Черная роза
Шрифт:
Синяя бархатная глубина ночного неба была такой тёплой и близкой, что, казалось, до неё можно дотронуться - только руку протяни. С крыши высотного здания, на которое поднялись Диана и Женя, была видна не спящая столица. Диана стояла, опираясь руками на невысокий бортик, ограждающий крышу, и глядела вниз на город с высоты птичьего полёта. Москва напоминала растревоженный светящийся муравейник, вся в блёстках ночных огней, шумная, живая. Среди домов, усыпанных жёлтыми пятнами светящихся окон, лентами вились дороги. По-зимнему прозрачные парки выделялись из этого пёстрого полотна серыми пятнами. Звуки машин и уличных реклам, голоса людей и музыка, сливались в неясный
Диана и Женя долго бродили по Москве, несмотря на мороз. Они пересекли Красную площадь, которая показалась девушке огромной и прекрасной. От вида высокого, сурового Кремля, подсвеченного ночью зеленоватыми огнями, у неё перехватило дыхание, и она не смогла ответить на вопрос, который тогда задал ей Женя.
Неведомое, огромное, щемящее чувство поднялось со дна души, украв голос и дыхание, и девушка несколько мгновений даже не могла вымолвить ни слова.
Парень не переспрашивал. Он окинул долгим взглядом площадь, кремлёвскую стену, и мягко потянул Диану за руку в сторону набережной, а оттуда - на мост через реку Москву. Девушка глядела вниз, перегнувшись через холодные перила, а в чёрной воде отражались желтоватые, дрожащие блики городских фонарей.
Женя и Диана бродили по простым, тихим улочкам во дворах жилых домов, грелись в кафе, говорили обо всём на свете, смеялись и молчали, а потом он затащил её на крышу.
Морозный январский воздух щипал щёки и пальцы рук, но Диане не было холодно. Она сняла шапку. Ветер выхватил из-под её воротника тёмную прядь и принялся играть с нею. Женя стоял сзади, опираясь ладонями на обрамляющий крышу бортик по обе стороны от неё. Он смотрел на город поверх её плеча, и ветер то и дело бросал ему в лицо эту прядь тёмно-каштановых волос. Он осторожно поймал непокорный локон и спрятал его в капюшон Дианиного пуховика.
– Как здесь...- выдохнула Ди, не находя слов.
Она почувствовала, как он кивнул, соглашаясь с невысказанным.
– Я люблю ночь, - вдруг сказал Женя негромко, не отрывая взгляда от панорамы города, - она скрывает недостатки и достоинства. Ночью можно не волноваться о том, как ты выглядишь, и что подумают о тебе окружающие. Ночь - это фантазия в реальность. Можно самому придумать, что скрывает темнота, самому придать форму теням и смысл фразам. Ночь - пора любви и смелых слов, пора искренности и свободы. В ней скрывается самое изумительное, что может произойти между двумя людьми. Она даёт силы, раскрепощает, снимает и надевает маски. Она облагораживает, она убивает сомнения, позволяет дышать и жить без закономерностей. Ночь - это свобода, данная для фейерверков и поцелуев.
Его голос стал почти неслышен к последнему слову.
Диана медленно повернулась в кольце его рук. Она не успела заметить, когда голос Жени стал таким глубоким. Девушка очарованно смотрела в его глаза, серебристые и холодные в свете луны, и была ошеломлена этим искренним монологом. Женя очень спокойно, не мигая, отвечал на её взгляд.
Их лица были близко, так близко, что они ощущали тепло дыхания друг друга. Они остались недвижны, очарованные этой ночью.
– И знаешь, чем наполнена эта ночь?
– спросил Женя так тихо, что она не сразу поняла - это его голос, а не шелест ветра.
Диана медленно покачала головой.
– Ароматом чёрных роз. Ты - моя чёрная роза, Ди.
– Он мягко улыбнулся и неуловимо качнулся назад, - идём. Уже поздно. Нам нужно возвращаться.
Диана позволила взять себя за руку и увести с крыши. Пока они ехали
в такси до гостиницы, девушка прибывала в состоянии прострации. Безудержная радость и безмятежность, навеянная победой в конкурсе и прогулкой, сменились нарастающей тревогой. Это было странное, нехорошее предчувствие, грызущее её изнутри.Слова Жени оказали на неё странное воздействие. Дело было в том, что она привыкла видеть своего друга замкнутым, скрытным типом, не слишком мирного нрава, который страшно щепетилен во всём и придирчив ко всему, что его окружает.
Он - невероятно сильная личность со своими слабостями, которые безжалостно и методично им уничтожались. Только его танцы, те всплески настоящих эмоций, когда он танцевал, доказывали, что под этой ледяной коркой, бьётся жаркое, человеческое сердце. И единственным человеком, который видел его, это сердце, была Диана.
Её озадачили и сбили с толку Женины слова на крыше. Монолог о ночи - это дверь в душу, он впервые говорил с ней так честно, так открыто, впервые говорил про себя, про свои мысли и чувства. Он приоткрыл для неё эту дверь, позволил ей заглянуть в свой мир, и это значило многое. Несколько предложений были сказаны о том, что он готов впустить её дальше порога...
– Эй, ты уснула?
Диана подняла голову с его плеча и взглянула ему в лицо. Если бы её в этот момент кто-нибудь попросил повторить его вопрос, она бы этого не сделала. Они ехали в такси не слишком быстро, мимо проплывали здания, деревья, рекламные щитки, столбы.
– Устала?
Ди качнула головой и снова склонила её ему на плечо. Девушка пыталась разобраться в своих тревогах. Она будто что-то сделала неправильно, какую-то мелочь, но никак не могла понять что именно и когда.
Путь до гостиницы, по её мнению, длился слишком долго, и Диана пропустила момент, когда Женя взял её за руку и вытащил из машины.
– Совсем сонная?
– насмешливо спросил он, пряча её озябшую ладошку в своих руках и согревая.
От этого жеста девушка почему-то напряглась, но руку не отняла. Весь путь в лифте до двенадцатого этажа она невольно ощущала это прикосновение. Когда за ними закрылась дверь её номера, Ди испытала неловкость, потому чересчур бодро воскликнула:
– Как же я устала!
Женя улыбнулся и беззаботно проговорил:
– В поезде отдохнёшь.
Диана застыла посреди комнаты, явно не зная, куда девать руки. Женя оттолкнулся от двери и неслышно приблизился к ней.
– Что-то случилось? Плохо себя чувствуешь?
– настороженно спросил он, заглядывая ей в глаза.
Девушка несмело поглядела в ответ.
– Нет... всё в порядке...
Женя смотрел на неё, и в его глазах было что-то болезненное большое и сильное. Диана видела в них своё отражение. Внезапно её охватило тихое волнение, лёгкая дрожь прошла по её телу. Она одновременно и томила и нежила, словно прохладная волна в жаркий день. Он лёгким движением прикоснулся к её подбородку, кончиками пальцев приподнял его и поцеловал. Сперва неощутимо и робко, но потом всё уверенней.
Диана пыталась поймать хоть одну из разлетающихся мыслей. Это был совсем не тот поцелуй, немного неуклюжий и торопливый, как у Антона. Это было что-то совершенно иное, заставляющее дыхание замирать где-то в груди, а сердце биться часто-часто, словно пойманная бабочка. Женя крепко обнял её за талию, отчего Диана неосознанно подалась вперёд, прижимаясь к нему сильнее, запрокидывая голову. То, что происходило - было прекрасно, восхитительно! Девушку на мгновение посетила мысль, что так - правильно, что рядом с ней сейчас должен быть именно...