Чёрный Скорпион
Шрифт:
Доктор Павлов вскочил как ошпаренный:
— Вы… убили ее?!
— Чума на вас, — скорбно вздохнул я. — Ее сбила машина. А я проезжал мимо и случайно увидел. И почему-то подумал, что стоит сообщить об этом вам с Аллой.
Виктор Иванович опять опустился в кресло. Без очков его глаза были не такими большими. Теперь же они казались просто жалкими.
— Алла ваша любовница? — внезапно спросил я, и у него от этого невинного по нынешним временам вопроса сперло дыхание.
— Как… как вы можете!.. — слабеньким тенорком кукарекнул он.
Я махнул рукой:
— Да бросьте. Я вовсе не собираюсь читать вам нотации о нравственности и грехе. Мне просто хочется понять, на чем они вас подловили. Да, скорее всего, вы клюнули именно на эту рыбку по имени Алла. Им нужен
Он молчал, отрешенно уставясь в какую-то видимую лишь ему одному точку на белой стене за моей спиной. Честное слово, он вызывал жалость, но жалеть его было для меня сейчас непозволительной роскошью.
— Полагаю, вы знали, кто и почему уложил меня на больничную койку, — продолжил я. — И мне еще повезло, что вам не дали приказа залечить меня до смерти, — наверное, решили, что какой-то заезжий хлыщ не представляет опасности ни для них, ни для проблемы, которая перед ними стояла. Слушайте, я говорю "им", "ними", однако надеюсь, обоим нам ясно, что подразумевается в данном случае некто Пузырёв Юрий Петрович, по кличке Бизон. Пузырёв заправлял доброй половиной всех уголовно наказуемых дел и делишек в округе и в один прекрасный день узнал о существовании уникального, до сих пор считающегося в ученых кругах всего мира полумифическим, бриллианта "Чёрный Скорпион". Мало того, он узнал, что это чудо Востока находится в вашем городе и хозяин его…
А вы с Сергеем и его женой познакомились через Аллу. В качестве допущения можно предположить, что и Сергей пользовался вашими услугами как врача: вывод из запоев, ну и прочие штуки по восстановлению ослабленного алкоголем организма. И вот однажды… И вот однажды о существовании легендарного "Чёрного Скорпиона" становится известно и вам.
Я не знаю, посвятил ли вас в эту тайну Пузырёв, надеясь с вашей помощью наложить лапу на камень, или же разболтал по пьянке сам Сергей, — да это и не суть важно: о бриллианте вы узнали, и в вашей умной (ну не Бизоновой же чета, правда?) голове зародилась мыслишка — увы, не оригинальная, тут вы не были первопроходцем — завладеть им самому. Что скажете?
— Ничего, — хмуро буркнул Виктор Иванович. — Всё это чушь и бред. Продолжайте фантазировать дальше.
— Продолжаю, — послушно кивнул я. — Итак, вам приспичило сделаться владельцем "Чёрного Скорпиона", однако для этого нужны были как минимум две вещи: чтобы хозяин его умер и чтобы местонахождение тайника стало известно вам. Конечно, кабы получше взвесили все "за" и "против", то сообразили бы, что для подобной, уж простите, мелкой сошки, как вы, обладание этим камнем аналогично подписанию себе смертного приговора… Так я думал еще совсем недавно. Но вскоре я понял, что недооценил вас. Слышите? Чего молчите?
Он огрызнулся:
— А что, по-вашему, я должен отвечать на эту ахинею! Сидите тут, сочиняете какую-то сказочку о неведомом миру бриллианте… Да, кстати, а откуда он взялся у вашего друга, если вообще существует?
Я укоризненно покачал головой:
— Он существует, Виктор Иванович, существует, и вам это известно не хуже, чем мне, а пожалуй, и лучше. Я ведь не видел камня, только слышал и читал о нем. А вы, вы — видели. Ну а насчет того, как "Скорпион" попал к Сергею, можно, к сожалению, только строить догадки. Последние более-менее достоверные упоминания об этом алмазе связаны с Афганистаном начала двадцатого века. Скорее всего, именно в Афганистане мой покойный товарищ и приобрел его. Каким путем — понятия не имею. Возможно, купил, а возможно и…
Но бог с ним, к чему ломать голову над вопросом, ответить на который уже некому. Недавние события не менее интересны и драматичны. Ну что, не передумали? Не расскажете?
— Нет! — рявкнул он и снова швырнул очки на нос. Руки же, точно ища себе новое занятие, тараканами забегали по столу.
