Черный отряд
Шрифт:
Она потрясла меня, но не убила. Одна моя половина испытывала сильную жажду, а другая напоминала о годах, проведенных рядом с Гоблином и Одноглазым. Там, где колдовство, там все не так, как кажется. Приятно, да, но это только сахарный леденец.
Она изучала меня так же внимательно, как я — ее.
— Снова встретились, — наконец сказала она. В ее голосе было все, что я ожидал, и даже больше. В нем звучал и юмор.
— Точно, — прокаркал я.
— Ты испугался.
— Конечно, испугался.
Может быть, только дурак стал бы это отрицать. Может быть.
— Ты ранен. — Она придвинулась
— Я бы не говорила об этом, если бы это не было важно.
Я снова кивнул, будучи слишком подавленным и напуганным, чтобы говорить. Передо мной была Леди, злодейка из злодеев, воплощение Тьмы.
Черная вдова в центре паутины мрака, полубогиня зла. Что же было для нее настолько важным, чтобы заметить такого, как я?
Опять у меня всплыли подозрения, которые я к себе не подпускал. Мне не часто приходилось сталкиваться с важными персонами.
— Кто-то хотел тебя убить. Кто?
— Не знаю. — Поверженный на своем ковре. Клок тумана.
— Почему?
— Не знаю.
— Ты знаешь. Даже если думаешь, что нет, — в ее восхитительном голосе прорезался кремень.
Я пришел сюда в ожидании худшего, приглашенный в гости к своим собственным фантазиям. Я устал защищаться.
В воздухе хлопнуло. Вокруг нее возникло овальное свечение. Она подплыла ближе, становясь смутно различимой за исключением этого лица и этой желтизны. Лицо расширялось, увеличивалось, становилось необозримым, придвигалось все ближе. Вселенная заполнилась желтым. Ничего не вижу, только глаз…
Глаз! Я вспомнил Глаз в Облачном Лесе. Я попытался вскинуть руку, чтобы закрыть лицо. Не смог пошевелиться. Наверное, я закричал. Черт, я точно закричал.
Ее вопросов я не слышал. В моем мозгу, в радуге мыслей возникали ответы и растекались, как капли масла, упавшие на идеально спокойную поверхность воды. У меня больше не было тайн.
Никаких секретов. Ни одна моя мысль не осталась скрытой.
Во мне шевелился ужас. Я писал эти глупые зарисовки, это правда, но у меня также были и свои сомнения, антипатии. Такой страшный злодей, как она, просто уничтожит меня за бунтарские мысли…
Нет. Ее злобная сила гарантировала ей безопасность. Этой колдунье не было нужды подавлять сомнения и страхи своих подданных. Она могла просто смеяться над нашими моральными проблемами и угрызениями совести.
Теперь все было не так, как тогда, во время нашей встречи в лесу. Я не потерял свои воспоминания. Я просто не слышал вопросов. Но о них можно догадаться, исходя из моих ответов о контактах с Поверженными.
Она что-то искала, о чем я начал догадываться еще на Лестнице Слезы. Я попал в ловушку, которая захлопнулась за мной и из которой не было выхода.
Щелкнули челюсти, одной из которых был Поверженный, а другой — Леди.
Темнота. И пробуждение.
Она стоит в Башне, вглядываясь вдаль… Бриллианты слезинок сверкают у нее на щеках.
Какие-то проблески сознания во мне еще не совсем погрузились в пучину страха. Так было, когда я вошел.
Она стояла передо мной, улыбаясь. Сделав шаг, она прикоснулась ко мне самыми восхитительными пальцами, которыми когда-либо обладала женщина. Весь страх улетучился. Темнота снова сомкнулась.
Когда я очнулся,
мимо меня плыли стены коридора. Капитан Охраны толкал мою тележку.— Как ты? — спросил он. Я собрался с мыслями.
— Так себе. Куда теперь?
— К выходу. Она сказала, что ты можешь быть свободен.
Так просто? Хм. Я потрогал рану. Зажила. Я потряс головой. Такого со мной еще не случалось.
Глава 5
Я приостановился у того места, где произошла авария с баллистой.
Смотреть было не на что и спросить не у кого. Тогда я спустился на средний уровень и поговорил с теми, кто работал там лопатами. У них был приказ сделать котлован в двенадцать футов шириной и восемнадцать глубиной. Никто не имел понятия, зачем.
Я осмотрел стену по всей длине. Вдоль нее сооружалась еще дюжина таких же укрытий.
Когда я дохромал до нашего лагеря, люди смотрели на меня с любопытством. На языках у них вертелись вопросы, которых они не могли задать, а в глазах — беспокойство, которое они не могли выразить. Только Душечка отказалась играть в эту традиционную игру. Она пожала мою ладонь и широко улыбнулась. Ее маленькие пальчики заплясали. Она задавала категорически запрещенные вопросы.
— Помедленней, — сказал я ей Я еще недостаточно натренировался, чтобы улавливать все, что она говорит, вернее, показывает. Но ее радость говорила сама за себя. Я широко улыбнулся, когда понял, что ко мне кто-то направляется. Я поднял глаза. Ворон.
— Тебя ждет Капитан, — сказал он холодно.
— Надо думать.
Я попрощался знаками с Душечкой и побрел к палатке Капитана. Мне не хотелось торопиться. Угроза страшной смерти больше не висела надо мной.
Я оглянулся. Ворон с хозяйским видом положил руку на плечо Душечке. Вид у него был озадаченный Капитан вел себя необычно Сначала он привычно разразился руганью, предъявляя претензии. Здесь присутствовал еще один человек. Одноглазый. Но его тоже не интересовало ничего, кроме дела.
— У нас появились сложности? — спросил Капитан.
— То есть?
— То, что произошло в горах. Ничего страшного, так ты сказал? Тебя вызывает Леди, а через полчаса один из Поверженных тю-тю. Потом, то, что произошло с тобой на Башне. Ты тяжело ранен, и никто ничего не знает.
— Нужна логическая связь, — сказал Одноглазый.
— Вчера все знали, что ты умираешь. Сегодня ты — в полном порядке.
Колдовство?
— Вчера?
Время опять куда-то ускользнуло. Я откинул полог палатки и посмотрел на Башню.
— Еще одна ночь в горе эльфов. — Все-таки, что-то случилось? — допытывался Одноглазый.
— Нет, ничего. Леди ведь так не думала.
— Капитан, он уперся.
— Вчера ночью кто-то пытался прирезать Ворона. Убийцу спугнула Душечка.
— Ворона? Душечка?
— Что-то разбудило ее. Она ударила своей куклой незваного гостя по голове. Кто бы это ни был он убрался.
— Непонятно. И жутко.
— Несомненно, — подтвердил Одноглазый. — Почему это Ворон все проспал, а глухой ребенок проснулся? Ворон услышал бы, как и комар шагает Кажется, колдовство. Умелое и нахальное колдовство. Малышка не должна была проснуться. Капитан вскочил.