Черная Дама, Белый Валет
Шрифт:
– Миледи желает обедать здесь или в столовой центральной башни? – осведомился дворецкий.
– Не желает. Нигде! – буркнула я.
– Учитывая тот факт, что миледи не завтракала, я вынужден настаивать.
Я завтракала! В пять утра, перед тем как лечь наконец спать. Самостоятельно, на огромной замковой кухне, в полном одиночестве.
Последние три дня общаться со мной осмеливался только Белк. Провинившийся Йош благоразумно старался не попадаться мне на глаза и, видимо, донёс информацию о душевном мраке лорда до всех обитателей замка. Советник ни разу ко мне не явился, слуги были бесповоротно
Белк сегодня выглядел возмутительно живым. Одно выражение лица чего стоило! На дворецком было прямо-таки написано, какой он деловой, занятый, озабоченный… И крайне недовольный поведением хозяйки замка. Не дворецкий, а гувернантка, свет меня забери!
– Нужно поесть, миледи. Хотя бы немного.
– Я – НЕ – ХОЧУ.
– Возможно, миледи поела бы в окружении гостей?
– Что?.. – Я даже спустила ноги с подоконника. – В уме ты, Белк? Какие гости?!
– Именно что никаких, миледи. Ни единой души за последние два с лишним месяца. Вы находитесь в поиске, и не мне вам перечить в этом.
– Вот и не перечь, – отмахнулась я.
– Но я вижу, что составленные каталоги лежат нетронутыми, – бесстрастно продолжил дворецкий. – Подозреваю, что миледи попросту гуляет. Бесцельно и бессмысленно, я бы сказал. Разумеется, вы в полном праве заниматься чем пожелаете…
– Ну спасибо, – язвительно сказала я.
– Но так жить нельзя! – с пафосом закончил Белк.
У меня даже в ушах зазвенело от ярости. Соскочила на пол, скрестила руки на груди и изобразила самую грозную из всех гримас Тёмного лорда, ещё в детстве тщательно отрепетированную перед зеркалом.
– Если ты опять о еде…
Развоплощу! Ещё бы знать, как это делается… Но тут у меня пробел.
– Отнюдь нет. Если миледи желает питаться консервированными ананасами по ночам, я не в силах запретить подобные изыски. Хотя в определённых обстоятельствах… В плане солёных огурцов… Это было бы и уместно… Но, согласитесь, и мне никто не может запретить иметь собственное мнение об образе жизни леди Кайтэлли.
Вот достал своим официозом!
Я качнулась с носка на пятку, плюхнулась в кресло и приглашающе повела рукой:
– Прошу! Очень интересно, какой же такой это у меня неправильный образ жизни?
Белк сбил щелчком несуществующую пылинку с отворота ливреи и, печально вперившись в потолок, произнёс:
– В этом замке давались самые пышные в мире балы. Здесь собирались интереснейшие люди… И не только люди. Голубым пламенем горели коктейли в бокалах, играла изумительная музыка всех Листов Книги Мира… Велись неспешные беседы – о, какие беседы здесь велись! Порой до звона стали… Ваш повар, миледи, сбивался с ног, чтобы подать к обеду или ужину немыслимые блюда, и для него не имело значения – сотня гостей собралась на приём лорда или же это дружеские посиделки впятером… И так было не столь уж давно. Но за два прошедших месяца Чёрный замок зарос пылью и паутиной – и ни магия, ни орда слуг не в силах справиться с ними! Запустение, уныние и тишина! Скоро плесень по углам пойдёт…
– Ты, на минуточку, мне предлагаешь приёмы устраивать?! Или уборкой заняться? –
поразилась я. – Вот мне делать-то больше нечего?!– А чем же вы так заняты, миледи? – с сарказмом спросил дворецкий. – Особенно последние дни.
– Да какое твоё дело?! Я… Думаю!
– Тёмный лорд изволит страдать, – кивнул Белк. – И, может быть, собирается провести в страданиях несколько грядущих веков? Уж поверьте, миледи, ваш отец был бы очень недоволен этим! Право слово – мир изменился! И, на мой взгляд, далеко не в лучшую сторону!
На мой тоже. Был бы жив отец – всё, всё было бы иначе! Но озвучить эту мысль я не успела.
Дверь распахнулась настежь и с грохотом врезалась в стену – так, что объёмная мозаика на секунду поменяла цвет с оливкового на терракотовый. Но, освободив себе проход, Кормчий Дикой Охоты не влетел вихрем в кабинет, а замер на пороге с неописуемым выражением лица. Что-то среднее между изумлением, возмущением и растерянностью. Словно увидел, как на его любимой гончей белый пух нарос.
Белк резко обернулся и, кажется, тоже растерялся.
– Шэрр? – осторожно позвал он. – Случилось что-то важное?
Герцог справился с лицом и желчно произнёс:
– А дворецкому Чёрного замка положено бы первым отследить, что у нас тут случилось!
Могу поклясться – у Белка зашевелились уши, а косичка парика на затылке встала параллельно полу. Дворецкий издал неопределённый булькающий звук, и его челюсть в буквальном смысле слова отвисла. Ух ты! Никогда такого не видела!
– В чём дело, герцог? – с нескрываемым любопытством спросила я. – Надеюсь, это дело стоит того, чтобы вот так врываться в мой кабинет?
Да, да, скажи, что да! Глобальная катастрофа! Чтобы сотня Листов пылала ярким пламенем! Вот чего мне не хватает, чтобы выплеснуть мрак и страдать по существенному поводу, а не из-за двух парней, которых я и знаю-то всего ничего.
– О да, моя леди, – с поклоном согласился мой советник. – Поверьте, оно того стоит. Вашей аудиенции добивается Светлый рыцарь.
– Кто?!
– Светлый рыцарь собственной персоной.
– Беспрецедентно… – резюмировал Белк и испарился.
Парика я не носила, ушами шевелить не умела, но рот распахнула не хуже чем дворецкий.
– Уже бой?! – спросила с ужасом.
– К счастью, нет. Но я тоже сперва подумал… – кивнул Шэрр. – Казалось бы, что ещё-то? Но нет. Он побеседовать хочет, Тэль.
– А… а где он?..
– У ворот замка. И тьма свидетель, я не представляю, что с этим делать… – развёл руками герцог. – Как-то вот…
– Пресветлое чувство!.. Ну… Наверное, мне надо к нему выйти? Или лучше пригласить сюда?
– Сюда не надо, – мгновенно сказал Шэрр. – Собственно, я пытался с ним объясниться, не хотел тебя тревожить…
– А он?
– А он буйствует. Требует доступ к… лично к Тёмному лорду. Вот как-то так. Пожалуй, Тэль, тебе следует выйти. Ситуация, прямо скажу, действительно беспрецедентна…
– Ага… – пробормотала я. – Надо одеться, наверное…
– Ну, самое главное уже на тебе, – хмыкнул советник.
Рядом с ним материализовался Белк и невозмутимо сказал:
– Вы вполне достойно одеты, мой лорд. И вы у себя дома. Думаю, облачаться в парадное нет нужды. Прекрасно выглядите для неожиданного визита.