Я не стал возражать.
— Как угодно. Тогда попробую сам, но уж не взыщите за ошибки
в деталях: реконструкция есть реконструкция. Кстати, один мой знакомый выражается "реконструация". Ха-ха. Смешно, правда?— Нет! — отрезал он.
— Согласен. Даже пошло. Однако бедняга-то искренне считает, что говорит правильно. Так вот, около трех месяцев назад… Да, здесь первое допущение: я не знаю, кто предложил эту идею. Если вы — аплодирую вашей изобретательности, если Сергей, то, по зрелом размышлении, вы все равно поняли, что это просто неслыханная удача и идеальный вариант.
Руки доктора Павлова прекратили нервно блуждать по столу.
— Какой вариант?..
Я хмыкнул:
— Да вот такой. "Человек-сейф". И заметьте — в а ш сейф. Почему? А потому, что вы — врач. Под видом удаления опухоли — внимание, синьоры! — вы зашили под кожу Сергея алмаз, и отныне оба они оказались в ваших руках. Являясь по существу домашним доктором этой семейной пары, вы сделались подлинным (но, разумеется, тайным) вершителем судьбы моего товарища. И теперь оставалось только ждать. Не естественной смерти Сергея — при иных, более благоприятных обстоятельствах он мог прожить неопределенно долгий срок, еще и вас пережил бы, — а ждать, когда вы сами будете готовы стать владельцем "Чёрного Скорпиона": во-первых, обеспечите себе полное алиби в глазах Пузырёва (термин "алиби" я трактую здесь достаточно широко — что бы ни случилось, вы ни при чем); во-вторых (снова гипотеза, однако напрашивающаяся сама собой) — развод с супругой, достойный, чинный, благородный, устраивающий все стороны и опять же не вызывающий подозрений, и перемена места жительства с предварительной покупкой дома либо квартиры в другом, желательно отдаленном городе с перспективой последующего переезда туда уже с новой (полагаю — молодой) женой; в-третьих — безболезненный расход с местной мафией; ну а в четвертых, как говорится, — прочее. После столь тщательной подготовки, а возможно, и параллельно с нею, вы бы взялись за своего "драгоценного" пациента. Довести человека до смерти такому многоопытному врачу, как вы, — пара пустяков, правда?
Но Виктор Иванович молчал, и я продолжил:
— Рискну предположить, что вы понемногу уже начали претворять в жизнь некоторые пункты своего долгосрочного плана, однако тут в ход событий внезапно вмешался случай: Сергея убили. Его убили, а вы как в анекдоте — "не готовы". Но не беда: "человек-сейф" и на том свете не менее надежен, нежели на этом. Даже еще надежнее — ну кому, скажите, придет в голову, что в могиле лежит не только мертвец, но и сокровище, за которое можно купить с потрохами весь ваш пакостный "Гедлиберг"?! Вы же, когда страсти (я имею в виду "страсти" и злость Бизона по потерянному бриллианту) улягутся, в одну прекрасную ночь преспокойненько вскроете могилу, вырежете алмаз — и всё, дело сделано… Да, я забыл упомянуть еще одного достойного представителя местной фауны — доброго дедушку-собачника по кличке Паук. По-моему, сначала он тоже проявлял к камню определенный интерес, однако когда атмосфера накалилась, предпочел отойти в сторонку.
И тогда…
И тогда доктор Павлов вдруг фыркнул:
— Ну еще бы!
— Что — "еще бы"? — не понял я.
Он посмотрел на меня как на неразумного младенца:
— Да вы что, с луны свалились? Разве не знаете, что он ее отец?!
— Чей отец?.. — Глаза мои начали расширяться, а Виктор Иванович презрительно дёрнул плечом:
— Маргариты Владимировны, чей же еще!
…Наверное, с минуту я переваривал услышанное. Наконец вроде бы переварил и — деланно-бодрым тоном, чтобы собеседник не вообразил, будто это известие меня так уж сильно потрясло, — пропищал:
— Ну и что? А какая разница?.. — Эй, по-моему, проклятый эскулап понемногу приходит в себя. Надо ставить его на место. — Вы еще не созрели?
Доктор Павлов прищурился:
— Для чего?
— Для чистосердечного признания, что всё (или почти всё) так и было. Учтите, я не собираюсь идти в милицию, да тут и не с чем идти: никакого преступления лично вы не совершали, — и меня интересует лишь одно: прояснить ситуацию вокруг камня и убийства Сергея.
И вот тогда он наконец взорвался.