Черные Ангелы
Шрифт:
Калинов весь сжался, словно пружина, желваки заходили на лице, но повелительный жест Сарояна остановил доцента от бездумных действий. Сароян был спокоен, причем настолько спокоен, что, казалось, все эмоции стремительно сделали сепуку и незамедлительно сгорели на погребальном костре. Вряд ли Сократ был бы спокойнее в подобной ситуации, впрочем, неизвестность, порой, страшнее яда цикуты, принятого великим философом. Однако здесь умереть должен был не один «философ».
* * *
Время в заключении тянулось лениво, медленно, но неумолимо. Подвал подвалом, вполне себе стандартное узилище, всего лишь прохладное, а не сырое, как это исторически принято. Все напоминало палату бедной и убогой общественной больницы, а не тюрьму. В какой-то
Дневальный принес скудный завтрак, раздал его пленникам и торопливо убежал, на мгновение, остановившись у двери, чтобы дать дорогу появившемуся Смиту. Командор вошел торжественно, словно император Древнего Рима, посетивший школу гладиаторов. Пришел не один, а в сопровождении женщины. Мало кто теперь узнал бы в ней Тетис. Если сказать, что она изменилась, то не сказать ничего. От былой дородности не осталось и следа, но вместе с пышными телесами исчезло еще что то. Что именно? Трудно сказать так сразу. Гибкое, изящное тело, задрапированное в металлизированную сверкающую ткань, выглядело эффектно. Хитроумная прическа, изысканный макияж заставили бы затаить дыхание самого привередливого ценителя женской красоты. Но, вне всякого сомнения, мадам Тетис потеряла нечто такое, чего не мог заменить внешний лоск. Она потеряла себя…
Смиту поднесли кресло, и бывший «ангел» развалился в нем, словно сибарит елизаветинской эпохи и лениво махнул рукой в ответ на изящный реверанс дамы. Вроде бы все и красиво, утонченно, но выглядело, словно плохая постановка в театре абсурда. Тетис подошла к пленникам и, чего греха таить, очень плотоядно взглянула на Юркуса. Доцент поежился, и торопливо отполз за спину коллег. Дама усмехнулась, извлекла из складок одежды серебристый с навершием из красного камня стек и стала им играть, словно дирижер палочкой.
– Тетис? Что это за цирк? Какой пример подаете моло…., - возмутился было Сароян, но с помутившимся сознанием сполз на пол после легкого прикосновения стека.
– В-ведьма-аа, - заикаясь, еле слышно проворчал Юркус и поспешно закрыл лицо толстым конспектом своих лекций, словно это бронированный щит, а не обычная электронная записная книжка, сделанная в виде пухлого тома.
Тетис хищно улыбнулась и послала потомку ливов «воздушный» поцелуй. Командор Смит не просто смеялся, а хохотал, словно безумец, сопровождая каждый прилив смеха непристойными жестами. Если внутри его и расположился зарг, то наделенный примитивным чувством юмора и полным отсутствием выдержки.
– А еще говорят, что души не переселяются, а они переселяются даже в заргов, - хмыкнул Калинов, - Мое, почтение, император Калигула!
Представление окончилось достаточно быстро. Тетис, вернее то, во что она превратилась, важно отошла к командору и присела в изящном реверансе. Смит взял даму за руку, вывел из помещения, и тюремщик закрыл дверь на электронный замок. Демонстрация возможностей зарговский биоинженерии закончилась.
– И что все это значит? – спросил очнувшийся Сароян, скривился от боли и ладонями растер затылок, - Надо же было так изуродовать почтенную даму. Не верится, что это наша былая Тетис!
– Выглядит она преотличнейше! – усмехнулся Калинов, - Но форма явно не соответствует содержанию. Что будем делать то? Совсем ведь все хреново! Архонт, а архонт?
– Ждать! – сказал, как отрезал начальник экспедиции, - Что нам еще остается делать? С кулаками бросаться на воинов спецподразделения? Или попытаться привлечь божественные силы?
Устроить молебен?– Но так просто-о жда-ать? – не выдержал Юркус.
