Чтение онлайн

– А больше некому, благородный рыцарь, - задумчиво улыбнулся Михель.
– Огненных гор у нас в округе нет, зато есть огненный змей... Выходит, он и развлекался. Вам еще повезло, что мимо пролетел.

– А что ж ты сам, не желаешь получить тысячу талеров?
– с насмешкой полюбопытствовал Фрэнсис. Парень лукаво улыбнулся.

– Да что вы, благородный господин, на что мне тысяча талеров?

– Хочешь сказать, что жизнь дороже?

– Я не из тех, кто меряет жизнь на деньги. Ни свою, ни чужую. Впрочем, прошу прощенья у благородного господина. Сейчас велю служанке принести еды!

С

– Эй, Михель, или как тебя там!
– высунулся следом Фрэнсис.
– Посмотри, пришла моя служанка? Длинноволосая такая, синеглазая. Если да, присмотри за ней!

– Понял, благородный рыцарь!
– откликнулся парень уже с лестницы.

Милица слышала этот разговор. Она стояла в дверях, прижимая к груди сумку, и пыталась совладать с непонятной слабостью. К горлу подкатывал ком тошноты: невыносимым был запах укропа.

Михель подошел и осторожно взял ее за руку.

– Эй, синеглазка, это о тебе мне сейчас кричали?

Милица лишь слабо кивнула.

– Что-то ты вся бледная какая. Давай, тут хозяйке не до тебя. Видишь, там стол в уголочке? Садись, а я тебе поесть принесу.

Девушка осторожно прошла через наполненный людьми зал и села у раскрытого окна на указанное место. Тут ветер разгонял все тяжелые запахи, и она вздохнула легче.

Вскоре пришел Михель, и поставил перед ней блюдо с жареной курицей. А рядом - кувшин молока.

– Угощайся, синеглазка. Вон, как ты вымоталась, круги под глазами...

– Спасибо, - беззвучно шепнула Мили.
– Я не могу... Меня мутит... Наверное, от жары. А курица жирная...

Парень сел напротив.

– Может, еще чего принести?

– Если можно... Я капусты хочу. Соленой.

– Понял. Соленого и не жирного, - парень улыбнулся, встал и вскоре вернулся с миской, полной хрустящей капусты и рассыпчатой, еще дымящейся, вареной спаржи.

– Ну что, синеглазка? Потребуется что, зови. Я за стойкой, хозяину помогаю. Устанешь, захочешь прилечь - видишь, за лестницей дверца? Там коморка, где служанки спят. Сейчас все равно никого там нет. Можешь пойти поспать. А у нас дел невпроворот, видишь, клиентов сколько? Так что я пошел.

Михель кивнул и оставил ее одну. Мили с удивившим саму аппетитом набросилась на принесенное угощенье. Молоко пить не стала, ограничилась водой. Тошнота отступила, головокружение прошло - и Мили немного расслабилась.

"Ну вот, видишь? Это всего лишь из-за голода и жары. Просто из-за голода и жары..."

Забрав свою сумку, девушка ушла в коморку под лестницей.

Тут было тесно, пахло несвежим бельем, постели были скомканы, везде валялись чьи-то вещи: ленточки, гребешки, булавки. Решившись, постоялица освободила одну из кроватей, свалив всю мелочь на стол, и легла, положив сумку под голову. Поворочавшись на жестких досках, Мили уснула.

Разбудил ее грубый толчок.

– Ты чего это разлеглась на моей кровати, побирушка несчастная?
– вопила рыжая деваха, вырез на платье которой давал обозреть все ее роскошные достоинства.
– Тебе кто разрешил мои вещи трогать своими грязными руками?! Мне после твоей вшивой башки придется постель стирать! Убирайся, убирайся!..

Милице и слова не дали сказать, стащив

– Я не нищенка!
– возмутилась гостья.
– И вшей у меня нет!.. Я приехала со знатным господином...

– То-то он тебя отослал подальше!
– насмешливо ответила рыжая.
– Говорит, ты даже поднос отнести не можешь: криворукая!

– Меня Михель сюда привел, чтобы я тут переночевала.

– Мне Михель не указ! Всего неделю тут, а уж распоряжаться вздумал! Тоже, как и ты, бродяга безродный, невесть откуда взялся!.. Рыбак рыбака видит издалека. Нечего, нечего тут околачиваться! Еще украдешь чего. Пошла отсюда, пошла! Кошка драная!

Мили вздохнула, взяла свою сумку и вышла в зал.

Народу, кажется, стало еще больше. Воздух сотрясался от густого смеха и смачных выражений подвыпивших молодчиков, разместившихся на лавках, за столами. В дальнем углу, за перегородкой, Милица заметила Фрэнсиса, который сидел над полусъеденным гусем, и грустно смотрел в ночную темноту за окном. Осторожно пробравшись мимо компании волосатых пьяниц и услышав несколько пошлых любезностей в свой адрес, Мили подсела к Фрэнсису.

– Фрэнки, мне плохо. Можно, я пойду в твою комнату?

– Нет, - последовал резкий ответ.
– Между нами нет ничего, что могло бы дать тебе повод там находиться. Иди к служанкам!

– Фрэнки...

– Для таких, как ты, я лорд Фрэнсис!

Милица беспомощно посмотрела на него, а потом устало уронила голову на руки. Граф молча поднялся из-за стола и ушел.

Девушка долго сидела, глядя ему вслед, а потом встала и подошла к стойке.

– Михель! Михель, можно тебя на минутку?
– окликнула она светловолосого парня.

– А, синеглазка!
– улыбнулись приветливо ей.
– Проснулась? Добрый вечер!

– Послушай, ты можешь на следующее утро кое-что передать моему господину? Я ухожу, а это... Это его вещь.

Милисента протянула Михелю крохотный узелок.

– Обещай, что передашь, хорошо? И не развязывай, пожалуйста! Я полагаюсь на тебя...

– Так, если хочешь, я прямо сейчас пойду и передам, синеглазка?

– Меня Мили зовут, - смущенно заметила волшебница.
– Нет, сейчас не надо. Утром.

– Как скажешь, Мили, - улыбнулся парень.
– Но только куда же ты пойдешь? Ночь на дворе! Тебя всяк обидит: и зверь, и лихой человек... Тебя что, Марта выгнала? Пустое! Прости ее. Она глупая и одинокая. Поэтому злится на всех. Знаешь, что мы сделаем? Ты пойдешь в мою комнату и там переночуешь. А я уж как-нибудь на полу устроюсь.

– Спасибо, Михель. Но я...я правда не могу.

– Не доверяешь?
– с притворной обидой нахмурился молодой человек.

– Не в этом дело. Доверяю. Но мне надо уйти... Мне надо уйти от Фрэнсиса.

Михель помолчал, усердно протирая стакан. Наконец ответил, не поднимая головы:

– Я в ваши дела не вмешиваюсь, синеглазка. Но еще раз говорю: ночь на дворе. Гордость, любовь и обида - это все прекрасно, конечно...а как насчет жизни и чести?

Милица вспыхнула.

– Я могу постоять за себя! Если против меня, конечно, не рыжая дура Марта, которая сама не понимает, на что могла нарваться!.. Свою жизнь и честь я сумею отстоять!