Чёрные небеса
Шрифт:
– Да, да, - понеслось со всех сторон.
– Жуткая это болезнь. Сперва у человека шла кровь когда кашлял, затем его бросало в жар и он не мог стоять на ногах. Затем появлялись чёрные пятна по телу, они начинали гнить, а под конец, кровь из глаз. И всё это буквально за два три дня. Меня в тех землях поймали за пару куриц, жрать сильно хотел. И местный бан говорит мне, либо ты получаешь сто ударов свинцовой плёткой, либо идёшь в похоронную команду. Я согласился на похоронную команду, собирать тела и сжигать их на окраине города. Потому что выдержать сто ударов свинцовой плёткой невозможно, после пятого удара у тебя уже ломаются кости, а после десятого выблёвываешь свои кишки. Так вот, всех заражённых привозили в специальный дом, где они и подыхали. Страшное
– Дрегстер тоже слышал много разного о Башне Знаний.
Но Джиену вполне хватило и этого. Он просто обессиленный упал на тюк с соломой и закрыл глаза. Кому надо было вырывать страницы из книг и обвинить в этом меня? Роберт, мелькнула мысль, может ему удалось провернуть такое? Нет, отмахнулся Джиен, для этого нужны мозги, вряд ли они у него есть. Натравить Барионов это одно, но покуситься на книги магистров другое, его могли и поймать. И кто ещё тогда? Парнас? Нахмурился Джиен. Мозги на месте и бравировал знакомствами в Башне Знаний. Вот только ему это для чего? Но пока единственный на кого Джиен мог подумать. А что если обратиться к нему за помощью? Но станет ли торговец помогать? Безвозмездно вряд ли. А быть в долгу у такого проныры не самая завидная участь. Впрочем, какая участь ждёт его теперь?
– Эй ты! – Джиен открыл глаза, за решёткой стоял охранник держа в одной руке кувшин а в другой ломоть хлеба. – Это тебе, - и кинул хлеб через прутья.
Джиен поднял его – В кувшине надеюсь вино?
Охранник криво усмехнулся – Лучше, вода. Чистая вода. Поверь мне о такой мечтают весь этот сброд.
– Нас поят помоями, - сказал кто-то из заключённых.
– Вы и пьёте помои, - презрительно произнёс охранник. – Но командир приказал принести тебе чистой воды, не знаю почему сделал исключение. Наверно из-за того что ты рыцарь, но с другой стороны тебя держат тут, - он пожал плечами, - мне впрочем всё равно. Держи.
Охранник налил воды в кружку и протянул её через решётку. Джиен схватил и жадно начал пить. Никогда ещё вкус воды не казался ему таким волшебным.
– Дай ещё, - потребовал он протягивая пустую кружку.
Охранник не стал упираться. Вторую кружку Джиен пил смакуя каждый глоток. И увидел жадные глаза Дрегстера.
– Ты можешь налить ему? – кивнул парень на соседнюю камеру.
– С какой стати?
Джиен достал золотую монету – Видишь?
Глаза охранника широко раскрылись – Ты отдашь её мне, если я налью ему воды?
–
Да.– Хорошо, - охранник не долго раздумывал, мгновение и Дрегстер утолял жажду чистой водой.
– Я тоже хочу.
– И мне.
А, катись всё к чертям.
– Эй ты, - обратился Джиен к охраннику. – Держи, - и кинул монету ему.
Тот подхватил её – Самый лёгкий заработок в моей жизни.
– А хочешь ещё одну?
– И что надо сделать?
– Дай каждому воды, по одной кружке.
Охранник добросовестно обошёл все камеры, и вскоре вторая золотая монета очутилась в его руках. С довольной рожей он покинул подвал.
– Откуда у тебя золото? – спросил кто-то.
– Я же рыцарь, - ответил Джиен, - меня не стали обыскивать.
– Дрегстер видит что он ошибался, Джиен рыцарь.
– На свою голову, - с горечью выдохнул парень падая на спину.
И что меня ждёт?
Целый день Джиен провёл в темнице, слушая болтовню Дрегстера и остальных заключённых. Джиен смотрел в окно жадно ловя взглядом маленькие куски облаков что проплывали там в верху, в голубом небе. Будет ужасно, если я застану тёмные дни в этой дыре, думал он. И как там Вален?
Уже привычно для уха заскрипела железная дверь, послышались гулкие шаги сапог.
– Опять он! – истерично выкрикнул один из заключённых.
Джиен почувствовал как разом затаили все дыхание, стараясь вжаться в холодные грязные стены дабы стать незаметными.
Вошли двое, Джиен сразу узнал их, это были из королевской гвардии.
– Ты пойдёшь с нами? – бросил главный из них.
– Куда и зачем?
– Разве у тебя есть выбор?
Уже нет, ответил про себя Джиен. Клетку отворили и Джиен вышел из неё, Дрегстер провожал его взглядом.
– Тебя хочет видеть сам магистр Марфин.
– Кто? – не понял Джиен.
– Скоро узнаешь.
Джиен вывели во двор и он сразу опьянел от чистого воздуха. И зажмурился, глаза привыкли к полутьме сырого подвала. Его вели через длинные извилистые коридоры, пустые коридоры в которых обитало разве что эхо от их шагов. Перед массивной дверью стражники остановились. Осторожно постучавшись, приоткрыли дверь.
– Магистр Марфин он тут.
– Хорошо. Пусть пройдёт внутрь, вы свободны.
– Свободны? – с сомнением проговорил главный. – Не опасно ли оставлять вас наедине?
– Вряд ли он станет убивать меня.
– Как скажите, - толкнув в спину Джиену, пропустили его в комнату магистра.
Джиен невольно вздрогнул когда та самая дверь с грохотом захлопнулась за спиной. Кабинет магистра не впечатлял убранством, шкафы с книгами, алхимический стол с колбами и зельями, стол за которым сидел сам магистр и стул для гостя. И ещё тип в серой кольчуге с двуручным мечом за спиной, что молча стоял и смотрел на Джиена пустым взглядом. Что-то в этом типе было такое, отчего Джиену стало не по себе. Лицо мужчины ничего не выражало, совсем ничего, а глаза. Пустые и холодные, казалось в них нет разума, словно перед парнем стоит не живой человек, а истукан.
– Приходилось слышать о берсеркерах? – спросил магистр.
– Так это он, - поразился Джиен, - признаться, я думал это всё выдумки.
– Отнюдь, Герок самый настоящий берсеркер, он родился в Тёмные дни. Все кто рождается в тёмные дни берсеркеры.
– Тогда их должно быть много.
– Вовсе нет, большинство детей появившихся в Тёмные дни умирают при родах, другая часть в течение пару дней. Лишь одному ребёнку из несколько тысяч появившихся на свет во время Тёмных дней удаётся выжить.
– Точнее во тьме, - поправил магистра Джиен.
– Что во тьме? – не понял тот.
– Вы сказали появившихся на свет, а правильнее сказать во тьме, - объяснил парень.
– Можно и так сказать, - согласно кивнул головой магистр. – Итак, позволь представиться, моё имя…
– Не сочтите мои слова оскорбительными, но нет нужды знакомиться, мы прекрасно знаем имена друг друга.
– Хм, - протянул магистр, - ты и вправду смышлёный, как о тебе и говорили.
– Кто говорил? – насторожился Джиен.