольно теплые, но какие-то уставшие глаза. Мне даже становится немного жаль, что придется его обмануть.
Набираю сообщение Тимуру, но оно до него либо не долетает, либо он уже отправил меня в бан. Вот это будет настоящей потерей. Такого щедрого малого нужно еще поискать. Может все-таки замутить с ним? Нет, тогда я потеряю последний источник дохода. С ним лучше просто дружить, тем дольше может продлиться наше общение.
Мне еще не приходилось сбегать не заплатив. Хотя… пару лет назад, мы с девчонками смылись из кафешки, повесив счет на парня, который таскался за Настей буквально одолевая ее своим навязчивым вниманием. Его нужно было как-то красиво отшить, потому что слов он не понимал. И я предложила пообедать за его счет всей компанией. Ни о какой жалости тогда не было и речи, нам было весело и абсолютно безразлично, как он выкрутиться из этой ситуации. Парень жил в общаге и вряд ли в его кармане водились нормальные деньги. Так забавно было наблюдать за его реакцией, когда вместо кофе мы начали заказывать кучу разных блюд, к некоторым из которых, в итоге даже не притронулись. Тогда нас было четверо. А сейчас я одна. Жизнь диктует новые правила в моей новой реальности: Нет денег, нет друзей.
Чем ближе мы приближаемся к финишной точке, тем сильнее начинает колотиться
мое сердце. От названного мной адреса, рукой подать до моего дома. Во дворе старой девятиэтажки всегда полно машин. Парковка на обочинах у проезжей части запрещена, ночью работает эвакуатор поэтому люди паркуют машины не только в своих, но и соседних дворах. Я когда-то обратила на это внимание и как ни странно, это наблюдение мне пригодилось. Воспользуюсь его замешательством и сбегу через соседние дворы. Я все спланировала, но не предусмотрела одного. Из заблокированной машины не сбежать.— С вас три тысячи восемьсот девяносто рублей, произносит парень повернувшись ко мне.
— Сейчас вынесу деньги, подожди пять минут, — пытаюсь растянуть на лице самую искреннюю улыбку на которую только способна, но мышцы лица занемели, губы дергает нервная судорога.
— Не-а! — парень отрицательно качает головой. — Звони кому-нибудь, пусть выносят! — смотрит мне в глаза. — Денег нет и не будет! — с досадой произносит он, машина срывается с места, двигается задним ходом виляя между припаркованных автомобилей.
— Останови! Я же сказала, что сейчас вынесу!
— Хороший ход. Пока, я буду выезжать из этой жопы, ты сделаешь ноги.
— Останови! — продолжаю дергать ручку.
Пытаюсь подцепить пальцами блокатор, чтобы поднять его вручную. Ногти мешают, не позволяя нормально за него ухватиться.
— Останови, я сказала! Получишь ты свои деньги!
— Конечно получу, ты думаешь я четыре часа возможного сна тебе задаром подарю. Охереть! Бывают же наглые люди! — машина выскакивает на трассу.
Только не в полицию. Еще не хватало попасть в обезьянник. Это дно, до которого я не могу опуститься.
— Стой! Куда ты едешь?
— Обратно!
— Ты совсем идиот? — снова дергаю ручку.
Тимур! Ну возьми же ты трубку! Набираю ему раз за разом выслушивая длинные гудки.
— Называй реальный адрес: мамы, папы, подружки!
— Останови сейчас же!
— Холоп! Ты забыла добавить, холоп! Останови сейчас же, холоп… Что смотришь? И частенько ты катаешься подобным образом? Называй адрес человека, который сможет за тебя заплатить или я везу тебя назад! Чем дольше мы катаемся, тем дороже выйдет твоя поездка. Хотя знаешь, что? — оборачивается назад. — Натурой тоже можно! Придется тебе отработать почти четыре косаря.
— Мичурина сто восемьдесят шесть! — выплевываю на одном дыхании.
В крайнем случае придется подняться к Тимуру. Я убью Кристину! Такого унижения я еще не переживала. И папе все выскажу! Дочь я ему или подкидыш! Воспитывать раньше нужно было, когда я просилась жить с ним, а ему был неудобен подросток, да еще и девочка. «С мамой тебе будет лучше, дочка.» — говорил он мне всякий раз, когда я заводила разговор о переезде. А теперь я: бездарь, лентяйка, паразитка, приспособленка, все самые лестные эпитеты, относящиеся к бесполезному человеку — это я.
Наконец Тимур берет трубку, прошу его спуститься. Водитель останавливается около подъезда, глушит двигатель.
Тимур устраивает настоящий цирк. Вцепившись в мою руку не позволяет уйти, издевается надо мной еще несколько минут.
Всем видом демонстрирую, что мне дела нет до шуток этого клоуна, в то время как внутри меня разрастается настоящая буря. Злость и ненависть лавой растекается по моим венам. Сейчас я ненавижу весь мир: маму, маминого хахаля из-за которого, я не могу теперь жить с ней, отца, который не позволяет мне распоряжаться своей жизнью самостоятельно. Я ненавижу всех своих псевдо друзей, которые полопались словно мыльные пузыри, как только узнали, что я теперь нищая.