Черными нитями
Шрифт:
Смуглая кожа мерцала в свете ламп. Чёрные волосы ниспадали на плечи крупными кудрями. Тёмные выразительные глаза были подведены, что подчёркивало их лисий разрез. Одета в чёрное, на плечах небрежно лежал короткий плащ с капюшоном.
Девушка выглядела очаровательно, но что-то в её взгляде… Рейн вспомнил практиков после первого задания: тогда они понимали, что сколько воды не лей, а им уже никогда не отмыться.
Рядом с южанкой расположился мужчина. Выглядел он лет на тридцать пять, но тёмные виски уже тронула седина. Золотая кожа, прямой острый нос, карие глаза под густыми насупленными бровями — всё в нём выдавало уроженца Мраморного острова. Синий
— Эй, профессор, — Кай сел к Адайн. Рейну оставалось занять стул во главе стола. Мужчина сдержанно кивнул и обратился к инквизитору:
— Я рад видеть тебя, Рейн. Меня зовут Витторио Вир. Ты можешь называть меня «Вир» — это звучит здесь привычнее, — он улыбнулся самыми уголками губ и провёл рукой по заросшей щетиной щеке. — Это Ката, — Вир указал на южанку. Она молча посмотрела на Рейна и отвернулась.
«У неё есть демон?» — задумался Рейн. Этим то ли даром, то ли проклятием владели только потомки Яра и его соратников. Они заселили четыре Кирийских острова, но северные и южные земли остались за местными племена, и демоны для них были просто выдумкой.
Ката явно приехала с юга, но откуда, Рейн не мог сказать: возможно, с островов Гоат или Горного острова. Хотя имя у неё кирийское. Рейн бросил на девушку заинтересованный взгляд и снова посмотрел на Вира.
— С Адайн ты уже знаком.
Девчонка уставилась на него, и по её горящим глазам было видно, что она едва сдерживалась, чтобы не спросить его о чём-то.
Подошёл официант в бежевой с золотым форме и поставил перед Каем и Рейном низкие стаканы с виски.
— Не так, должно быть, ты представлял себе тех, кто открыто говорит со своим демоном. — Рейн бросил взгляд на официанта, но тот с равнодушным лицом закончил и скрылся за ширмой. Вир покачал головой: — Рейн, в Таре никого не удивишь такими словами. И в других районах тоже. Нас гораздо больше, чем кажется. Иметь демона — не значит быть проклятым. Это понимает каждый умный человек. Ну или тот, кому надо выжить, — Вир с лёгкой улыбкой посмотрел на Кая и Адайн.
Рейн хмыкнул и скрестил руки на груди. Хорошо сказано, сразу видно, что этот Вир считал себя умником, а других в «семье» ценил меньше, чем те думали.
Рейн почувствовал нетерпение, но старался этого не показывать. Он откинулся на спинку стула и лениво спросил:
— А вы все-таки принадлежите Детям Аша?
— На словах — да. На деле — нет.
— Ну и насколько их больше? Или вы сначала хотите рассказать мне, как здесь оказались?
Вир посмотрел на Кая и назидательно произнёс:
— Я же говорил, что вы окажетесь похожи, не стоило и спорить.
— Мы разные, профессор, — пробурчал Кай с детским упрямством и потянулся к стакану.
— Многие, Рейн, многие, — Вир повернулся к инквизитору. — Среди лавочников, гвардейцев, полицейских, учителей, врачей и простых бродяг, среди Инквизиции и Церкви — верящие демону есть во всех слоях. — Вир сделал паузу и простучал пальцами по столу короткий ритм. — Как мы здесь оказались? Я был членом учёной гильдии, но сделал неверное открытие. Кату похитили работорговцы, но я её выкупил. Адайн бросили родители.
— Выкупил? — усмехнулся Кай.
Вир пожал плечами и улыбнулся.
