Чтение онлайн

Студент. Я чертовски зол на своего отца за то, что он все время требует, чтобы я не бросал колледж.

Терапевт. Давайте представим, что ваш отец сидит вон там. Скажите теперь, что бы он ответил.

Студент. Отец говорит: "У тебя никогда не будет приличной работы, если ты бросишь колледж".

Терапевт. А что отвечаете вы?

Студент. В любом случае я пойду в армию. Так почему же мне не повеселиться до этого?

Терапевт. Что говорит отец?

Студент. "Ты не знаешь, когда ты уйдешь в армию. Ты можешь максимально использовать оставшееся время, чтобы учиться".

Терапевт. А вы что говорите?

Студент. Ты хочешь, чтобы я всегда работал, и никогда не позволяешь мне расслабиться.

Терапевт. Что отвечает отец?

Студент. "Я хочу, чтобы ты работал,

чтобы у тебя была возможность веселиться".

Терапевт. Кто на самом деле говорит это?

Студент… О, черт возьми! (Студент вдруг осознает, что спроецированный здесь отец, — это на самом деле его собственное внутреннее чувство консерватизма.)

Логика изложения требует здесь обращения к теме места религии в формировании человеческого поведения /30/. Религия, которая делает акцент на том, что человек не может доверять своей натуре, — это манипулятивная религия. Если он не может верить в себя, то ему требуется какая-то внешняя религиозная система. В актуализирующей же религии акцент делается на том, что царство Божье находится внутри нас, что вера в собственную природу — это высшая форма религии, так как мы верим в творение Божье. В первом случае задача религии — уподобить человека беспомощному ребенку, не способному обходиться без посторонней помощи — помощи церковных служителей. Задача актуализирующей религии — поощрение саморегуляции и саморазвития. Таким образом, внешняя религия постепенно перерождается во внутреннюю. Так, в актуализирующем священнике человеку, вставшему на путь актуализации, видится не столько судья и ответчик, сколько духовный наставник, разделяющий страдания своего прихожанина и растущий вместе с ним. Он консультант, а не Младший бог!

В заключение приведем послание поэта, обладателя интроспективного склада ума /31/:

В моем земном дворце толпа:Смиренный есть и гордый есть,И тот, кто о грехах скорбя,Сердечной боли терпит весть.И нераскаявшийся плутС ухмылкой злобною сидит.И любящий соседей людСвое земное время длит.Заботы тяжкого ярмаЯ б сбросил, став свободным вмиг,Когда бы в тайну "кто есть я?"Открытым взором я проник.

Актуализирующийся человек, конечно же, знает о двух полюсах этого столпотворения в его внутреннем дворце и с удовольствием принимает каждую из них, пребывая в творческом союзе со своим "я".

Да, дети тоже неплохие манипуляторы, поэтому давайте рассмотрим детские типажи манипуляции.

Первый тип можно называть "Маленький слюнтяй". Он делает все неохотно и пытается заставить нас на него работать. Такой пассивный, зависимый ребенок манипулирует нами, используя свою беспомощность и слабость, постоянно все забывая и вводя всех в заблуждение. Рано поняв всю силу слабости, он «разыгрывает» из себя беспомощного и глупого, и это обеспечивает ему особое внимание со стороны родителей. Он не просто лентяй, как многие думают. Он "глуп, как курица", потому что достаточно умен, чтобы манипулировать взрослыми и делать с ними все, что ему угодно.

Второй тип ребенка-манипулятора — активный тип, известный как "Маленький диктатор". Он осуществляет контроль над взрослыми и своей жизнью, надуваясь, показывая свое упрямство, медлительность и неспособность. Топая ногами, он пытается заставить нас работать на него. Он всегда «занят» — у него нет времени на домашнюю работу, он злится, ворчит, дуется, то есть использует все раздражающие методы, чтобы взять над нами верх.

Процесс формирования этих двух основных типов манипулирования уже обсуждался в этой книге, поэтому давайте

теперь рассмотрим еще несколько примеров детского манипулирования.

