Черная рука
Шрифт:
Самар поначалу нахмурился, но быстро остыл.
— Я понимаю, что в тебе играют братские чувства, но я учитель Рамизы…
Теперь и Каривар вспыхнул, сжав кулаки и нахмурив брови, но сдержался. Возможно потому что Рамиза, виновница начавшейся ссоры, воскликнула:
— Ребята, что еще за истерика! Это решение вообще не касается никого из вас, это я буду решать, проходить мне через это или нет…
Парни синхронно перевели на нее взгляд и посмотрели одинаковыми взглядами. В их удивлении, казалось, можно было прочесть: «Ты еще и разговаривать умеешь?»
Рамиза нахмурилась и отвернулась…
— Ну
— Нормально, — пожал Каривар плечами, — Юнон удавился…
Как бы невзначай брошенная фраза, заставила Рамизу вздрогнуть. Самар от неожиданности замер, а некоторое время спустя перевел на друга понимающий взгляд.
— Ну да, как же не перенес наверно позора… — После чего встал и направился к выходу.
Каривар виновато улыбнулся сестре и поспешил вслед за другом. Девушка осталась в мастерской задумавшись и ничего не замечая, ни как тихонько притворил дверь ее брат, ни крепко стиснутых на поручне кресла руках…
Девушке вспомнились слова брата о том, что возмездие настигнет Юнона, где бы он ни был. Ну а Каривар проследит… Еще через несколько минут, она резко выдохнула и поднялась с кресла, вслед за парнями покинула комнату…
Слуги сегодня увидели госпожу несколько бледноватой, недоумевая, что могло так повлиять на всеобщую любимицу…
… …
— Расскажи, если знаешь, как происходит процедура омоложения?
Самар пристально смотрел на приятеля.
— Знаю, — нахмурился друг, — но не детали. Несколько мастеров, выстраивают круг, в центре которого и стоит тот, на кого остальные направят свою силу. Они вливают силу источника в человека, и постепенно, он снова начинает ее чувствовать…
— Что это значит, снова?
Каривар недоуменно посмотрел.
— Что?
— Я говорю, почему, снова начинает чувствовать силу, разве прежде он ее не чувствовал?
— Конечно же, нет. Старость мага, прежде всего — отсутствие силы. Верней, она вроде как бы и есть, ведь энергокаркас уже неотделим от естественных жизненных каналов, но вот изъять силу не получается. Морщины ты и сам сможешь убрать, — Каривар бросил пристальный взгляд на Самара, — ты ведь знаешь, я уже о многом тебе рассказал…
В словах друга звучала откровенная обида. Он наверняка думал, что Самар отнесся к их совместным занятиям не серьезно.
— Я знаю, как убирать морщины и залечить ожег могу, — отмахнулся Самар, — просто я прежде думал, что омоложение это превратить старца в юношу.
— А-аа..
Каривар задумался.
— Возможно. Но думаю, что мало кто сможет позволить себе такую трату денег. Проще до всего дойти самому. Да и знаешь, это ведь простой человек легко идет к магу с просьбой помочь в лечении. Много ли у тебя клиентов из магистрата или свободных магов? Думаю ни одного. И у меня, так же. Даже лекарь занимается лечением простых людей, обычников или военных. Маг же со временем перестает доверять коллегам.
— Я слышал, что омоложение нельзя проводить бесконечно?
— Ну да, — Каривар кивнул, — пару–тройку раз. Зависит от изначальной силы. Дальше становится бессмысленно. Сразу скажу, я не знаю почему.
Самар задумался.
— Ну а мысли есть?
— Есть, но не по делу. — Рассмеялся Каривар. — В прежние времена истинный маг, конечно, смог бы, наверное,
прожить и с тысячу лет. Не знаю уж, как они этого добивались, но факт остается фактом. Легенды, оставшиеся нам после гибели империи Фарун, однозначно говорят об этом. Только знаешь, каково мое мнение?Самар кивнул, поощряя к откровенности.
— Я думаю, все они были немножко не в себе. Прожить сотню лет, или две, ну пусть даже три… Иногда для достижения цели, требуются годы и годы, — улыбнулся Каривар, — это одно. Но жить многие сотни лет, это какую такую цель надо видеть. Одна, две, три цели в жизни! Просто представь! Создать семью и увидеть, как близкие старятся и умирают; построить дом и увидеть, как он рассыплется в прах, создать империю и увидеть, как она канет в бездну времени. Твое имя уже не помнят, ты за жизнь их сменишь сотни. И в итоге? Разве захочет нормальный человек жить тысячу лет…
Разговор, затеянный Самаром, постепенно перетек в очередной обмен новостями, а после и обмен опытом. Каривар рассказывал о болезнях, об организме человека, учил исцелять — Самар рассказывал другу о принципах артефактологии. Немного общих знаний из области некромантии, — тех, что могли бы помочь Каривару в его повседневных трудах…
Жизнь течет неспешно, словно могучая река, всегда она учит нас держаться настороже, ибо стихия вещь непостоянная.
… …
Странный подслеповатый старик, был избит, какими–то выродками, прямо у самых ворот лавки Самара. Слуги прибежали и рассказали, что творится на улице, а парень недолго думая выскочил. Только виновники уже удалялись по улице, распивая похабные песни и задирая случайных прохожих.
Самар не бросился за ними, ведь перед ним лежал, истекая кровью человек. И хоть мастер артефактор по социальной лестнице взобрался очень далеко от нищего бродяги, воспоминания угнетений, по сей день преследовали парня…
Капус седой старик — нищий бродяга, топтавший земли империи уже больше двух сотен лет, лежал теперь на узенькой кровати в комнате мастера Самара и смотрел в потолок. За три дня Каривар и Самар знатно подлечили Капуса и он уже заметно поправился. По крайней мере, на первый взгляд, жизни его ничего не грозило. Разве — смерть от старости…
Самар уже на второй день знакомства узнал, что Капус в прошлом мастер магии. Старик дважды прошел процедуру омоложения, исчерпав все резервы организма, и в одночасье стал никому не нужен. Ни семьи, не друзей, все в прошлом. Не откладывая в долгий ящик, Самар поговорил с ним, рассказав старику о своих исследованиях в области некромантии. Разговор оказался тяжелым: мастер понимал и сложность, и опасность затеянного, рискнуть тем единственным, что осталось — жизнью, оказалось, неожиданно сложно, даже принимая в расчет, тот факт, что эта самая жизнь, держалась в теле старика на волоске.
Внезапно Капус повернул голову в сторону творившего свою магию Самара и произнес.
— Это верх безрассудства считать врага глупым или слабым. Враг не примет правила. Для него нет ничего бесчестного, ну а если замешаны интересы государства, не посчитаются даже с интересами сторонников: предательство одних, возвышение других…
— К чему это ты, Капус?
— К тому, что ты затеял, парень, — закряхтел старик, — вижу, что тебе многое по силам…
— Еще слишком рано говорить….