— Учитывая положение Каты, это будет вернее назвать кражей.
Рейн обвёл взглядом присутствующих и задержался на каждом. Кто все эти люди? Как им можно было поверить? Кучка сумасбродов! Рейн повертел стакан в руке и сделал большой глоток.
Желудок обожгло.— Перестань думать, как инквизитор, — Аст склонился над ним и прошептал на ухо. — Это не те, кого ты должен поймать и из кого вытащить правду. Мы пришли на переговоры, так говори. Они могут стать союзниками.
— Рейн, почему ты согласился прийти? — Адайн подала голос. — Почему не убил меня?
Почему пришёл? Рейн снова переглянулся с Астом. Что ей ответить? Что он многого лишился и просто хотел всё вернуть? И что на самом деле это «всё» подразумевало не титул и деньги, а простое право считаться таким же, как все? Что он устал натыкаться на презрительное молчание? И ещё устал от загадок? Что ему нечего терять?
— Потому что хотел получить ответы, а не сам отвечать, — проворчал он.
— История за историю, — тихо сказала Ката с лёгким южным акцентом. — Так у нас говорили.
Вир кивнул.
— Я понимаю твоё недоверие, но мы тоже ещё только присматриваемся к тебе. Ты имеешь право знать правду и о демонах, и о братьях. А вот готов ли ты узнать наш план — время покажет.
Витторио помолчал немного и признался:
— Я никогда не искал сторонников. Я не знаю, какими словами Дети Аша заманивают себе людей, но, думаю, моя история будет не хуже любой пропаганды.
Рейн закатил глаза. Сейчас начнётся. Должно быть, этот Вир потерял кого-то из-за Церкви или Инквизиции и возомнил себя великим мстителем, который должен уничтожить всех. Расскажет очередную грустную историю и будет давить на жалость. Таких историй и в подвалах Чёрного дома звучало немало.
— Я родился на Мраморном острове.
«Не удивил», — Рейн взял в руку стакан и стал крутить его из стороны в сторону.
— Связанные чёрными нитями — так говорят про людей и демонов. У моей матери его не было, но отец родился в Кирии, поэтому я унаследовал от него кровь Аша.
Инквизитор скривился. Он надеялся, что хотя бы здесь не станут прикрываться старыми легендами, как это делала Церковь.
— Рейн, ты знаешь, что у каждого демон выглядит по-своему? Он может отличаться от тебя полом, возрастом и внешностью.
Он покачал головой. Это была запретная тема. Каждый мог только догадываться, кто притаился рядом с другим.
— Мой демон всегда выглядел как парень лет четырнадцати-пятнадцати. Он любил задавать вопросы. Как горят разные материалы? Что будет, если смешать эти ингредиенты? Что такое демон и как он появился на самом деле?
Последний вопрос прозвучал зловеще. Рейн настороженно посмотрел на Вира. Куда его завело любопытство?
— Дома я не мог найти ответы на эти вопросы. Все наши учёные думали об одном: как добывать мрамор быстрее, выгоднее? Я уплыл в Кирию, но в Лице меня не взяли ни в один университет, и тогда я отправился дальше — на Рьёрд. Там я закончил биологический факультет, вступил в учёную гильдию. Мечтал стать профессором. Меня заметили и приняли в особую группу — группу, которая занималась изучением человеческого тела и демонов. С одобрения Совета, конечно.
Рейн вздрогнул. Детей Аша преследовали за те же «запретные» эксперименты. Учёных объявляли отступниками и казнили или отправляли в ссылку без должного суда. Так значит, Совет сам делал то же самое? Ну, и кто стоял за этим? Лицемер Я-Эльмон? Кто-то из учёной гильдии?
— Мы должны были найти способ отделить демона от человека, — Вир переменился в лице и признался: — Другие горели этим замыслом, думали, что их работа — ключ к спасению. Я с детства общался с демоном и считал иначе. Но мне было интересно.