1. «Фредди-Лиса» начал свою дорогу по жизни с плача и первые шесть месяцев только и делал, что практиковался в этом. Слезы, обнаружил он, обеспечивают ему внимание. Он еще даже не начал думать или рассуждать, а у него, представьте себе, уже была сыпь на коже, позволяющая привлечь к себе любящую заботу. Он не встречал настоящего сопротивления своим желаниям до тех пор, пока не вышел в мир и не смешался в школе в числе других детей. Но тогда у него уже была бессознательная уверенность в том, что он обладает секретным оружием. Он превращается в Маленького калькулятора. Стоит ему почувствовать, что урок слишком сложен или учитель слишком требователен, у него тут же «схватывает» в животе, что позволяет ему уйти домой. Если он не хочет одеваться в школу, его одевает мать. В школе ему достается больше внимания, чем всем остальным, поскольку учитель жалеет его. Без сомнения, он — мастер извлечения жалости из людей. Даже другие дети покупаются на его «боль» во время игры в мяч. Как бы там ни было, «боль» возникает всегда, когда может принести ему пользу. Он понял преимущества Слюнтяя и Прилипалы.

2. «Том-Крутой», напротив, имеет соответственно крутой нрав. Он толкает, бьет других детей, плюется в них. Его словарный запас испугает любого футбольного игрока. Он любит пистолеты и ножи. Очень рано он понимает, что ненависть и страх в совокупности могут управлять людьми, даже взрослыми. Он становится Маленьким задирой. Особенно он ненавидит власть, будь то родительская или учительская. Он выглядит самонадеянным и абсолютно уверенным в себе, наезжая на всех. Создается впечатление, что в его голове есть некий слуховой аппарат, который отключается как раз в тот момент, когда учителя или родители раскрывают рты.

3. "Соревнующийся Карл" — это своего рода комбинация Тома и Фредди. Младший из троих сыновей, он рано обучается драться и состязаться по любому поводу. Поскольку школа по сути постоянное состязание, она становится его любимым занятием. На родителей, братьев и других детей он смотрит как на «соперников». Стремление выиграть и быть лучшим становится важнее, чем сама учеба. Затем его соревновательность начинает причинять ему вред, он получает высшие оценки, но вместе с бессонницей. Другие способные одноклассники являются для него постоянным источником страха.

Манипуляторами, конечно же, не рождаются, их воспитывают из хорошеньких маленьких деток. Только появившись в мире, где царят манипуляторы, они тут же получают первые уроки на эту тему от своих родителей, которые, в свою очередь, тоже представляют собой продукты манипулирующего общества.

Родитель-манипулятор считает одной из своих жизненных задач — управление внешним поведением детей. У него сильно развито чувство ответственности за них, иногда доходящее до ощущения собственного всемогущества. Его роли — Судья и Бог.

Главное выражение, к которому такой родитель прибегает при воспитании своего ребенка, — "ты должен". Он действительно убежден, что манипуляция поведением необходима и что его божественные высказывания могут изменить это поведение. «Должен» имеет множество вариантов: "Ты можешь", "Ты не можешь", "Ты не хочешь", "Ты не должен хотеть", "Если делаешь, значит можешь".

Один из основных приемов осуждающего и всемогущего родителя — управление с помощью чувства вины. Если ребенок не делает того, что от него требуется, то родитель стремится вселить в него чувство вины за это. Например, родитель-манипулятор попытается пристыдить Фредди-Лису за его инфантильность следующим образом: "Почему бы тебе не стать большим мальчиком вместо того, чтобы изображать из себя младенца?" Тому-Крутому он сказал бы так: "Тебе должно быть стыдно за то, что ты обижаешь других детей". Соревнующемуся Карлу: "Ты не должен стараться все время выигрывать. У меня, наверное, будет инфаркт, если ты и дальше будешь себя так вести". И если у родителя на самом деле когда-нибудь случится инфаркт, даже многие годы спустя, то сына или дочь может мучить глубоко засевшее чувство вины за это.