Чернее некуда
Шрифт:
— Перед нами Каприкорн Плейс, — сказал Аллен. — Кончается она кирпичной стеной, где есть проход в узкий переулок. Тот тянется вдоль базилики, и оттуда можно пройти к Плейс Парк Гарденс. Ручаюсь, он направился туда, но не боюсь признаться, что это лишь догадка. О, уже идёт…
Толстяк прошёл мимо неспешной походкой, смахивая на разгуливающий по улице шатёр. Подождав несколько секунд, они двинулись следом.
Когда свернули за угол, его и след простыл, но из-за стены доносились шаги. Аллен кивком указал под арку. Они успели как раз вовремя, чтобы заметить, как толстяк исчезает за
— Видите? — шепнул Аллен. — Быстрее, Фокс, и на цыпочках!
Они проскочили переулок, на углу сдержали прыть и спокойно повернули в очередной закоулок. Теперь прекрасно был виден Санскрит, уже приближавшийся к его противоположному концу. За ним неясно рисовалась поперечная улица и угол импозантного здания. С балкона на втором этаже торчал флагшток. Перед входом стояли двое полицейских.
Укрывшись в тени арки, Аллен с Фоксом следили, что будет дальше.
— Идёт так спокойно, что дело явно нечисто, — прошептал Фокс.
— Вот именно.
— Хочет что-то передать, или как?
— Показывает что-то полицейским. Гибсон придумал особые пропуска в здание. Их получил персонал посольства и ближайшие сотрудники. На всех стоит подпись президента. Возможно, он показывает такой пропуск.
— Но где он мог достать?
— Меня не спрашивайте. Смотрите, что он делает!
Санскрит извлёк какой-то пакет, один из полицейских посветил фонарём, скользнув лучом по лицу Санскрита, по его рукам. Некоторое время ничего не происходило, потом полицейский кивнул своему коллеге и тот нажал кнопку звонка. Открыл нгомбванец в ливрее, вероятно ночной привратник. Санскрит что-то коротко бросил ему, негр забрал пакет, отступил назад и закрыл за собой дверь.
— Быстро, однако, — заметил Фокс.
— Теперь он объясняется с полицейскими.
Они расслышали слабый тонкий голос и ответ обоих полицейских:
— Спокойной ночи, сэр.
— Да, смелости ему не занимать, — признал Аллен.
Они зашагали переулком в сторону посольства. Тротуар был так узок, что могучей фигуре, во тьме гротескно походившей на шатёр, пришлось отступить на середину улицы.
Минуя еe, Аллен сказал Фоксу:
— Если взглянуть на причины всей истории, ручаюсь, все прошло нормально. Надеюсь, вы не скучали.
— Нет, — ответил Фокс, — я бы даже сказал, мне это понравилось.
— В самом деле? Я рад.
Они шагали дальше, пока не подошли к посольству. Шаги Санскрита затихли вдалеке. Вероятно, он вернулся тем же путём.
Подойдя к двум постовым, Аллен представился:
— Суперинтендант Аллен, отдел "С".
— Да, сэр, — кивнул полицейский.
— Прошу как можно точнее и подробнее рассказать, что здесь произошло. Вы записали фамилию этого человека? — обратился он к полицейскому, который проверял документы Санскрита.
— Нет, сэр. У него был специальный пропуск, сэр.
— Ладно, вы его хорошо разглядели?
— Да, сэр.
— А фамилию не прочитали?
— Я… Как следует разобрать не удалось, сэр. Начиналось на С и в нем ещe К. Сан — и как-то дальше, сэр. Пропуск был в порядке, и с фотографией, как на паспорте, явно его. Входить он не собирался, сэр. Хотел только передать пакет. Если бы он хотел войти внутрь, я бы записал
фамилию.— Вы и так должны были это сделать.
— Да, сэр.
— Что он вам говорил?
— Что должен передать пакет для первого секретаря посольства, сэр. Показал мне пакет, я его осмотрел. Тот был адресован первому секретарю, в углу написано «Для его превосходительства президента». Большой конверт из плотной бумаги, но содержимое казалось тонким.
— Что было дальше?
— Я сказал, что довольно необычно вручать пакеты в такое время и предложил оставить мне, чтобы я передал, но он ответил, что обещал вручить лично. Там, мол, фотография, которую велел срочно сделать президент. Она стоила немалого труда и работу закончили каких-то полчаса назад. Якобы ему сказали отдать еe ночному привратнику.
— Продолжайте.
— Я взял пакет, сэр, просветил снизу фонариком и заметил контуры какого-то прямоугольного плоского предмета. Вроде картонных обложек. Во всяком случае, там не могло быть никакого пластического свинства, сэр. К тому же у него был специальный пропуск, вот мы его и пропустили. Это все, сэр.
— А вы, — обратился Аллен ко второму, — позвонили?
— Да, сэр.
— Что сказал ночной привратник, когда открыл дверь?
— Не похоже, чтобы он говорил по английски, сэр. Они с посетителем обменялись несколькими словами на их языке — по крайней мере я думаю, что говорили по-нгомбвански. Потом он просто забрал пакет и запер двери. Человек, который принёс пакет, пожелал нам доброй ночи и ушёл.
Во время беседы Фокс испытующе поглядывал на полицейских, а потом сочувствующим тоном заметил, что не удивится, если из всего происшедшего будут сделаны должные выводы. При этих словах постовые буквально окаменели.
— Вы должны были тут же доложить об этом, — заметил Аллен. — Вам жутко повезло, что Гибсон ничего не знает.
— Спасибо, сэр, — в один голос ответили оба.
— За что? — спросил Аллен.
— Вы сообщите Фреду Гибсону? — спросил Фокс, когда они возвращались тем же маршрутом.
— Об этом происшествии? Да, придётся, но не стану особенно напирать на то, как вели себя постовые. Ведь ситуация была не из простых: Санскрит имел пропуск, подписанный президентом, а полицейским говорили, что каждый его владелец — persona grata. Не пойди они ему навстречу, многим рисковали бы. — Аллен положил руку на плечо Фоксу. — А этот откуда тут взялся?
В глубокой тени в конце переулка впереди них двигалась какая-то фигура. Заметили они еe в последний момент — тут же она завернула за угол и скрылась из виду. Был слышен только топот поспешных шагов. Как не спешили они к перекрёстку, но никого уже не увидели.
— Возможно, кто-то вышел из дому и догонял такси, — предположил Фокс.
— Нигде нет света.
— Вы правы.
— И машин не слышно. Вы запомнили, как этот человек выглядел?
— Нет. Он был в шляпе, в плаще. И явно на резиновых подошвах. Ещё брюки. Но я не могу поклясться, что это был мужчина. Слишком быстро он исчез.
— Черт, — процедил Аллен. Дальше оба шли молча.
— Хотел бы я знать, что в том конверте, — заметил наконец Фокс.
— Вот полицейский до мозга костей!