– Видите ли, - заметил Калинов, - Восстания рабов, как гласит исторический опыт, всегда оканчивались весьма плачевно. Однако! Наши пленители такие же пришельцы, как и мы. Верно? Они здесь не знают также ничего, как и мы. А сюрпризы на этой планете могут таиться всякие. Например, кто мешает нам обследовать стены? Вы думаете, что строители этого города не предусмотрели спасения в экстренной ситуации? Вот я и предлагаю, пока господин профессор громко и с выражением будет читать лекцию, обследовать стены в узилище для начала, а потом и плиты пола. Я понимаю, что мы можем ничего не найти, но ведь есть шанс, к тому же не равный нулю, что нам повезет.
– А это-о мысль и я…, - начал размышлять вслух Юркус.
– Начнешь читать лекцию на любую тему - у тебя голос погромче чем у Сарояна, пока я с парочкой орлов буду проверять стены на предмет выхода из этой мышеловки, - продолжил Калинов, и Ольгерд согласно кивнул.
– Так, дамы-ы и господа-а! – начал свою речь доцент, - Темой нашей сегоднешней лекции являетса-а разговор о закономерностя-ях упадка-а технических цивилизации-ий, вышедших в космо-ос.
Можно сказать, что эти слова немного разрядили обстановку и большинство студентов, скорее по инерции, чем по желанию, потянулись к своим вещам за электронными записными книжками. Калинов же поманил пальцем двух самых расторопных и смышленых, по его мнению, студентов, отвел их в сторону и долго со всем тщанием объяснял задачу. Историку, а особенно археологу внимательность нужна, и очень нужна, как исследователю, сыщику, аналитику ушедших событий.
Стены оказались гладкими, без щелей и стыков, словно были вытесаны из монолита. Один из студентов пытался ногтем провести по поверхности, но тут же в испуге одернул руку. Поверхность сточила ноготь лучше, чем пилочка маникюрщицы. Калинов отошел в сторону и внимательно просмотрел всю поверхность. Ничего отличающегося не заметил, слегка огорчился по этому поводу, а потом, не тратя времени на нюни, вооружился спрятанной от пленителей киркой и ударил, послав подальше риск быть услышанным. Мало ли как развлекаются заключенные! Может и головой по стенкам стучат. Звук был глухой. С таким же успехом можно было бы бить прочную скалу или пытаться проникнуть в самое сердце планеты. Студенты недоуменно пожали плечами, а Калинову вдруг вспомнилась экспедиция в систему «красного карлика» с хитроумным кодом в каталоге. Кода доцент не запомнил, а вот сама экспедиция была довольно интересной. Там надо было найти вход в гробницу. Что же тогда делал Диего? Он посидел перед стеной с закрытыми глазами, а потом подошел и четко указал пальцем на место входа. Жаль не расспросили у него подробностей такой прозорливости.
А Юркус громким голосом все читал лекцию, причем настолько самозабвенно, что даже акцент, куда-то пропал, словно его никогда и не было. И студенты внимательно слушали, даже в университетских аудиториях было более шумно, а тут можно было снимать учебный фильм о прилежании обучающихся. Даже мсье Сароян зачем-то внимательно конспектировал, показывая личным примером образец усидчивости и внимания.
Между тем Калинов, словно сыщик или раздраженный тигр, ходил по периметру узилища, в поисках выхода, а потом плюнул на это и устроился на полу возле своих вещей. Древние, особенно именно древние, всегда умели хранить свои тайны. Пусть их кости давно стали прахом, а попробуй, догадайся, какие извилины и в каком направлении шевелились у них в голове.
– Что это могло быть? Каково назначение этого помещения? Есть мысли, молодые люди? Излагайте любой бред, который придет в ваши головы! – он решил попробовать метод «мозгового штурма».
– Может бордель? – усмехнулся светловолосый парень в очках, - Или ритуальное помещение неизвестного эротического культа, если по-научному!
– А вот цитировать мой отчет не надо! – пригрозил доцент пальцем, - И вспоминать злословие дона Диего тоже не надо. Вечно он нарушает мне педагогический процесс. Какие еще есть мысли, мои юные коллеги?